Хроники Бестолкового Королевства

Глава 13.Первый ход-в халате

После ночной встречи с Шутом, Эльрик поставил себе цель: вести себя, как будто ничего странного не происходит.

Он позавтракал. Почистил зубы. Принял душ, который хлестал его молниями (магопровод сломался). Надел самый «неизбранный» наряд: халат с ананасами и табличкой «я просто мимо проходил». И направился в тронный зал, чтобы делать вид, что управляет государством.

Там его уже ждали.

Кейл держал карту, на которой кто-то нарисовал жирную стрелку в сторону севера и написал: "туда пошло безумие". Люмия спорила с Барсиком о том, можно ли «выкурить из трещины правду». А гусь-оракул — он же Барон Квас — сидел на троне и пил чай из блюдца, не моргая.

— Доброе утро, — сказал Эльрик, делая вид, что не видит, как по потолку ползёт строчка из слов: "сейчас будет хуже".

— У нас две новости, — сказал Кейл. — Хорошая: мы нашли источник нестабильности. Плохая: он перемещается. Сам. И, похоже, поёт.

— Простите?

— На севере вспыхнула вторая трещина. И она, кхм… звучит. Как музыкальная шкатулка. Только она играет гимн Империи Пельменей. Назад.

— Великолепно, — вздохнул Эльрик. — Я всегда мечтал быть избранным для борьбы с поющей дырой в реальности.

— Это ещё не всё, — вмешалась Люмия. — Ночью во дворце появились двери, которых не было. Я лично открыла одну — она вела в кладовку с огурцами. Огурцы шептали.

— Что именно?

— Что "всё солено, но ещё не потеряно".

— Философские огурцы… — пробормотал Эльрик. — Пора вызывать кого-нибудь, кто умеет в нормальность.

— Уже поздно, — сказал Барсик. — Это перешло в стадию Игры.

— Какой игры? Мы разве подписывались?

— Никто не подписывается. Игры начинаются, когда участники делают вид, что всё под контролем.

Барон Квас поднял крыло и сказал голосом, как будто в него вселился библиотекарь с истерикой:

— Игрок пробуждён. Поле нестабильно. Первый Ход свершён. Следующий — за тобой, Эльрик, носитель неопределённости и ананасов.

Все уставились на халат Эльрика. Ананасы глядели в ответ, как будто они знали больше, чем должны.

Вечером совет собрался в Башне Немудрёных Решений — новом временном штабе, где всё было сделано из второсортной магии и картона. Там, на дрожащем столе, Кейл развернул схему, показывающую, как по королевству расползается искажение: с каждым часом трещины множатся, предметы ведут себя странно (одна метла отказалась мести, требуя зарплаты), а жители начинают видеть сны друг друга.

— Мы должны пойти к эпицентру, — сказал Кейл. — Прямо на север. Где всё началось.

— Где когда-то стоял замок Занозий, — напомнила Люмия. — Тот, что исчез ещё сто лет назад.
— А теперь он… снова там.

Все переглянулись.

— Вы хотите, чтобы мы пошли в спонтанно возродившийся замок, рядом с трещинами в пространстве, в котором, возможно, нас уже ждут музыкальные порталы и проклятые огурцы? — спросил Эльрик.

— Да, — сказали все.

Он кивнул.

— Отлично. Только скажите, где моя броня.

— Её съели крысы-реформаторы, — сказал Барсик. — Они из секты «За естественность».

— Тогда я надену… это, — вздохнул Эльрик и снял халат. Под ним оказалась майка с надписью «король поневоле».
— И мы идём. На север. В замок, которого быть не должно.

Перед отъездом Эльрик ещё раз взглянул на трон. Он не светился, не дрожал, не пел. Но был… тёплым. Как будто ждал.

Шут появился на краю зала, как всегда без предупреждения.

— Ну вот, начинается весёлое. Ты готов к Игре?

— Ты постоянно говоришь о ней. Но ты сам-то кто?

Шут поклонился.

— Я не игрок. Я — зритель. Я люблю смотреть, как правила трещат, как герои сомневаются, как ананасы становятся символами власти.

— А если я не буду играть?

— Ты уже играешь. Ты просто ещё не сделал свой первый ход.

И они уехали.

Кейл, Люмия, Барсик, Шпунтик, Барон Квас в капюшоне и Эльрик — теперь уже не просто принц, не просто полубог, а… фигура на доске, где правила никто не объяснил.

Впереди — замок-призрак, разрывы в воздухе и нечто, что только начинает просыпаться.

А где-то далеко, между мирами, сущность, состоящая из паутины логики и тумана, прошептала:

— Ход сделан. Теперь — наша очередь.