Хроники Марионеток. Цель Офицера

Глава 10.3.

Рин и раньше подозревала, что Фрис – превосходный рассказчик, но по-настоящему оценила его талант только сейчас. Жестикуляция и речь его были настолько выразительны, что ни одна из историй не звучала скучно. Рин даже позабыла про остывающий ужин. Ему бы в театре играть, думала она, восторженно наблюдая за другом.

– Тебе бы в театре играть, – поспешила она высказать свою мысль.

– Театр? Что это?

Рин попыталась объяснить в меру своего понимания.

– Ну… Театр – это место, где люди воплощают на сцене какое-то литературное произведение. Разыгрывают его по ролям и выступают. Есть певцы, музыканты, они просто поют и играют перед публикой на инструментах. А актеры разучивают слова определенных персонажей из какой-то книги и играют все вместе.

– Должно быть, страшно скучно, – усомнился Фрис.

– Да нет же. Я, наверное, непонятно объясняю…

– Объясняешь ты понятно, – внезапно послышался голос Анхельма.

Рин обернулась и увидела, как его светлость стоит в дверях обеденного зала с пирожком в одной руке и папкой с бумагами под мышкой.

– Просто это нужно хотя бы один раз увидеть. Кстати говоря, Магредина, куда мы направляемся, в числе прочего славится своими театрами и оперой. И я думаю, что раз уж мы все равно затеяли такое долгое путешествие, то обязательно посетим самые знаменитые места.

– Правда? – оживилась Рин. Она очень любила театр, но ей редко удавалось посещать это место. В Соринтии театры были только в самых больших городах, и попасть туда было очень сложно, билеты стоили баснословных денег. Развлечение для аристократов. Простые люди обходились ярмарочными представлениями бродячих актерских трупп и циркачей, где репертуар и качество исполнения оставляли желать лучшего.

– Конечно. Я люблю театр, частенько езжу в Кандарин на премьеры. Так что точно не упущу возможности посмотреть театры Левадии. Рин, ты знаешь левадийский язык?

– Да.

– Фрис?

– Я знаю все языки, – отмахнулся тот, пытливо разглядывая кусок сырого мяса в тарелке.

– Я зашел сказать, что почти освободился. Еще часа полтора поработаю.

– Ужинать не будешь? – спросила Рин.

– Не до того мне… – поморщился Анхельм. – Казначей мне такой отчет принес, одна головная боль с ним, с прошлой ночи копаюсь.

– Жадные людишки воруют? – весело поинтересовался Фрис.

– Не то слово, – мрачно ответил герцог, ероша волосы. – Такое ощущение, что они считают меня идиотом, думают, я не догадаюсь. Стоило определиться со строительством академии, как налетели вороны на бюджет.

– Вини себя, надо быть жестче.

– Гениальная идея. Я подумаю. Приятного аппетита!

И ушел, помахав пирожком на прощание.

Рин тоскливо взглянула ему вслед и снова попыталась понять свое состояние. Каждый раз, когда он уходил, она чувствовала, что не хочет видеть его спину. Когда они разговаривали, герцог всегда стоял или сидел лицом к ней и никогда не отворачивался и не заговаривал, стоя к ней спиной. Во сне он обнимал ее сзади, тепло дыша в затылок. Когда они шли куда-нибудь, он всегда держал ее за руку или приобнимал за плечи. В какой день он успел стать ей настолько близок? И почему? Почему ей не хватает его прямо сейчас? Глупости какие-то лезут в голову…

– Хм-м… – протянул Фрис, задумчиво глядя на Рин.

– Что?

– Ты влюбилась.

Рин посмотрела на него так, будто он сказал невероятную чушь.

– Нет, – тихо, но веско ответила она. – Я просто немного привыкла к нему. Он – один из немногих, кто не вызывает у меня желания убивать.

– Утешайся этой мыслью, раз тебе так легче, – Фрис загадочно улыбнулся. Рин только раздраженно вздохнула.

– Я пойду к себе, – сказала она.

– Ты ничего не съела.

– Аппетита нет.

Она встала и уже повернулась, чтобы уйти, но Фрис поймал ее за руку и силой усадил себе на колено. Только она открыла рот, чтобы возмутиться, как там оказалась ложка с картофельным пюре.

– Давай, будь хорошей девочкой и поужинай, – с заботливой улыбкой проворковал Фрис, сжимая ее. – И настроение сразу появится.

– У тебя объятия – стальные тиски, – выдавила она, проглатывая пюре.

– Это чтобы ты не сбежала.

– Фрис, я правда не голодная, – возразила Рин.

– Ну да, а желудок твой просто так урчит. Давай, будь умницей! – он помахал перед ее ртом ложкой. – За маму!

От веселой физиономии Фриса настроение Рин поползло вверх, и она не смогла сдержать смешок, а потом и вовсе заливисто расхохоталась. Он отпустил ее.