Хроники Климэнда. Том Третий. Меч и Зеница.

Глава 7. Игра в гляделки

Кинхарт.

Есть быть до конца честным, то Корр не знал, что ему делать. Вообще не знал и делал вид, что всё так и задумано. Свитки и книги, вытащенные им из зала с Оком Магнареса, лишь намекали на месторасположение давно утерянных и возможно лишь мифических артефактов. Рассказы Рахвариона Мудрого были всего-то легендами старого дракона, но как говорится: «В каждой сказе есть доля правды».

Из всех почерпнутых знаний он смог точно определить, что вообще такое «Зеницы Господства». В древние и давно утерянные времена, Ненастный был настолько силён, что влияние скверны распространялось на саму магию — первородную энергию, появившуюся вместе с богами. Каждый из её аспектов отвечал за баланс мироздания, будто то стихии, жизнь или же смерть. Скверна же была негласным аспектом — болезнью и вирусом, что загрязняла магию, одним своим присутствием поглощая и искажая отдельные части первородной энергии. Маги древности, достаточно сильные и умные, могли очищать нити заражённой магии, но таких были единицы, а постоянно отчищать магический поток они не могли, отчего все чародеи и колдуны становились безумцами.

Тогда великие умы додумались до создания мощных сосудов, способных даровать пользующемуся исполинскую мощь в его родной магическое школе. Такие небольшие бассейны невозможно уничтожить или же изменить. Созданные для того, чтобы аккумулировать (скапливать энергию) на постоянно основе, Зеницы Господства и вправду давали…. «господство».

Одни источники утверждали, что скверну нельзя излечить полностью, другие говорили, что чем раньше удалить заразу, тем легче проходит лечебные период. Однако, Корр знал, что относительно недавно (если быть точном, то почти семь сотен лет тому назад) Ненасытный осквернил саму некромантию! И Эльнора Грейкассл де Айвенворд, вместе с Орином и Блексворд, отчистила свою «магическую школу». Это подтверждало, что поток магии можно отчистить даже спустя такое долгое время.

Корр, обыскав всю библиотеку, нашёл несколько точек — Кинхарт, Амхара и Огненные леса близ Ангвира. Всё это могло быть лишь «предположительным» местом хранения артефакта. Одно только это слово: «предположительным», раздражало его до бешенства.

Почти за неделю он добрались до сгоревшей столицы империи, и сейчас их расквартировали во дворце. Корр большую часть времени проводил в имперской библиотеке, рассматривая старинные тома с ветхими переплётома. Большую часть из этого он прочёл ещё в Дейн-Педе, в бытность свою студентом. Да, тяжкие тогда были времена. Он устало прошёлся среди неприбранных стеллажей и вышел аккуратно на балкон.

Печально было созерцать красивейший город империи в таком виде. Легионеры и жители, пережившие восстание Рендона Петрота, эпидемию Скулящей Смерти и гибель двух императоров, восстанавливали город с помощью беженцев, неравнодушных и перегруппированных в этой области легионов. Большая часть города осталась цела, благодаря тому, что выстроена она была из камня. Работы начались лишь недавно, так как до этого шли долгие похороны. Здешнее кладбище было переполнено и всех, кто не поместился в городской склеп, погребли за городом. Их прах развеяли на полях близ места погребения Генри Второго, названного Скорбным.

Улицы Рыночного и Ремесленного кварталов превратились в руины из пепла и угля. Среди развалин, разбираемых рабочими, крестьянами, простыми жителями, выжившими горожанами, ходили патрули Четвёртого Красного Легиона, называемого Просторным. Эти солдаты были лучшими пехотинцами, что на момент войны с Лоренцом стояли у береговой линии вольных городов. Императрица приказала им охранять и восстанавливать город. Корр, когда проходился по уцелевшим улицами Поместного квартала, понял, что людям этим не нужен был мессия или же господин. Им просто хотелось возродить свой дом, и они даже помыслить не могли о том, что среди них ходят слуги Ненасытного, что ир-меры бороздят их земли, и что Последняя Битва ближе, чем они думают….

Проведя пару дней в отдыхе от верховой езды и мозолей от неё, Корр с ватагой по большей части добывал старые чертежи и карты катакомб, и самое главное — карты Карил-Манн-Рана — драконьего логова, поверх был построен Кинхарт. Судя по тому, что писал Магнарес в своих трактатах, в древности драконам доверили Зеницу Господства — Глаз Льда, сила, способная управлять зимой и бураном.

Корр попросил помощи у здешнего шпиона из Сайн-Ктора — Магни, что помогал Фаилу Акару и Кире спасти Кинхарт от подрыва. Ватаге нужен был проводник и следопыт.

***

Западные леса Зантара.

Терон продолжал лежать в треклятом сундуке без возможности что-то сделать. Желудок болезненно отозвался на голодание и в разум проникли воспоминания о пирах, самогоне и простом, безмятежном и мирном времени. Затем пришла память о Энри и Рене. Брат и сестра, которых он не спас, тут же перед глазами оказался Гал’ок, которому он отрубает голову на глазах амхарских вельмож, а потом то, как Рог Алкирион оказывается в его руках….

Терон не сдержался и закричал так сильно как мог. Распроклятое отчаяние заставило его биться в узких стенках как бешеного. Уже после пятой попытки выбраться, он тихо всхлипнул и застыл. Кто-то вытаскивал его из этого сундука.

Вывалившись из тьмы, Терон ещё несколько секунд провёл на холодной земле, прежде чем его подняли на ноги. Успев оглядеться, он понял, что ир-меры разбили лагерь где-то посреди тёмного леса. Твари грызлись и бились между собой, резню же предотвращали шагающие среди них Падшие, которых ир-меры боялись больше чем огня.

Взгляд Мейстланда упал на лицо, возникшее перед ним. Глаза у этого человека были не совсем нормальными — не огненные гиены, но и не обитель спокойствия в синем цвете. Кудрявые волосы Лорда Тьмы вздыбились как волчья шерсть. Глаза у него были большим, лицо вытянутым, как у зверя, такой же была и ухмылка.

— Азгорон — вырвалось из уст Терона.