Хроники Империи Эйлов: Рождение нового Монарха.

Глава 4.

Роман видел лишь закрывающиеся двери за спиной Фидеса. Убирая меч в ножны, он попутно думал о диалоге.

«Фидес… Фидес, Фидес, Фидес… Похоже на что-то греческое… или латынь... Интересный персонаж. Осанка, взгляд, мимика. Молод, но уже умеет в переговоры. Только вот восклицательный взмах руками был лишним, недостаёт тебе опыта, Фидес. Почему же ты так любопытствуешь? Это ошибка, дружочек».

Роман положил меч на стоящий рядом стул и принялся ходить из стороны в сторону, покручивая вилкой в руке.

«Голубые выразительные глаза, прямые брови, которые двинулись лишь в удивлении. Ты видимо долго тренировался. Интересно, наследник, или уже глава семьи? Второе бы объясняло такую раннюю зрелость в общении. Но тебя выдали твои желваки, дружочек. Когда я сказал, что мне всё равно, ты их напряг. Злость? Не-е-ет, скорее неуверенность в убеждении… наверное поэтому ты опечалился и решил зайти с другой стороны…хм».

Роман взял записку от Фидеса…

«Или же неуверенность в себе самом».

Сверив с перечнем название, он двинулся к книжным полкам. На удивление она оказалась почти в одной из самых дальних. Взяв её в руки, он удивился. Книга была покрыта пылью, что говорило о том, что её очень давно никто не брал в руки. Роман сдул пыль и вытер её. Как оказалось, книга была в тёмно-багряном переплёте, а буквы, что составляли название, были едва заметны. Только лишь по последним, нескольким оставшимся буквам, можно было узнать название, если направить их к свету под нужным углом.

«Бедная… Тебя бросили в самое далёкое место, словно пытаясь забыть. Никто не читал тебя уже сколько? Век, или больше? Впрочем, если верить названию, то ты та ещё старушка, да?»

Улыбнувшись, Роман принялся читать. Будь у него лишнее время, он бы с удовольствием проявил уважение и прочитал её медленно и вдумчиво. Но его не было…

Быстро пролистывая страницы коих было немало, тем не менее он вчитывался в каждый эпизод, что книга предлагала. В ней описывались моменты основания Эйлинского государства, культуры государствообразующего народа, а также говорилось и о том, кто был первым монархом, что своими мечом и дипломатией, а также при поддержке приближённых и простого люда, вырвал место под солнцем своему народу.

Когда Роман закончил её прочтение, он закрыл книгу и усмехнувшись подумал:

«А ты у нас идеалист Фидес, а?..» Положа книгу на подоконник, он устремил свой взор на город.

«И что же ты пытаешься донести на меня, м? Хочешь, чтобы я проникся твоим идеалистическим идеям и противостоял твоим врагам? Или ты хочешь найти единомышленника? Хм…»

Резкие, причиняющие боль пульсации в районе висков, прервали его от размышлений.

— М-м. — Промычав, он упёрся на руку и схватился ею за лоб.

«Или же ты хочешь, чтобы я понял твоё отчаяние?»

Когда боль после массирования начала сходить на нет, Роман присел и стал последовательно стучать пальцами по столу. Иногда прищуриваясь, отрицательно и положительно мотая головой, он просчитывал варианты. Посмотрев на стопку подготовленных им книг, он решил, что вернётся к этому позже и принялся впитывать знания дальше.

Спустя несколько часов штудирования, солнце перевалило за зенит, но ещё не заходило. Увидя это Роман подумал, что сейчас, предположительно, начало или середина осени.

«Очень странно. Если они собрались воевать, то зачем сейчас? Самое лучшее время — это лето или, в крайнем случае, зима. Но солнце уже греет мало, ветер отдаёт холодом, все признаки уже начавшейся осени, а с ней и сезона дождей. Они собираются вести сражения в мороз? Спрошу это у Фидеса, как вернётся».

Сидя на полу, Роман закрыл последнюю книгу. Положив её в стороне от себя, он расслабил плечи, руки его опустились на ноги, спину подпирала полка с книгами, создавая почти ровный упор. После того как он закрыл глаза, появилось изображение его сражения с Разумваном. Он вспоминал и диалог, но особенно его интересовал момент с выпуском энергии. Из прочитанного он узнал о том, что подобные случаи не редкость. Были те, кто ни разу не упражнялся в пользовании магией, но с пониманием у них проблем не было. Конкретно, случай Романа либо незаписанная редкость, либо вообще ни у кого не было. Оно и не удивительно, ведь он чужак.

«Дело не в том, что я ни разу не упражнялся. Проблема состоит в осознании и понимании. Магия — это не просто мистические и нереальные возможности. Ведь если разобраться, сама по себе магия, лишь способ воплощения энергии. Чтобы пользоваться теми же стихийными элементами, нужно напитаться энергией, которая существует везде. Но если человек не знает о её существовании, или ещё больше, у него отсутствует инструментарий её ощущения, и как следствие, обработки?..».

Параллельно с этим, Роман не прекращал вспоминать картины, недавно прошедшего времени.

«Что если магия существует и в моём мире? Но ввиду того, что человечество пошло не по тому пути развития, мы перестали её ощущать? “Энергия, которую нельзя потрогать, нельзя познать, нельзя увидеть человеку несведущему… Нечто, что окружает нас каждый день. Но можно впитать в себя, наполнится ею, словно кувшин воды.” Что-то, что нельзя понять физически…»

Казалось, тело Романа замерло во сне. Настолько оно казалось безжизненным, что лишь едва приподнимавшиеся от дыхания грудь, говорила об обратном.

Перед глазами появился едва уловимый комочек света, напоминавший светлячка, сумбурно летающего в темноте ночных полей. В этой тьме, свет его казался ярчайшей звездой, был нежен, не ослепляющим, но в то же время, холодным.
Увидев его своими глазами, Роман сначала не понимал, где он, кто он и есть ли “Он” вообще. Он словно парил в воздухе, но тут же становился на твёрдую гладь, по которой мог пройти. Руки начали тянуться к единственному проблеску света, но тот начал ускользать, очутившись поодаль от него. Роман начал подходить к нему… вернее, думал, что подходил. Мысленно он переставлял одну ногу за другой, но бестелесно-эфемерное тело не слушалось его. Тогда он попытался побежать, но снова неудачно, хотя какой-то результат это дало. Пусть всего на пару шагов, он преодолел это расстояние. Светлячок же оставался на том месте, на котором был, словно дожидаясь того, кто за ним следует. Роман решил вновь побежать, он бежал, бежал и бежал, но с места уже, так и не сдвинулся.
Тогда он решил ударить себя по ногам, но руки словно прорезали воздух. Роман попытался ощупать свои руки, ноги, голову, ничего этого словно не существовало. Даже лица, к которому он притронулся не было. Его охватил страх. Не тот страх, которое ощущает тело посредством инстинктов. Но тот, которого боятся все разумные сущности, а возможно и неразумные. Страх собственного небытия, страх несуществования, страх пустоты. Это чувство начало стремительно распространяться по разуму Романа, и, спустя мгновение, он даже начал сомневаться в существовании всего того, что составляло его. Семьи, друзей, жизненного опыта, пережитых счастливых моментов и моментов не самых лучших. Все идеи и помыслы стали туманом. Все лица, что находились в памяти, стали терять краски, а вскоре и вовсе, исчезать.
Но резкое чувство, пульсация, словно электрический разряд дёрнуло его руку. Взгляд Романа на мгновение стал яснее, но вскоре вновь опустел и был безжизненным…