Хроники королевств. Царица Степи.

Глава 5.

Терриэль Аргаэт.
Легкий стук моих каблуков по мрамору императорского дворца вторил моей памяти, прокручивающей для меня вновь и вновь слова, сказанные отцом во время только что закончившегося разговора.
- Я устал в тебе разочаровываться, - звучит эхом к моим шагам.
- Ты позоришь не только свое имя, но и императорскую фамилию, - голос отца в голове заставляет ускорить шаг.
- От тебя слишком много проблем, впрочем, ты сама изначально была проблемой, - лицо отца спокойно, лишь уголок губ дёрнулся в презрительной усмешке.
Проблема, ошибка, позор, разочарование... Ничем иным для отца я никогда и не была. При дворе это не было новостью, как и особенной тайной. Придворные хоть и склонялись в поклоне, но скрыть пренебрежения во взгляде зачастую не успевали. Особенно, когда и не собирались этого делать.
- Твоей наставницы больше нет, и заплатить собственной жизнью за твою глупость больше некому, - отец намеренно бил по больному, самому уязвимому месту.
Собственную мать я не особо интересовала, она была в ужасе от того, что сделала с её прекрасным телом беременность. И едва оправившись от родов, посвятила себя "возвращению красоты". А потом и вовсе умерла. Отца моя детская привязанность и желание получить его внимание раздражали. А брат... Принц Эрлион ненавидел и считал меня ничтожеством одновременно. И не упускал шанса напомнить мне, что я бастард. Маленькой я пыталась понравиться Эрлиону. Даже как-то самолично тащила с кухни поднос с любимыми братом пирожными с вишней и сливками, когда он в наказание должен был сидеть в своей комнате все праздники.
Помню, он тогда тщательно размазал по моему лицу и волосам каждое пирожное и выставил меня за дверь.
Кажется, что всё моё детство я интересовала только одного человека во всём дворце. Иллириана Вернет, она же Иллира Отравительница, была той, кто первой взяла меня на руки. С того момента она стала моей нянькой, а после и наставницей. Она знала обо всех моих переживаниях, делила со мной мои секреты, и всегда была той, кто вне зависимости от того права я или нет, всегда была на моей стороне. Строго выговаривала за мои ошибки, но никогда, ни разу не сказала, что я её разочаровала! Иллириана единственная, кому я могла позволить находиться за моей спиной.
Я очень быстро поняла, что любить и уважать меня во дворце отца никто не собирается, поэтому я решила, что пусть тогда боятся! И титул первой стервы императорского двора вскоре стал моим. Меня боялись, стать объектом моего внимания никто не желал. К пятнадцати годам мне достаточно было просто внимательно посмотреть, чтобы заставить любого в волнении покинуть зал. Моё внимание или подаренная улыбка считались среди аристократов дурной приметой.
Единственным, кому я улыбалась искренне, и кому готова была подарить всё своё внимание, был мой кузен.
Я уже практически летела по коридорам, встреченные по пути придворные даже не успевали спрятать глумливые улыбки и любопытные взгляды. Слухи ходили, и весьма неоднозначные. И каждому хотелось стать тем, кто знает чуть больше. Я уже представила, какие разговоры приглушённым шепотом будут нестись мне в спину.

И тут вспомнила, что вот-вот должна прибыть Сарнийская, поэтому так же стремительно и уверено направилась к центральной парадной лестнице.
Лица наших придворных дам разочарованно вытянулись. Ну, конечно! Император вызвал к себе в кабинет дочь, чтобы дать указания по встрече прибывающей гостьи, это совсем не то же самое, что вернувшуюся из тайной поездки дочь вызвал разгневанный отец на фоне очень интересных слухов.
Я прекрасно, в мельчайших подробностях помню, как увидела кузена впервые. Как он всегда осаживал брата, находил время выслушать мои детские жалобы, научить чему-то или разобраться, почему у меня что-то не получается. Если бы меня спросили кто для меня олицетворяет в Империи идеал мужчины, ответ не вызвал бы затруднений. Лорд Тарьер Аргаэт.
Аристократ, самого высокого происхождения, лорд с проявленной силой, наследник самого большого состояния в Империи... Перечень достоинств занял бы достаточное количество времени. И конечно, сравнивая брата и сына кузины, отец всё больше склонялся к тому, чтобы сделать наследником кузена. Правда, с одним маленьким условием. Обязательный брак с принцессой крови дома Аргаэт, то есть со мной.
В тот день, когда я это подслушала, я была по настоящему счастлива. В мыслях я сотни раз представляла себе, как возлагаю корону на голову кузена во время коронации, как в подробностях выкладываю ему всю подноготную каждого из аристократов. В моих мечтах Империя достигала своего величия и небывалого расцвета благодаря мудрому и справедливому правлению императора Тарьера Второго.
- Это благодаря тебе. - Говорил мне придуманный мной император-кузен. - Хоть ты и стоишь в тени, но людей не обманешь, не зря тебя так любят в Империи.
Но время шло, а ни отец, ни кузен не делали ничего, чтобы превратить планы и договорённости в реальность. Казалось бы, я хотела всего лишь подтолкнуть кузена... Да, запрещённое средство, а какое ещё могло бы подействовать на тёмного лорда?

Судьба посмеялась надо мной, всё пошло кувырком, и пытаясь удержать неосторожно сорванную мной лавину, я только больше разрушала!
В итоге, кузен приходит в бешенство от одного моего имени. И слушать ничего не хочет. Как и отец. И что он теперь предпримет, чтобы успокоить племянника, никому не известно.
- Ты сам планировал нас поженить! Вы договаривались об этом с леди Аргаэт ещё когда мне едва исполнилось десять! Я почти половину прожитой жизни была уверена, что Тарьер мой будущий муж! Отец, я просто боролась за своё... - высказала я отцу в его кабинете.
- Боролась? Выставив себя посмешищем и опозорив всю нашу семью? - спокойно и холодно спросил ответ. - Жди моего решения. Права, что-либо решать, у тебя теперь нет. Пошла вон.
Его гнев я отчасти понимала. Тот, кого он уже прочил в свои наследники, носится со своей простолюдинкой и объявляет о помолвке с какой-то то ли крестьянкой, то ли селянкой, зарабатывающей себе на жизнь прислугой по злачным местам!
Погружённая в свои мысли, я даже не заметила, как оказалась на лестнице.