Хроники Эриона. Роза для короля (часть первая)

Глава восьмая_8.1

Глава восьмая

Погода была пасмурная. Всё время, не переставая, лил дождь. Дороги размыло так сильно, что кучер то и дело ругался, на чём свет стоит. Повозка с лошадьми проскальзывала по мокрой дороге или же увязала в грязи. Приходилось порой останавливаться, чтобы вытащить карету, а иногда возвращаться назад в поисках объездного пути.

Эли молчала. Она отрешённо следила за дорогой, думая о том, как несправедлива к ней судьба, разлучая её с Элионом. Жизнь, казалось, потеряла теперь всякий смысл. Элеонора не представляла, как можно не видеться с королём каждый день, не разговаривать с ним, не гулять по саду и не тренироваться. Особенно ей нравились эти совместные тренировки, где Элион учил её всему, что умел сам. Элеонора видела, что он искренне радовался её успехам и уже больше не считал её маленькой девочкой. А для неё было крайне важно, что Элион перестал относиться к её победам как к детским успехам. Она желала, чтобы король наконец-то понял, что она уже не та малышка, которой он её помнит. В последние месяцы Элион дрался с ней на равных.

И почему только отец так неожиданно и поспешно решил отправить её в эту школу? Ещё вчера она смутно представляла, кто такие прорицательницы, а теперь должна была учиться, чтобы стать одной из них. И что вообще означает «учиться на прорицательницу»? Элеонора знала, что некоторые из эльфиек могут предсказать будущие события, читая знаки. Но разве этому можно научить?

«Нужно попытаться запомнить дорогу, — подумала Элеонора. — Может, придётся бежать из этой школы, кто знает».

Но ведь король сам настаивал на её образовании в Школе Чародейства. Он хотел, чтобы Эли стала придворной прорицательницей и помогала ему в делах. Элион возлагал на неё большие надежды, и она не могла разочаровать его. Кажется, лишь эта мысль и останавливала её от немедленного побега.

Элеонора тяжело вздохнула. А ведь они даже не попрощались. Хотя в последнее время их отношения немного изменились. Всё чаще Элион казался ей рассеянным и даже немного взволнованным. Эли не знала явных причин такого поведения короля. Порой ей казалось, что его что-то пугает, особенно в те моменты, когда во время их прогулок она пыталась взять его за руку. Отчего-то король пытался избегать этих прикосновений, тем более при посторонних. Особенно если рядам был отец. 

Отец... Вот кто-кто, а он точно обрадовался её отъезду. С каким удовлетворением он посмотрел на Эли, когда её вещи уже были погружены в карету. Казалось, он даже вздохнул с облегчением. Только Митиль и Лиллиэн будут по ней скучать.

Теперь она осталась совсем одна. Элеоноре было одиноко и немного страшно оттого, что она не представляла себе, что ждёт её в школе. Это была совсем другая жизнь, другие правила. Дом с его привычным укладом остался далеко позади. А Элион, он отправлялся на запад, к армии Гриэра. Кто знает, что ждёт его в этом военном походе, и насколько может затянуться война? Одно дело – помогать войскам союзников по ту сторону Параэль, и совсем другое – воевать с орками Рахтора на своей земле. Элеонора лишь надеялась, что с королём ничего не случится. Может, ему удастся остановить армию Иргила ещё в лесах Руара?

Эли раздвинула шторки и выглянула в окно. Дождь был настолько сильным, что пейзаж вокруг показался ей размытым и серым. Карету качало из стороны в сторону, и безумно хотелось спать. Эли опустошённым взглядом проводила покосившийся домик на краю эльфийской деревни, мимо которой они только что проехали. Кругом были только лес и горы. В этой части королевства не было прекрасных яблоневых садов и цветущих равнин. Так мало напоминал этот край о доме, словно эта была совсем другая страна.

Путь до школы занял целый день. Хотя кучер и редко останавливался, но когда они миновали высокую городскую стену и подъехали к воротам старого каменного замка, был уже поздний вечер. Карета остановилась у подножья тяжёлых каменных ступеней, которые вели ко входу в замок. Едва Элеонора вышла и взяла у кучера вещи, как карета скрылась из виду.

— Мило, — пробормотала она, провожая повозку грустным взглядом. — Даже не попрощался.

Элеонора подняла глаза на серое здание школы. Замок был большой и мрачный. Мокрые чёрные камни словно нависали над девушкой и довлели над ней своей холодной тяжестью. Громоздкие серые башни вырастали из зубчатых стен замка, которые обрамляли всё здание школы. Такого массивного и тяжёлого сооружения Эли никогда прежде не видела. Замок словно прочно врос в землю, недвижимый и надёжный. Он больше походил на нерушимую крепость, способную выдержать месяцы вражеской осады, чем на Школу Чародейства. В нём не было ничего волшебного и прекрасного, как представляла себе Элеонора. Только холодный, мощный, тяжёлый камень. Казалось, ему уже сотни сотен веков, такими старыми видела Эли его стены. В окнах серых башен горел свет, но из-за дождя он был тусклым, а сами небольшие окна походили на размытые бледно-жёлтые пятна. Впрочем, сказать, что замок был большой – ничего не сказать. Он был просто огромный! Девушка заметила, что к замку примыкало ещё несколько строений и, кажется, оранжерея, а за зубчатыми стенами, окружавшими школьный двор, начинался лес. Но она не могла сказать наверняка – было темно.

Навстречу Элеоноре вышла высокая эльфийка, плотно закутанная в бордовый плащ. Её лица не было видно из-под накинутого большого капюшона.

— Элеонора, дочь советника Миолина? — спросила незнакомка.