Хроники Марионеток. Цель Офицера

Глава пятнадцатая, в которой Рин получает предупреждение

Шимерви встретил их праздничными гирляндами из разноцветных огней, совершенно тихой погодой без намека на снегопад и сонными стражами на заставе. Инспектор быстро глянул их документы и отпустил восвояси, посоветовав ехать прямиком в гостиницу «Гир-де-Шанс». Гостиница была не такой шикарной, как в Девори, но тоже вполне презентабельной. Портье зарегистрировал их, отдал ключи от трех номеров и приказал носильщику забрать багаж, а Анхельм сразу же договорился, чтобы новый экипаж подали в шесть утра. Как только они устроились, официант принес ужин. Фрис давился говяжьим стейком с кровью и поминутно ворчал, что мясо нужно есть сырым, поясняя, чье именно оно должно быть и какие части вкуснее. В конце концов Анхельм не выдержал и предложил ему прямо сейчас пойти в лес и поймать себе кого-нибудь, вместо того чтобы портить всем аппетит живописаниями разделки тушек. Рин без особого энтузиазма съела свою порцию супа, мяса и яблочного парфе на десерт, зато выпила целый кувшин воды: ей страшно хотелось пить.

Затем они разошлись по комнатам. Рин тщательно почистила зубы, умылась и забралась в свою постель. Когда Анхельм пришел из ванной, она уже сладко сопела в подушку. Он лег рядом, обнял ее крепко и прижал к себе. Девушка в полусне повернулась к нему и что-то неразборчиво прошептала. Сердце его сладко замерло.

– Что? Что ты говоришь, милая?

– Ладно, потерплю, говорю, – буркнула она чуть громче. – Ноги у тебя ледяные, а я только пригрелась.

– О… прости, – разочарованно вздохнул Анхельм. Ему-то показалось, что она сказала совсем другое…

Они пересекли границу герцогства Зальцири восемнадцатого января, а двадцать второго уже подъезжали к столице, откуда должны были отправиться паровозом до Гор-ан-Маре. За это время Фрис неплохо научился читать и даже выучил наизусть трагедию «Под одним небом ходим» из того самого сборника Риккардо Монверде. Так что в экипаже они с Рин и Анхельмом развлекались, разыгрывая пьесу по ролям. Анхельм твердил, что из Рин получилась бы актриса, если бы она брала уроки мастерства. В ответ на это она просила не ковырять ее больную мозоль.

– Совершенно не понимаю, – говорил Анхельм, – почему ты не брала уроков. Ведь у тебя очевидный талант, как можно было взять и похоронить его?

Рин вздохнула и с улыбкой ответила:

– У меня денег не было, Анхельм.

– Но ведь есть бесплатные школы.

– Это сейчас они есть. А когда я сбежала из дома, их еще не было. В те годы образование было платным и стоило немало. Когда я заработала достаточно денег на уроки актерского мастерства, то была уже по уши в карьере агента безопасности. Уже не до театра стало. Я хотела стать актрисой, но не сложилось. Хотя я в этом не уникальна. Думаю, все беглянки первое время мнят себя будущими великими актрисами и покорительницами сцены. Фантазии о богемной жизни, поклонниках… Часто бегут только ради этого.

– А потом жизнь преподает им урок, и заканчивают они, как ты, – заметил Фрис.

– Да-а, – засмеялась она. – Хотя у некоторых получается добиться успеха, взять ту же Рене Де Врис. Легенда! А начинала поломойкой, драила сцену.

– А о чем мечтала ты? – полюбопытствовал Анхельм.

– Я хотела вырваться из дома. Жизненного плана и цели у меня не было, я просто плыла по течению. Передо мной открылось море возможностей, глаза разбегались, я даже не знала, из чего выбрать. Первым большим городом, где побывала, был Финесбри. Я впервые бродила по улицам и рассматривала витрины магазинов. Купить ничего не могла – денег не было. Как сейчас помню, в кармане лежала тысяча пятьсот семьдесят ремов, на которые я хотела снять комнату. Мне отказали в шестнадцати местах! Все люди смотрели на меня, как на дикое животное, спрашивали, кто такая, что делаю в городе, не ищет ли меня полиция… Сейчас к аиргам уже получше относятся, а тогда… Хуже мусора. Я почти отчаялась, думала, что конец моим мечтам жить отдельно от родителей и придется возвращаться в Истван. Заночевала в каком-то задрипущем трактире, а утром там же нашла работу официантки. Платил хозяин очень мало, но был такой добрый человек и не испугался меня, аирга. Первый месяц спала на кухне в трактире, стелила себе оленью шкуру на пол у печи, укрывалась пледом. С первого жалованья купила билет в театр. Знаешь, который на Площадной улице, прямо перед мэрией? Вот там. После спектакля познакомилась с Мари. Вот Мари как раз хотела стать актрисой и уже была в ученицах у маэстро… Забыла, как его звали. Ну, не суть важно. В общем, мы подружились и стали снимать вместе комнату. Мари была чудесной, ей все было интересно, она без конца расспрашивала меня о жизни аиргов. А я, естественно, рассказывала и расспрашивала ее о людях, о мире... Один раз она взяла меня с собой на репетицию пьесы, которую до того мы с ней репетировали дома перед зеркалом. Я помогала ей, читала реплики других персонажей.

Рин замолчала покрутила в пальцах белокурый локон и с интересом его рассмотрела.

– И что потом? – нетерпеливо спросил Фрис.

– А? А! Ну, играла она неплохо, но маэстро что-то не нравилось. Слово за слово, он попросил меня сыграть ее партнера, который в тот день заболел. Я сыграла, как понимала. Не знаю почему, но маэстро понравилось, он вертелся вокруг меня и сокрушался, что, мол, такой самородок пропадает. Действительно не понимаю, что его так привлекло во мне, учитывая мой акцент.