Хроники Фильнии. Пробуждение тьмы.

глава 17

Друзей снова отвели в тот барак, в котором маг привел в чувства Рагнера. Правда, в этот раз их не стали запирать на замок. Как только они оказались внутри, Рагнер тут же со стоном повалился на землю. У него так болела спина, что он был готов завыть от боли. Ходьба лишь усугубила его состояние. И не смотря на то, что увиденный им сафр произвел на него незабываемое впечатление, боль заставила его на какое-то время позабыть о твари. Как и в прошлый раз на выручку пришел Лестер. Видя, как друг страдает, он тут же опустился рядом на корточки, приложил руки к его спине и принялся что-то нашептывать. Спустя минуту от боли не осталось и следа, словно Рагнера никто и не бил копьем. Он медленно поднялся и понял, что на смену жгучей боли, терзавшей его все последнее время, пришло чувство голода. Рагнер вспомнил, что ничего не ел с самого раннего утра, да и завтрак их был весьма скуден. Он посмотрел на Лестера, но, казалось, того еда вовсе не интересует; старик уселся возле балки, подпиравшей потолок, и погрузился в раздумья, как это с ним всегда случалось, когда он узнавал что-то весьма тревожное. Раньше такое поведение мага сильно раздражало Рагнера, но сейчас он отнесся к этому с пониманием. К тому же, увиденное и услышанное за сегодняшний день породило много вопросов и доводов в голове Рагнера, которыми он хотел поделиться с магом. Но чуть позже. Пусть Лестер обдумает все, как следует. Все вопросы он задаст потом. Правда, времени у них не так много, ведь надо найти камень, а в их распоряжении только остатки дня и ночь. Но они что-нибудь обязательно придумают. Не бывает же, в конце концов, безвыходных ситуаций.

Спустя некоторое время Лестер сам заговорил с Рагнером.

— Та тварь, что мы видели — это сафр. Хотя ты и сам все слышал, — маг говорил слегка охрипшим голосом.

— Да, я понял, как называют этих тварей. Но мне не совсем ясно, о чем вы там говорили с этим Титосом. Мертвая земля ожила, что он хотел этим сказать?

— Я тебе потом все объясню.

— Хорошо, расскажи мне тогда, что ты там наплел ему про короля и войну? Ты и вправду собирался пригласить кентавров во дворец?

— Нет, конечно же, — засмеялся маг. — Пришлось выдумывать на ходу. Все, что я сказал Титосу было сплошным враньем. Я знал, что на любое королевское приглашение они ответят отказом. Ни за что на свете они не поедут на какие-то там праздники к королю. Как ты уже заметил, кентавры не очень любят людей. Они стараются не иметь с ними общих дел. Да и вообще, они ведут весьма закрытый образ жизни. Можно сказать — сами по себе. Они, конечно, контактируют с другими народами, но только по мере необходимости. Однако, как я уже говорил, с людьми они стараются вовсе не знаться. Так что я со спокойной душой выдумал всю эту историю про приглашение, заранее зная, что они никуда и ни за что на свете не поедут.

— Ловко, — улыбнулся Рагнер. — Ну а зачем же ты выдумал всю эту историю про войну?

— Он мне почти поверил, когда я сказал ему про приглашение на праздник, но потом внезапно его осенила мысль, будто я что-то скрываю. Я решил подыграть ему и рассказал про войну и про то, что людям нужна их помощь. Таким образом, я сыграл на его самолюбии. Я позволил Титосу почувствовать себя самым умным на свете кентавром, которого мне не удалось обмануть, — после этих слов Лестер немного посмеялся, да и на лице Рагнера блеснула улыбка.

— То есть, получается, что ты якобы раскрыл ему истинную причину нашего визита, и тем самым ввел его в самое глубокое заблуждение.

— Именно! И теперь они ни за что на свете не подумают, что мы здесь ищем камень, который спрятал Аксиос много веков назад.

— Да, все-таки хорошо, что мы не обмолвились ни единым словом об этом камне, иначе мы были бы уже мертвы, учитывая то, как нас встретили.

— Кентавры, конечно, не самый дружелюбный народ, но даже для них это был слишком уж жесткий прием. И это неспроста. Все из-за того, что стало твориться в Мертвых землях. Так что их можно понять. Похоже, и в самом деле наступают тревожные времена, но об этом потом. Сейчас нам надо подумать с чего начать поиски камня.

— Это очень интересный вопрос, — тут же отозвался Рагнер. — Я тут подумал, как мы будем искать этот камень, если на нас все смотрят как на мерзких насекомых? Думаю, нам вряд ли удастся организовать поиск незаметно. К тому, же у нас очень мало времени.

— Ты абсолютно прав, Рагнер. Возможно, поговорив с местными, нам удастся что-нибудь узнать.

— Поговорив с местными? Ты серьезно? Да ни за что на свете они не станут с нами говорить. Скорее, снег выпадет летом, чем они нам что-то скажут. Ты бывал здесь раньше, Лестер, неужели ты никогда ничего не слышал о странном камне, который у них хранится?

— Нет, ничего подобного. Да и мои визиты сюда были очень короткими. Я, признаюсь честно, впервые за все время был в этом круглом деревянном доме, в котором нас с тобой встретил Титос. Чего уж говорить о камне.

Внезапно дверь распахнулась, и друзья были вынуждены прервать свою беседу. На пороге стояла девушка-кентавр. Она была не такой крупной, как ее сородичи. Если все остальные кентавры напоминали Рагнеру маленькие мускулистые скалы, то эта особа, показалась ему маленькой и хрупкой, хоть она и была все же выше Рагнера. На ее нежном круглом личике, словно две миндалины, располагались два карих глаза, в которых Рагнер впервые за последнее время не увидел вражды, а, напротив, в них чувствовалась какая-то ласка и забота.