Хроники Климэнда. Том Второй. Наследник Дракона.

Глава 31. Битва при Кардинийском Ущелье

Шестнадцатое число.

Третья неделя Месяца Ярчайших Звёзд.

Йаркарана.

Кардинийское Ущелье.

Северное Кровогорье.

Аларант прижимался к земле. Схватка вот-вот должна была начаться. Рахварион расправил старые и изорванные крылья. Когда дракон стареет на столько, что его когти и клыки не способны рвать плоть врага, когда его перепончатые крылья не могут поднять его к небесам, обычно любой дракон уходит в долгий сон, укрывая себя аурой, как простыней, чтобы сбросить окаменевшую чешую и пробрести новую, подобную броне Мергшорана. Ка’Джор’Вар уходит в сон, чтобы его когти сточились и стали снова острыми и смертоносными, чтобы его крылья вновь могли поднимать его выше гор Баордара.

Аларант был лишён всего этого гномами Фартуморга. Их ученые и философы исхитрились, поймали его, пленили… и лишили крыльев. Они обливали его золотом, но медленно, спланировано, чтобы дракон не умер сразу, чтобы струи чистейшего золота спалили его, и навсегда закрыли собою его пасть. Своими извращенными умами они додумались отпилить крылья Аларанта, сточить его когти, клыки и шипы на спине. Однако, те гномы, чьими руками был изуродован Аларант, уже поплатились, и Облитый Золотом мечтал оказаться в Трехградие, чтобы извести потомков тех, кто приложил руку к его горю. До этого, однако, было далеко.

Пусть у него не было крыльев, он оставался драконом, он оставался потомков первых детей Старых Богов. У него не было возможности взмыть в небо как молодому птенцу, зато, он до сих пор мог убивать. «Убей его» кричал голос в голове дракона, когда изумрудный сородич вылетел навстречу.

«Рано» — отвечал Аларант своему безумию.

Рахварион был старым. Совсем старым, ему бы в пору лечь в спячку, чтобы обзавестись новыми силами. Но старик искал что-то другое. Что-то Мудрый узрел в деле этих смертных. Что-то звало его помогать им. Оставалось лишь догадываться, почему старик стал помогать Тому-кто-крылат-без-крыльев.

Аларант прижался к земле, скаля змеиную морду. Изумрудный сородич… или если быть точным… изумрудная драконица склонилась в почтенном приветствии, сначала к Рахвариону, затем к Аларанту.

— Нархильпаль, Рахварион Мудрый! —

— Кидорхалфор, Аларант Златой! — Драконица гордо подняла длинную шею, выгибая красивые и смертоносные шипы, что так и гудели у неё на хребте.

— И тебе жаркой битвы, Лорнера Северная! — Отвечали в один голос два дракона.

— Язык такойра? Как скажешь, старик — на змеиной морде с рогами, устремленным по направлению спины, выразилось презрение.

— Я бы сказал о тебе то же самое. Зачем служить Уэйстеку… или же Сайн-Ктору? — прошипел Аларант, не двигаясь вовсе. Лорнера тихо прорычала и стала извиваться в шее.

— Я хотя бы не была в плену коротконогих эон’соротов. Что о тебе сказать, Аларант, они помутнении твой рассудок. Как вы можете верить в россказни о Бундайованде?! — Драконица шагнула назад, готовясь к прыжку. Рахварион расправил свои крылья. В пасмурном небе свернул солнечный луч, отразившийся от его черных шипов. Старик ещё был силён.

— Если ли честь в поединке против двоих? — Возразила Лорнера.

— Где ваш хваленый такойра, что крылат-без-крыльев? Где убийца Балкраса Бронегрыза?! — Драконица приподнялась над своими сородичами и выпустила из жарких ноздрей клубы черного дыма. Мороз прошёлся по воздуху, когда заговорил Рахварион.

— Тебе ли говорить о чести, Северная? На твоих когтях кровь твоих сестёр. На твоих клыках кровь твоего брата! — Мудрый не ошибся в своих слава. Алые глаза Лорнеры Северной полыхнули гневом. Всё же не зря он годами прибывал здесь, а не в Рок’Яндаре. Рахварион, по всей видимости, знал о каждом драконе Кровогорья.

Лорнера и Рахварион почти одновременно взмыли над землей. В этот момент Аларант вложил в ноги весь гнев и всю силу, прыгнув необычайно высоко, вонзая клыки и когти в лапы Лорнеры.

***

Драконы начали эту битву. Им оставалось закончить. Гарет отдал приказ. Солдаты замахали флажками на ветру, указывая полкам центрального наступления приступать к медленному шагу вперед. Войска Уэйстека не спешили идти в атаку. Шаг был такой же медленный. Вдалеке виднелась тропа, а на ней вереница солдат лорда Бендреида, дело шло к тому, что на горной тропе подрывники встретят сопротивление или же таких же подрывников. Оставалась надеяться на первый вариант исхода дальнейших событий.

Гарет наблюдал за полем боя, находясь поодаль от самого эпицентра битвы. Лишив своих солдат командования, он эту битву не выиграет. Скоро должен подойти Арвин Фалоне, а вместе с ним и войска императрицы. Битву они обязаны выиграть. Однако, стягов у Ааронта было больше, да и вчерашняя вылазка Орина разозлила его не на шутку. Чего они там натворили с этими мертвым. С одной стороны, было и весело и страшно, а с другой стороны… отряды чёрных легионеров стали ускоряться. Армии пошли на сближение, а сигнальной стрелы от подрывников так и не было.

Если всё пойдет коту под хвост, резерв Гарета пойдёт в бой. Если шансов уже не будет…

***

Бендреид принял удар вражеского топора на свой щит. Не для того он шёл сюда, чтобы умереть на этой растреклятой тропе. Стиснув зубы, лорд Врат Балдарена толкнул противника и ударом клевца отправил того к праотцам. Его солдаты отступили на пару шагов. Черноногие резко повылазили из-за валунов на тропе, и сейчас песок обагрился кровью первого из них. Совсем небольшой отряд, но казалось, они вот-вот протрубят в рог и сюда придет целый легион.

Бендреид закричал.

— А ну-ка, поднажали, ребятки! — Его люди ответили громогласным криком и ринулись в бой. Щиты врезались в щиты. Лорд Врат Балдарена атаковал в первых рядах и черные легионеры немного поубавили напор. Под ногами было скользко от крови и кишок. Один из его парней пропустил удар, и меч вошел тому прямо в пах. Только Бендреид успел нанести удар врагу перед собой, как пришлось держать меч второго, ловко подставляя щит.