Хроники Фильнии. Падение Юга.

Глава 3

- Откуда ты взялся? – спросил Лиам, еле сдерживая себя, чтобы не обнять Алана. Все-таки Алан был выше его по должности, и как бы он не был рад увидеть одного из помощников Вагрела, субординацию никто не отменял.

- Из леса, - ответил Алан, протягивая руку в знак приветствия.

- Из леса? Разве вы ездили не во дворец? – Лиам продолжал сыпать вопросы, следуя за Аланом к костру. – А где остальные? Где Вагрел и Рудл вместе с Парнелом?

- Успокойся, Лиам. Сейчас я тебе все объясню.

Алан остановился возле ближайшего костра, вокруг которого сидели солдаты. Как только они увидели подошедшего начальника, тут же вскочили со своих мест, вытянулись по струнке, а один из старших принялся докладывать. Алан оборвал солдата и попросил всех удалиться. Как только возле жаркого огня не осталось никого, Алан уселся на пень. Лиам последовал его примеру.

За время долгого пути Алан нисколько не устал. Хотя, пожалуй, если бы его ноги ныли после долгой дороги, в этом не было бы ничего удивительного. Ни голода, ни жажды он тоже не чувствовал. Хотя тот скудный паек, который Тэд собрал воину в дорогу, Алан даже не тронул. Весь путь к лагерю мозг Алана сверлила мысль, которая придавала ему энергии. Предательство. Его и всех его товарищей предали. Монарха тоже предали. Эта страшная мысль обжигала его мозг, а ненависть к тому, кто это сделал, съедала изнутри. Алану не терпелось поскорее во всем разобраться. Узнать, кто именно устроил заговор, кто повинен в смерти Милата, Вагрела и Парнела, Рудла и Баддиана, чьи тела сейчас лежали в лесной чаще.

Первый, кто должен был что-то знать – Генри. Этот некрасивый господин с рябым лицом, который выманил Вагрела вместе со всеми его помощниками королевским письмом. С этим человеком Алан намеревался, как следует «поговорить». Но сначала нужно было все объяснить своим помощникам, которые еще не знали страшной правды.

Лиам сидел возле Алана. Дрова потрескивали в жарком огне, выпуская высоко в воздух оранжевые искры.

- Мы не были во дворце. Нам не удалось доехать даже до Ландрсмита.

- Что-то случилось?

- Нас никто не вызывал во дворец, Лиам. Весь этот спектакль с королевским письмом - заговор. Короля убили, - тут Алан вспомнил слова одного из разбойников, сказанные Вагрелу: «Король твой давно кормит червей». – Да, Милата убили, - продолжил Алан после короткой паузы. – Всех остальных - тоже. Я чудом остался жив.

Алан рассказал все, что произошло с ним и с его товарищами после того, как к ним явился Генри и вручил письмо, через которое монарх якобы вызывал Вагрела и всех его помощников во дворец до начала битвы. Рассказал про то, как они попали в засаду и как все погибли от рук разбойников. Добрых полчаса длился рассказ. Наконец, когда Алан замолчал, воцарилась короткая пауза. Лиам сидел, словно громом пораженный. Он подозревал что-то неладное, но к такому он готов не был. Так вот, значит, в чем дело. Теперь все становилось ясно. Вот почему этот Генри твердит о мирном соглашении с братнийцами. В Ландрсмите произошел переворот. Никакой король никого сюда не посылал.

- Порази меня гром! Теперь все ясно, - сказал Лиам и в его коричневых глазах вспыхнул не добрый огонек. – А я-то думаю, почему этот проклятый Генри собрался заключать мир с братнийцами.

- Мир с братнийцами? – удивился Алан.

- Да, Алан. Эта тварь, как только вы уехали, объявила, что он уполномочен его величеством заключить мир с братнийцами. Я все ломал голову, как такое возможно. Уже подумывал, что король совсем с ума сошел. Оказывается, дело вот в чем. Ну что ж, теперь мы с ним поквитаемся. Алан, нам нельзя терять времени. Представители братнийцев как раз сидят вместе с Генри в шатре. Обсуждают последние детали мирного соглашения.

- Мы недопустим его подписания, Лиам. И еще нужно как следует расспросить этого Генри, что именно произошло во дворце.

- Расспросим. За этим дело не встанет, - сказал Лиам с ехидной улыбкой. – Тут почти никто не любит этого Генри. Мои люди с удовольствием посчитают ему косточки.

- Замечательно, только мне нужен меч. Мой остался в лесу.

- Не переживай, Алан. Меч мы тебе найдем.

В шатре, за небольшим походным столом сидели шестеро. Трое в черных доспехах, двое в серебристых и один в темном плаще. Те, что в черных доспехах, были в не себя от радости. Этот Генри был просто находкой. С ним было очень приятно вести переговоры. Со всеми требованиями братнийцев он согласился без каких-либо колебаний. Кеслер – глава братнийской делегации, поначалу подумал, что это какой-то спектакль. Не может быть такого, чтобы фильнийцы так запросто согласились отдать все завоеванные братнийцами земли, так и ни разу не столкнувшись всерьез с противником. Но это был не спектакль. Более того, Генри на второй день переговоров попросил братнийцев ускорить процесс подписания мирного соглашения, который, по его мнению, затянулся.

И вот, согласившись со всеми требованиями врага, Генри уже готов был подписать готовый текст договора, когда в шатер ввалились фильнийские солдаты. Они моментально заполнили весь шатер, обступив полукругом походный стол. Кеслер и два его помощника почувствовали, как по их телу пробежал легкий холодок. Вот тебе и мирные переговоры. Сейчас эти солдаты с откровенно враждебными выражениями на лицах искромсают их прямо в этом шатре на кусочки. Все-таки это был спектакль.