Хроники Короны. Восстание.

Глава 2. Часть 1. Кубарем с улицы Саранди.

— Уже сегодня вечером!

Эта фраза отдалась в голове Томаса, словно гром среди ясного неба. Не может быть, чтобы в Онфосте произошло что-то ужасное! В северном городке никогда ничего плохого и не происходило! Подумать только, уже сегодня!

— За премерзкие новости! — заговорщики вместе подняли бокалы с мутным пойлом и дружно чокнулись, отвратительно расхохотавшись.

Гринбейл осознал, что пришла пора ему убираться. Мальчик собрался залезать обратно под стол, как кто-то резко положил руку на маленькое плечо юного посетителя. Том обомлел от страха, ведь, когда он обернулся, то увидел массивную тушу, нависшую над собой. Несомненно, это был один из противозаконников, что лишь секунду назад валялся в кресле, обитом чёрной кожей, рядом с Менгелем.

— Куда это ты собрался? — усмехнулся злодей, оскаливаясь в мерзкой улыбочке. — Мы не отпустим такого важного свидетеля, оказавшегося не в том месте не в то время!

Гринбейл решил не оставаться на закрытой вечеринке одноклассников по дерзким планам – он пнул верзилу в пах, а затем резко рванул прочь, приведя амбала в замешательство. Однако только на короткое мгновение. За спиной удаляющегося Томаса раздался крик на весь концертный паб.

— Шпион! Грязный шпион! Скорее, держите его, пока враг закона не сбежал! Мальчишка слышал всё!

В этот момент каждый в пабе разом обернулся на улепётывающего Гринбейла, и взгляды их были отнюдь не дружелюбными и любопытными. Посетители поднялись из-за столов, и тогда Томас прекрасно понял, куда попал: в гадкое сборище заговорщиков, ужасных противозаконников, мечтающих о свержении нынешнего Властителя. А маленького парнишку, случайно влезшего не в ту дверь, к несчастью, никто просто так не выпускать не планирует. Мальчик был уверен, что выпивной зал полон уродов, но данный факт, на самом деле, не так правдив. Большинство людей, не понимая, зачем необходимо ловить мальчишку, поднялись из-за столов и направились в сторону бедного любопытного гостя.

— Что происходит?! — не понял Мсье Хай, гневно стуча тростью. — Почему меня никто не слушает? Безобразие! Окраинная провинция!

Певца уже никто не слушал. Тут и там доносились приказы Менгеля и его сообщников.

— Перекройте выходы!

— Гадёныш не может уйти безнаказанно!

— Схватить и голову с плеч!

Поэтому Томас решился: необходимо выбраться из паба “У Шона” и доложить Аделии о запланированном восстании. И мальчик начал вилять змейкой и по диагонали, не попадаясь в руки злодеям. Унылый Говард Хай перестал пытаться успокоить толпу и решил любоваться происходящим, как его оттолкнули в выходу. Сцену заняла странного и, скорее, неуместного вида группка: старушка с позолоченной трубой, пухловатый нелепый мужчина с продырявленной бородой с крупной тубой и женщина с неизвестным Томасу музыкальным инструментом, выглядела он словно настоящая певица. Одеты новые музыканты были в серые тряпки, сотканные из такого же материала, что и навесы с улицы Саранди, причудливые шляпы и замызганные окуляры. Неизвестные походили на бродяг и бедняков из крупных городов, но вот что они забыли здесь?

В зале нарастало напряжение. Чудак в красном костюме цвета томата так разозлился прыткости подростка, что с дури постарался вмазать ему по приятному личику. Гринбейл с лёгкостью откатился на пол, из-за чего удар пришёлся в живот громадине из прихвостней Менгеля.

— Ах ты шмандский шниббль-дибль! — рассвирепел тот, набрасываясь на обидчика. Завязалась нехилая драка и многие с радостью присоединились к ней. А после со сцены донеслись звучания тубы и трубы, а женщина стала… петь. И довольно годно.

И вот они бегут, все-все бегут,

Раздался крик: лови ребёнка!

Сам не поймёшь, зачем,

Зато спешишь поймать скорей

Томас предпочёл залезть на стойку и принялся отбиваться от приближённой к Рондалоничу девице, ненавидящей тюрьмы, пустыми и полными бутылками хмельных напитков. Наконец, одна из них прилетела злодейке в лоб и разбилась, отчего дама повалилась на пол без чувств.

Летят столы, тарелки,

Полный кавардак!

Что скажет дядя Шон?

Когда войдет в кабак.

Пачка заговорщиков,

С Менгелем в придачу,

Бедного мальчонку,

Ловят все похоже.

Мальчик ринулся к двери, ведущей в подсобное помещение к спасательному люку наверх, пока проход не загородили двое – писклявый и низкотонный весом с тонну.

— Ты не пройдёшь! — пропищал первый, выставляя перед собой тяжелого товарища.

Гринбейл повернул обратно, к единственному оставшемуся свободным выходу На дороге появился разъяренный Менгель с подбитым глазом. Он еле-еле волочился в неизвестном направлении, когда заметил шпиона.

— А ну замри! — запыхтел он, пробираясь к жертве. Его бледные щëки побледнели в несколько раз. — Ты не выберешься отсюда живым, никто не выберется! — после чего главарь рухнул вниз, зацепившись за пьяного старика, лежащего там с прихода, точнее прокрада, мальчика.

Нет подобной прыти,

Нет похожей силы,

Ноги так давно,

Перестали бегать.

Томас перепрыгнул с пыльной стойки на ближайший стол и понял: он в тупике. Заговорщики и обыкновенные посетители прекратили глупую бойню и окружили бедолагу. В голову Гринбейла прискакала безумная мысль.

Всё бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут,

А Том скорее!

Мальчик наскоро перепрыгнул на соседнюю столешницу, после чего совершил невероятный прыжок вверх, схватившись за хлипкую люстру, раскачавшись на ней и перебравшись к следующей.

Всё бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут,

А Том проворней!

Герой спрыгнул с последней люстры до того, как она рухнула на вышибалу, отскочил от чьей-то лысой башки, словно детский резиновый мячик-попрыгунчик и выбрался к выходу.