Хроники Бестолкового Королевства

Глава 14 Где всё ломается, кое-что чинится, а остальное — мы просто отпускаем

Замок Занозий стоял посреди леса, как будто его туда уронили из другого мира. Он был высоким, перекошенным и, кажется, шевелился — слегка, будто дышал. Башни наклонялись не туда, двери открывались наружу и во все стороны, а в одном из окон кто-то махал рукой — сам себе.

— Он выглядит… уютно, — сказал Эльрик. — Если вы — летающий глаз с нарушением пространственного восприятия.

— Внутри должно быть хуже, — ободряюще добавила Люмия. — Всегда хуже внутри.

Они вошли.

И сразу поняли: замок живой. Стены вздыхали. Лестницы скручивались, когда на них смотрели. Один ковер пытался убежать. И на потолке висела надпись из летающих букв: «ПОЗДНО. НО СПАСИБО, ЧТО ПРИШЛИ.»

В центральном зале был он — Источник. Прямо посреди пространства висела трещина, огромная, как крик, и переливалась всеми цветами паники.

А под ней — фигура. Силуэт из стекла, зеркал и пустоты.
Она обернулась. У неё было лицо Эльрика.

— О, — сказал Эльрик. — Это неловко.

— Ты пришёл, — сказал двойник. Голос звучал, как эхо внутри чайника. — Чтобы сделать Ход. Последний. Или первый.

— Я даже правила не знаю, — пробормотал Эльрик.

— Правила внутри тебя, — сказал двойник. — Но ты, как всегда, не читал инструкцию.

Все молчали. Даже гусь. Барон Квас медленно надел очки и записал что-то в блокнот.

— Что будет, если я ничего не сделаю? — спросил Эльрик.

— Всё исчезнет. Или станет иным. Или зациклится.

— А если сделаю?

— То же самое. Но с интригой.

Шпунтик подошёл и протянул Эльрику… пирог.
— Надо есть. На голодный желудок вселенную не победить.

Эльрик посмотрел на всех: на Кейла — брата, который всегда знал, что делать; на Люмию — ведьму с топором вместо здравого смысла; на Барсика, Шпунтика, даже на гуся. Они не были героями. Они были… его.

Он шагнул вперёд. К трещине. К себе.

— Я не знаю, кто я.
— Знаю, — ответил двойник. — Ты — тот, кто всегда выбирает странное вместо правильного. И именно поэтому ты — король.

Он коснулся трещины.

Вспышка.

И тишина.

Эльрик проснулся.

Он лежал под деревом, на траве. Рядом сидели его друзья, кто жевал, кто дремал. Мир был… обычным. Как будто никогда не ломался.

Он сел. Осмотрелся. Замок исчез. Трещин нет. Воздух не поёт. Гусь просто гусь (хоть и слегка задумчивый).

— Это что… всё? — спросил он.

— Кажется, ты выиграл, — сказал Кейл.
— Или проиграл.
— Или отменил игру, — добавила Люмия.
— Или закрыл доступ к финалу, — сказал Барсик.
— Или всё это был сон! — воскликнул Шпунтик.

Они замолчали.

А потом начали смеяться.

Позже, сидя на обломках прежнего трона, Эльрик написал новую табличку. Он прибил её к спинке.

"Здесь сидит тот, кто делал, что мог. Иногда — даже случайно."

— А ведь ты действительно спас мир, — сказал Кейл.

— Я не уверен, — ответил Эльрик. — Может, я просто сбил настройку. Но если это значит, что всё вернулось — значит, хватит.

Барон Квас подошёл, посмотрел на табличку, и впервые за долгое время… не сказал ни слова. Просто кивнул.

И где-то, очень далеко, за последней занавеской,
Шут сел в кресло, налил себе чаю и сказал:

— Ну что ж… пока хватит.
Но это была не концовка.
Это была пауза.

И чай остыл.