Хроники капитана Рудского

Случай на Доминике

Покрытие пола глушило шаги. В небольшом зале со сферической прозрачной витриной-окном, на одном из верхних этажей небоскреба, встретились двое. Первый был высок, даже очень высок, и странно худощав. Его лицо было бледным и скрывалось в тени капюшона долгополой одежды. Движениями он немного напоминал цаплю, медленно идущую по болоту в поисках лягушек. Второй, напротив, был невысокого роста и рядом с первым походил на пивной бочонок. Служебный комбинезон обтягивал дородные телеса, что, в целом, нисколько не портило настроения их владельцу. Напротив, он был в прекрасном расположении духа.

Из зала открывался вид на ночной город, с многоуровневым движением, мерцанием рекламных роев, перелетавших с места на место, огнями модных магазинов и свечением групп жилых комплексов в отдалении. Небоскреб стоял на высоком холме, и видно было далеко. Правда, сегодня весь день шел дождь и сейчас дальние районы города тонули в тумане, подсвечиваемом морем огней.

Один из роев подлетел к самой витрине и расцветился ярко-красным и белым. С такого расстояния понять, что рекламируется, было невозможно, – изображение имело в высоту около десяти метров. Цвета переливались и двигались. Как правило, рой ориентировался на находящиеся в здании объекты, чьи владельцы заплатили рекламному агентству. Впрочем, он мог передавать информацию и централизованно, согласно оплаченной каким-нибудь крупным брендом программе.

Двое стояли у витрины, глядя на город, и молчали. Казалось, они чего-то ждали. На их лицах и фигурах, ярко освещенных светом мириада псевдонасекомых, играли блики. Потом заговорил толстый:

– Я благодарю Вас, Командор, за высокое доверие. Мы давно взаимодействуем, и я всегда ценил аналитический ум, стоявший за действиями ваших сил.

– Вы вели войну как воин. Кажется, в вашем языке это называется «нежный мужчина». Я не постигаю смысла такого сравнения, но я верю Вашему слову, полковник, – высокая фигура качнула головой. Вероятно, это было что-то вроде поклона.

– Нежный мужчина? – толстый задумался. – А, догадался. Джентльмен?

Высокий кивнул.

– Это долго объяснять, но, поверьте, к нежности это слово сейчас, в наше время, уже не имеет отношения. А вот к тому, кто держит слово, и не допускает лишней крови, отношение прямое. Принимаю Ваш комплимент. Спасибо.

– Я готов к переговорам, от лица всей карийской нации.

– Я также уполномочен представлять Землю на этих неофициальных переговорах. Конечно после того, как договоримся мы с вами, потребуются встречи дипломатов. Но решения...

– Да. Решения принимаем мы, – высокий кивнул.

– От лица всех систем юрисдикции Земли и от лица Космофлота заявляю, что мы готовы прекратить военные действия и перейти к поиску условий, приемлемых для обеих сторон, – голос толстого звучал торжественно.

– Прекрасно. Мы также решимы... Решительны... Полны решимости. Простите я не очень хорошо овладел вашим языком, но пользоваться транслятором сейчас невозможно.

– Я не владею карийским, и ценю Ваши усилия. Начнем? – толстый указал на низкий столик и два кресла в углу у дальней стены.

Стоило им отвернуться от стены и направиться к столику, как раздался нарастающий шум. Мягкая упругая волна, толкнув, отбросила обоих на пол, к дальней стене, витрина потемнела. Через мгновение раздался громкий хлопок, здание сотряс сильнейший удар, свет погас, на пол посыпались стекла и какие-то потолочные детали. Что-то лопнуло, что-то угрожающе заскрежетало, в комнату потянуло ледяным воздухом. Затем все стихло. Оба собеседника лежали без сознания, их освещал только периодически вспыхивающий аварийный маяк. Было тихо, лишь вдалеке звучали сигналы тревоги и в щелях покореженной комнаты завывал ветер.

Потом послышался топот бегущих ног, удары, что-то рухнуло. В комнату ворвалось несколько фигур – двое в форме Космофлота, двое – высоких и худых в длинных одеяниях с капюшонами. Лучи фонарей осветили два лежащих у столика тела. Около высокого по полу расползалось темное маслянистое пятно...

Майор Болеслав Рудой был весел и собран. Сегодня аудитория явно выспалась и подготовилась. Семинар был интересным и динамичным, сыпались вопросы, слушатели легко справлялись со сложными заданиями. Успех новой методики, которую он испробовал на этой группе, был налицо. Хотя рассказать о ней он никому не смог бы, но... Ведь главное – это результат? А результат прекрасный.

Закончив учебный день, он отправился в свою каюту. Теперь его каюта находилась в другой части Базы, в модуле, где жили семейные пары. По традиции, у каждого служившего на Базе был свой вход, с обозначением имени и должности обитателя. За входом был холл, потом гостиная, тренажерный зал, вход в ванный блок и отдельная дверь в спальню. У семейных пар спальная была общей, с двумя выходами. Конечно, вестовых на космических кораблях не было, вся информация шла через инфосферу и интерфейс дополненной реальности, и все же... Традиция оставалась традицией.

Айгуль еще не вернулась со смены, и Болеслав (в домашней обстановке он разрешал называть себя Борисом) решил погонять себя на тренажере. Дело в том, что семейная жизнь внесла в его привычки некоторую размеренность, и хотя пива он теперь пил гораздо меньше, весы день за днем показывали неутешительные цифры. Борис толстел. Вообще он терпеть не мог тренажеров, но сейчас, на Базе, это был единственный способ держать свой вес под контролем.