Хроники Климэнда. Том Третий. Меч и Зеница.

Глава 13. Перед затмением

Северное Кровогорье.

С того самого момента, как небо стали покрывать плотные серые тучи, гонимые холодными ветрами, Гарет только и делал, что стискивал зубы и хмурился от рябящего снега. Пятнадцатый Красный Легион под его командованием входил в Третью Кинхартсткую Армию, пришедшую под стены Сайн-Ктора на мирные переговоры. В двух лигах от города солдаты красного легиона, вместе с тяжелой карденхолльской конницей и пятью полками ренегатов Монс-Ранхара, отныне считавшихся официальными имперскими войсками, стояли напротив Серых Легионов Сайн-Ктора, выступивших под стягами Огненного Феникса и Змеи Серого Герцогства.

Хелена заметно подрагивала. Гарет не осуждал императрицу. Договариваться с Богиней, отрекшейся от смертного рода — дело сложное, требующее предельное серьёзности. В такой ситуации даже Айдан, «великий герой» не смог бы унять содрогания от грядущего. Найт Аксель за время похода превратился в настоящего параноика, но даже здесь Гарет мог прекрасно понять капитана-гвардейца. Охрана Её Императорского Величества была приоритетной целью. Пережив двух монархов, незаконнорождённый племянник Уильяма Кон-Итьена знал весь состав старших и младших офицеров Третьей Армии. Найт яростно следовал за своей госпожой, готовый сложить голову за её сохранность. Немудрено, что сейчас гвардеец выглядел прескверно. Бледный и не выспавшийся, Аксель пытался оттянуть этот момент как можно дольше. Договариваться с Мирной, Богиней, Великим Фениксом — сплошная нервотрёпка.

Гарет и сам заметно сбросил в весе. Переболев по дороге раза два и только вылечившись к кануну Балэр’Итанар, капитан легиона просопливил и исчихался до полусмерти за неделю пути от Карден-Холла до Ноголомного прохода. Приходилось топать вперед, маршировать со своими людьми, перебарывая жар и холод, к тому моменту, когда пришлось отстаивать интересы империи на переговорах, Гарету пришлось пить только воду и чай. А Гарет Стонн’Кассел, не успевший опохмелиться — злой Гарет Стонн’Кассел.

Процессия двинулась вперед и навстречу Хелене из стана герцогства выехали серодоспешники на гнедых лошадях. Соблюдая приличия, два клина оставили между собой несколько метров земли запорошённой снегом.

Гарет посмотрел на встречных лордов-капитанов. Среди них был Лют Эрнтар, правая рука бывшего герцога Имхъера Имнари, державшегося по правую руку и Кеван Кон-Итьен, он же Фаил Акар, держащийся по левую руку от главного ездока: Мираны. Богиня взяла в качестве сосуда Эдэльмиру Имнари и заметно омолодила её тело лет эдак до тридцати пяти. Рыжие волосы были донельзя яркими, почти огненными, на лице не было ни одной морщинки, и как свои люди, Богиня облачила своё тело в доспех с тремя лисами на нагрудной пластине.

Гарет почувствовал, как тепло стало при приближении Мираны. Утерев пот со лба, он придержал узды коня, когда Хелена повела свою кобылу вперед. Мирана приложила руку к своей груди, а после ко лбу, вскинув её в сторону.

— Рада приветствовать тебя, Хелена Кон-Итьен. Жаль, что при обстоятельствах войны. — голос её был мелодичен, певуч, как у прекраснейшей их птиц.

— И я буду рада, Мирана Тайрин’Лит, если война не заставит нас стоять за разными баррикадами. — Хелена поднаторела в изучении древнего наречия, что вызвало улыбку у Алкиона Альгольфа. Старый маг, как и весь придворный совет, пережил Уильяма и Лайана, и радость за Хелену была сравнима лишь с радостью за успехи любимого дитя, особенно у старого мага.

Мирана кивнула и посмотрела на Гарета, уставшего мёрзнуть и наконец, почувствовавшего тепло. Стонн’Кассел не оторвал взгляда от карих глаз богини… и она улыбнулась ему, как старому другу.

— Я, к сожалению, не могу праздно встречать вас. Аст’Мораун выступил на Сайн-Ктор и как я понимаю, Наследник «Самого» Нерана занят более…. масштабными делами. —

— А разве не Старые Боги своим отречением и пролитой кровью создали демонов из пламени и льда, потому что смертные стали молиться Матерям и Отцам Основателям? — Гарет, почему-то без возможности сдерживать злобу, повёл коня вперед, как и Фаил Акар.

— Даже драконы являются моими чадами, Гарет. И за ошибки приходиться платить даже богам. — Хелена, глянувшая на Гарета так злобно как могла, прервала ещё одну из его злобных выходок.

— И на каких условиях Сайн-Ктор готов вступить в союз с империей? — Хелена гордо подняла острый подбородок и с вызовом глянула на новую бессмертную герцогиню.

— О, оставь эти глупые слова для историков. Сайн-Ктор остаётся частью империи, а те серые легионы, ушедшие к Хагарену и Илайтану, считайте войском Ааронта Тангера. Я же просто хочу вести своих детей на пути к победе над…. Ненасытным, в качестве Защитницы Веры. — Хелена повернулась к Алкиону и Найту. Те подъехали к ней и с недоверием стали шептаться.

— Это же почти что вторая императрица… живая богиня… — запротестовал Алкион.

— Это лучше, чем орда демонов у ворот. У нас тут и ир-меры, и элиррмитры готовые порвать каждого, до кого дотянуться. — Найт же уже неделю бегал с разведчиками, замечая и тварей Тай-Фера и астморануских демонов.

— Боги давно шагают среди простых смертных. Поверить Айдану, так в его голове поселились два Царя! — воскликнула императрица, заметившая, как Гарет смотрит на Мирану. С болью и злобой.

— А ты слышала молитвы? Детей, женщины, мужчин и стариков? Мои, к примеру? Почему когда я молился Келтрику, пламя горело сильнее, а когда возносил слова благословений к твоему алтарю, свечи потухали? Я же ведь стою перед самой Мираной! Я же могу задать простой вопрос? Слышала ли пресвятая Мирана мои молитвы? — Гарет сжал поводья и получил немой кивок. Развернув коня, он подъехал к Хелене.

— Если Айдан занят перековкой треклятой Юмкары, но помогут лишь боги. А где Мирана там её дети. Это наилучший выход. Соглашайтесь, Ваше Императорское Величество. — Гарет, казалось, пришёл сюда только за своими ответами, и императрице очень хотелось понизить его до капрала, но поджав губы, она приблизилась к Миране, намереваясь вернуть Сайн-Ктор в состав Кровогорской Империи.