Хроники Эриона. Роза для короля (часть вторая)

Глава двадцать третья

— Что это? — спросила девушка, протягивая ему скомканный лист бумаги.

Итиль так спешил, что не заметил стоявшую в дверях комнаты Элеонору. Она была взволнована.

— Элеонора? — эльф вздрогнул от неожиданности.

— Что это, Итиль? — Эли сунула бумагу ему в руки. — Откуда это у тебя?

Итиль опустил глаза и просмотрел документ.

— Я хотел тебе всё рассказать, но ты не дала мне такой возможности, — начал оправдываться он, но девушка его перебила.

— Так расскажи мне сейчас, — потребовала она дрожащим голосом. — Откуда у тебя этот приказ?

— Я нашёл его у короля, — соврал Итиль. — Я знаю, ты думаешь, я специально не говорил тебе, что он…

— Что он женится на дочери советника? — Эли едва сдерживала слёзы. В голосе её эльф услышал негодование. — Ты должен был мне сказать. Он должен был сказать! Какая же я дура, — отчаянно воскликнула она, закрывая лицо руками. — Я думала, что он любит меня, а он мне врал. Он всё это время обманывал меня. Мне следовало бы уже давно понять, что сказок не бывает.

Сама не своя от потрясения, Элеонора вдруг разрыдалась. Растерянный Итиль в удивлении замер на месте. Он видел, что девушка расстроена, но не мог понять почему. Отчего-то новость о её скорой свадьбе с королём не вызвала у неё радости или ликования. Напротив, казалось, эта новость огорчила и сокрушила её.

— Элеонора, прошу, не плачь так, — попытался упокоить её эльф. Итиль нерешительно подошёл к рыдающей девушке и осторожно взял её за плечи. — Я уверен, он может это объяснить.

— Объяснить? — всхлипнула Эли. Она высвободилась из его рук и подняла на друга полные горестных слёз глаза. — Этого ты у него всё время требовал? Объяснений? — она с яростью выхватила у Итиля из рук приказ и потрясла им перед лицом эльфа. — Да что тут объяснять, Итиль? Он женится на дочери советника по возвращению. У Миолина одна родная дочь, насколько мне известно. Что тут ещё объяснять?

Голос Элеоноры сорвался, и она вновь закрыла лицо руками и отвернулась. Итиль видел, как вздрагивают от рыданий её плечи, но не сдвинулся с места. Эльф словно оцепенел, поражённый её словами. Девушка поняла приказ вовсе не так, как он. Она решила, что король предал её, что он собирается жениться на Лиллиэн, а не на ней. Ведь, по сути, Лиллиэн единственная дочь советника. Элеонору же Миолин растил в своей семье по приказу короля и лишь выдавал её за свою дочь. К тому же Лиллиэн — эльфийка. Элеонора же была человеком, и король и советник это знали. И если это откроется, чего в случае свадьбы трудно было избежать, едва ли жители Эриона с радостью примут тот факт, что король женится на человеке, враге эльфов. Да и сам Элион, кажется, не спешил объявлять об этом во всеуслышание. Женитьба короля на эльфийке была куда вероятнее. Видимо, Элеонора так и подумала. Что ж, в её понимании документа действительно был смысл.

А ведь сам Итиль об этом и не подумал. Он был уверен, что в приказе речь идёт об Элеоноре, а разговор с королём в саду лишь окончательно убедил его в этом. Элион не отдаст её. Он не собирается сдаваться, даже несмотря на данное им Итилю слово.

Но если сама Элеонора решит, что король и вправду предал её, что всё это время он лишь играл с её чувствами на глазах у всей эльфийской армии, она никогда не простит ему этого унижения и уже не захочет оставаться с ним. Она не может не понимать, что своим поведением Элион выставил её на посмешище, ведь все вокруг видели, что он и Элеонора слишком близки. А теперь ей остались лишь разбитые надежды, наивные несбыточные мечты, унижение, стыд и тот позор, что она навлечёт на себя в глазах друзей. Она не могла этого не понимать.

И сейчас, если Итиль расскажет ей о предстоящем поединке с Элионом, о том, что он защищает её честь, она не усомнится в этом. Элеонора, наконец, прислушается к нему. Она поймёт, что всё это время он был прав в отношении короля. Она увидит, какой он верный и честный, в отличие от Элиона. И тогда, конечно, Элеонора защитит его от гнева короля. Элион ни за что не сможет убедить её в том, что Итиль предатель. Она больше не поверит ему, не захочет его слушать. И в этом было единственное спасение Итиля.

Эти мысли вселили в эльфа надежду. Он боялся Элиона. Его до смерти испугали те гнев и ярость, что он увидел в глазах короля в саду. Итиль понимал, что Элион готов убить его. И он это сделает. Сердце эльфа затрепетало. Нельзя было терять ни минуты.

— Элеонора, милая, — ласково проговорил он, чувствуя, как к нему возвращается былая уверенность в себе. — Прошу тебя, не надо так убиваться. Элион поступил подло. Все в отряде видели, что он к тебе неравнодушен. К тому же, — будто смутившись добавил эльф, — я уже решил эту проблему.

— Как? — удивилась Эли, поворачиваясь к нему. Она постаралась взять себя в руки, но слёзы вопреки её воле текли по щекам.

О, как бы обрадовался Итиль, если бы узнал, что те же мысли, которые подарили ему надежду на спасение, терзали в эту минуту и Элеонору! Она так переволновалась из-за нападения на короля, расстроилась из-за разговора с Итилем, устала и запуталась, что уже не понимала, что происходит и во что ей верить.

Увидев этот приказ, девушка растерялась. Элион, должно быть, подписал его ещё до отъезда из столицы. А, может, ещё раньше? До того, как признался ей в своих чувствах, до того, как говорил на границе с Филианом? Да, сначала девушка подумала, что речь в документе шла о ней. Но ведь Элион всегда знал, кто она, и помнил, что она не родная дочь Миолина. Да и разве могла она стать его королевой? Она, человек, враг его народа? Девушка прекрасно помнила слова отца: «Человеку в Эрионе не место!» Как и слова короля: «Мне стало интересно, и я оставил тебя в Эрионе». Может быть, и вся эта история про королеву Селену и то, что она была человеком — просто выдумка? И разве в глубине души Эли не боялась именно этого — что король оттолкнёт её, обманет, предаст её чувства. Ведь он уже солгал ей однажды, а значит, может сделать это вновь.