Хроники Наригара. Возрождение империи

Глава 22. Противостояние жриц.

Амалантару в одиночестве шагала по пустому коридору туда, откуда исходила сила Великой жрицы. После прибытия в столицу она чувствовала, как ее связь с богиней усилилась в несколько раз.

Стук каблуков раздавался эхом по коридору. Долгое время это был единственный звук, который слышала Амалантару, если не считать едва уловимый шелест ремешков и одежды. Вскоре к стуку каблуков добавился приближающийся топот армейских сапог.

Стража приближалась, и через пару минут несколько мечников перекрыли путь верховной жрице клана Дракона. Амалантару одним взглядом наложила заговор оцепенения, и пятеро стражников тотчас окаменели. Ни один из них не мог пошевелить и пальцем, лишь их глаза метались из стороны в сторону. Амалантару, как и прежде, медленно шагала вперед, приближаясь к ним. Поравнявшись, жрица остановилась и мягко прикоснулась к одному из стражников.

Заговор тут же рассеялся, но стражник продолжал стоять как вкопанный. Его глаза, полные ужаса, были прикованы к жрице. Та мягко притянула его к себе и едва слышно шепнула.

- Беги и расскажи то, что узрел здесь. – несмотря на спокойный голос Амалантару, лицо стражника стало еще бледнее от страха.

Стражник все еще стоял в оцепенении. Как только Амалантару убрала руку, он со всех ног бросился прочь, задыхаясь от ужаса. Жрица продолжила путь по коридору. Амалантару все сильнее ощущала нарастающую ауру духовной силы Великой жрицы.

Глава клана Паука и по совместительству Великая жрица обладала поистине выдающимися способностями. Жрицы богини паука владели заговорами, действующими на психическом уровне. Они могли усыпить, ослепить или взять под контроль тело того, кому не посчастливилось попасть под их атаку. Более могущественные жрицы могли одной лишь силой мысли свести с ума или даже убить.

Ранее Амалантару могла ввести в оцепенение максимум троих, но для использования заговора ей требовалось время и постоянная поддержка его действия. Теперь же, после того как она очутилась в столице, ее силы многократно возросли. Жрице даже начало казаться, что сама богиня благоволит ей. Она смогла в одно мгновение заговорить пятерых стражников и продолжить путь, даже не почувствовав легкой слабости, свойственной после использования магии.

Вскоре Амалантару вышла в большой зал, в который вели еще пять коридоров. Зал, как и остальной замок, был выполнен в готическом стиле. На стенах были выгравированы изображения Великих лордов и жриц королевства. Судя по всему, в мирное время зал предназначался для торжественных приемов и празднеств.

Попав в зал, Амалантару оказалась в окружении нескольких отрядов стражи. В этот раз им в поддержку отправили храмовых воительниц. В их ряды шли девушки, которые не смогли установить достаточную связь с Богиней. Их обучали боевым дисциплинам и некоторым заговорам, а также тренировали устойчивость к жреческим заговорам и молитвам.

Зазвучали взводимые арбалеты, судя по звукам, их было не меньше десяти. Амалантару сконцентрировалась и направила молитву Богине пауков. Заговор такой силы жрица прежде не использовала и могла лишь предполагать, какой эффект он вызовет.

Прошло несколько мгновений, но выстрелов не последовало. Еще через секунду верховная жрица услышала вскрики стражников. Открыв глаза, она увидела, как стрелки с закрытыми глазами мечутся из стороны в сторону. Заговор ослепил арбалетчиков, выведя их из боя.

Несколько стражников набросились на сослуживцев, хаотично атакуя ближайших. Они метались как безумные. Многим пришлось защищаться, несколько обезумевших уже лежали без сознания, остальные попятились, со страхом глядя на верховную жрицу.

Храмовые воительницы, в отличие от стражи, и не подумали отступать. Молодые девушки уверенно направились к Амалантару. Заговор их не тронул, и они решили, что жрица не в силах преодолеть их духовную защиту.

Внезапно сильная головная боль пронзила сознание воительниц. Боль затмила разум, и они не смогли удержаться на ногах. Упав на колени, воительницы мучились от боли, которая, казалось, шла из самой глубины сознания.

Одна из воительниц, превозмогая боль, смогла открыть глаза и посмотрела на верховную жрицу. Та медленно шла к ним, и ее красота и величие отпечатывались в сознании даже сквозь страдания, терзавшие воительницу.

Когда Амалантару подошла совсем близко, воительница из последних сил подняла глаза. То, что она увидела, не поддавалось описанию: ей показалось, что нечто могущественное стояло за спиной верховной жрицы и поддерживало ее. Даже боль отступила, оставив лишь трепет перед сверхъестественной силой, которая могла принадлежать только одной.

Воительница опустила голову и склонилась перед могущественной жрицей. Боль исчезла, уступив место восхищению. Эльфийке даже показалось, что она рада испытанию, выпавшему на ее долю. Остальные воительницы тоже поднялись и преклонили колени перед Амалантару.

Амалантару спокойно прошла мимо девушек и направилась к большой двери, откуда ощущала вражескую силу. Даже стража, отступая, не смела войти туда, хотя дверь не была заперта.

Верховная жрица клана Дракона легонько толкнула массивные створки. Они распахнулись, открывая широкий коридор с высокими потолками. Стены, пол и свод были покрыты узорами паутины. Коридор не освещался ни факелами, ни локинарами, но сумрачный свет, исходивший от рисунков, давал достаточно света.

Амалантару вошла в коридор. Он вел в храмовое крыло, место, где собирался совет жриц и находилась Великая жрица. Здесь не было стражи. Им запрещалось ступать сюда, да и никому не пришло бы в голову входить на территорию жриц без приглашения.

Кроме Амалантару. Она решила бросить вызов Великой жрице и шла вперед. Если какие-то охранные заговоры и существовали, они рассеивались, стоило верховной жрице клана Дракона приблизиться. Амалантару еще никогда не ощущала такой силы.

Коридор вскоре закончился, и она вошла в широкий круглый зал, где издревле собирался совет жриц. Сейчас здесь находились несколько десятков жриц из разных кланов. Каждая возносила молитвы богине Пауков в надежде получить благословение.