Хроники Климэнда. Том Третий. Меч и Зеница.

Глава 1. Клятва перед лицом Основателей

Ветер, гнавший тучи со стороны юга, брал своё начало с вершин горного хребта Баордара. Скалы были названы так в честь самого огромного дракона за всю историю Зантар. Стоило этому исполинскому созданию поднять свою голову, так тень затмевала почти весь материк. Жил он задолго до того, как Старые Боги отреклись от смертных и их место заняли Матери и Драконы Основатели.

Холодные потоки воздуха спустились с гор и помчались вперед, прошли тёмную долину Лот’Хром, после спускаясь к руинам крепости Кулдар, где свой дозор несли легионеры Второй Амхарской Армии. Огни, горевшие на стенах, нельзя было сравнить с той стеной щитов, принявшей залп огненных стрел во время осады Лоренца.

Завывая волком, потоки чуть не сбили с ног двух легионеров и понеслись дальше, обходя Перевал Странника, и несясь по полям мимо старых хат и ферм, от которых остались лишь брёвна. Пройдясь по центральным землями Кровогорья, ветер, движимый невиданной силой, направился холодным потоком навстречу к тёплому ветру, что мирно ходил туда-сюда у земель графства Карден-Холл. Здесь смешались два ветра: один из них успел стать почти горячим, придя с восточных земель Даргона, второй, успел нагреться по дороге с юга на север. Лето только начиналось, а это означало, что вскоре начнётся старый праздник, который не праздновали в этом графстве уже двадцать лет.

Ветра, столкнувшиеся на этих землях, ближе к полуночи утихли, и на поле высоких фиолетовых цветов воцарилось шуршание, ещё некоторое время цветы, выраставшие обычно на полях, где крови лилось больше чем на Пограничье, перестали качаться и застыли как стена, в которой даже самый высокий человек мог заблудиться.

Времена нынче были страшные. Война недавно закончилась, хотя, следует сказать, что она лишь ненадолго затихла, чтобы вновь вспыхнуть с новой силой. Мир застыл. Явился обещанный мессия, герой или же тот, кто уничтожит оставшеюся надежду.

***

Пауль Дейн стоял спиной к Айдану и Сейне, что буквально пару дней назад попросили его провести свадебный обряд. Поначалу старый капеллан вовсе не хотел этого делать и думал, что подобно сочтётся святотатством. Но были нюансы в этом деле, который требовали от Пауля преступить свои принципы и уступить молодым сердцам. И Айдан и Сейна до ужаса этого хотели, и когда Дейн, в порыве удивления начал причитать:

— …. да чтобы я, боевой капеллан, благословил вас…. Это что ещё?! — когда он сказал: «благословил», Айдан и Сейна сей же момент сплели свои руки и прижались друг к другу так близко, как только могли. Пауль застыл, понимая, что переубедить их не сможет. Да надо ли ему это?

Айдан был Наследником Нерана, мессией из пророчеств, обещанным героем и какие только титулы ему предстояло получить…. но пророчества обещали спасение через смерть, муки и предательства и Айдан, скорее всего, исполнил бы их так, как это было задумано. И Сейна, даже если не умрёт, даже если родит от него дитя, скорее всего не выдержит того, что её любимому нужно будет пожертвовать собой. Да и к тому же, Айдан, в самый важный момент мог спасти Сейну, а не мир, как это ему предначертано. Паулю было страшно брать на себя эту ответственность. Но в мире полном страданий и тьмы Ненасытного, была одна единственная вещь, которая была неподвластна даже старым богам. Это была любовь, и Паулю не мог противиться ей.

Через день он подготовил всё необходимое и велел им обоим привести себя в порядок. Айдан коротко подстригся и гладко выбрился, Сейна же заплела свои огненно-рыжие волосы в косу и где-то нашла белое, плотное платье графского покроя с длинным воротником на пуговицах.

И вот они стояли в храме Отцов и Матерей Основателей драконьего рода. Тринадцать алтарей выстроились в круг по небольшому храму, устроившись на ступеням, за столбами, что держали невысокий потолок и без того маленькой церквушки.

Первым был Келтрик. Как и когда давно, самый младший и резкий из детей Эдхута и Уны, он благословлял на путь самым первым. Пауль велел молодым взяться за руки и подойти к жаровне.

— Да будет пламя Первого-отозвавшегося-на-зов с вами. Путь оберегает оно вас от бед, пусть сжигает ваши ссоры. И как пепел даёт земле силу, пусть он одарит вас ею. И коли суждено вам погибнуть, пусть сон ваш будет не в сырой земляной могиле, а в лавовых озёрах. — Тогда он взял в руки пепел из чана под жаровней и обжигая свои ладони, высыпал угли, осыпая головы Айдана и Сейны остатками пепла.

Затем они шагнули к алтарю в котором была вода. Пауль, вытерев руки о свой камзол, и набрав воды из полукруглого и неглубокого чана, в котором жидкости было на пару глотков, протянул блюдце сначала Сейне:

— Элерона, дочь Уны, была матерью для тысячи драконов. И всякий раз, в муках воспитывая своих детей, она делала это с любовью, помня о законах драконовой чести. Выпивая воду из её алтаря, прими же вместе с ней и благо для чрева своего, чтобы дитя твоё было здоровым. — И Сейна, улыбаясь так сильно как могла, залпом выпила блюдце. Настала очередь Айдана.

— Было много мужей у Элероны. И каждый не забывал о ней и детях, которых породил. Пусть же вода, что выпьешь ты, придаст силы тебе во времена, когда рядом будет только жена. — И Айдан выпил воду, не дослушав Пауля. Капеллан лишь заулыбался, когда Сейна сильнее сжала руку своего любимого. За водой, по традиции, следовал ветер.

Алтарь Алкира представлял с собой деревце в храме, посаженное в небольшой земляной круг. Когда храм строили, то заранее оставляли два подобных круга, куда позже завозили землю. Для Алкира и Фанзы. Ствол дерева был обвит самыми разными нитками и кусками ткани. Пауль, взяв с цветущей ветки две длинные и не завязанные ленты, одну красную и одну зелёную, велел Айдану и Сейне вытянуть сжатые руки. Он обвязал их запястья и ленты, как по велению ветра, на секунду завились.

— Никогда Алкир не требовал поклонения. Никогда не слушал молитв, обращённых к нему. И только когда горящие сердца жаждали свободы и находили себе пару, Алкир, единственный дракон чьё крыло было в перьях, защищал их своим ветром. И пусть ленты эти разорвутся, только когда ваши сердца будут лететь на новую встречу друг к другу. — Сейна только краем уха слушала Пауля, и безотрывно смотрела на Айдана, пожирая её своими карими глазами.