Хроники Ненара. Империя вампиров (книга 1)

Глава 32. Смена расы

    Впервые в жизни я ощутил себя подопытным кроликом, которого собираются принести в жертву науке. Да, я согласился на проведение ритуала, так как понимал, что врагов у меня и так немало, а мое головокружительное восхождение по вертикали может закончиться, в лучшем случае, сломанной лишь у меня шеей, а в худшем – смертями всех, кто мне доверил свои жизни.

    Хорошо, что ритуал будет проводить не верховная жрица, а клановые, которым я доверяю куда больше. Правда, возникла одна маленькая проблема: верховная жрица утверждала, что после смерти я сам обязан выбрать чертог бога, в который я желаю переместиться, но только как это сделать, и чем грозит мне ошибка, она сказать не могла, так как ранее у проходившего ритуал никогда не было трех покровителей расы вампиров.

    В общем, в данный момент я был своеобразным подопытным кроликом, при помощи которого жрица надеялась дополнить информацию об одном из древнейших ритуалов, который мог быть проведен лишь при посредничестве ее богини-покровительницы. В случае успешного завершения обряда, верховная жрица обещала мне выполнить одно любое желание, связанное с моим кланом.

    Десять ударов сердца – ровно столько прошло от момента начала ритуала, до того, как в мою грудь вонзился стальной клинок. А дальше мне почему-то вспомнился момент моего попадания в этот мир из-за пробегавших перед глазами строчек системных сообщений, каждая из которых сообщала об очередной ошибке.

    Благо, эта череда сообщений быстро закончилась, хотя даже этого небольшого отрезка времени мне хватило, чтобы ощутить себя беспомощной куклой в руках кукловода. После очередного уведомления об ошибке система предложила мне пройти в чертоги одного из богов-покровителей. Правда, почему-то их было не три, а пять. И все бы ничего, но вместо имен богов были лишь цвета, которые, как мне подумалось в тот момент, должны соответствовать определенным богам. Вот только как узнать, какой цвет нужен мне?

    Белый и ярко-золотой я отмел сразу, так как эти цвета никогда не сочетались с цветами Гекубы, бронзовый явно относился к Инкубу, а дальше наступил полный швах. Два переливающихся на свету цвета. Они были разными и в тоже время очень похожими.

    Я долго всматривался в них, не обращая внимание ни на что вокруг, и лишь спустя какое-то время смог различить легкие переливы перламутра на одном из них, в то время как другой просто блестел на свету. Надеясь, что не ошибся, я выбрал последний вариант и оказался прав. Понял я это благодаря системному сообщению, гласившему, что я посетил личный чертог богини Гекубы.

    Открыв глаза, я увидел перед собой девушку, которая играла с шариками из хрусталя и пела какую-то песню. Эта девушка очень сильно отличалась от всех, кого я когда-либо видел. Ее облик был притягателен, но хрупкой ее назвать я не мог, так как та сила, которую я ощущал в присутствии богов, казалась лишь легким дуновением ветра в сравнении с силой, исходившей от девушки.

    – И долго ты собрался пялиться на нее, игнорируя присутствие хозяйки? – услышал я чей-то раздраженный голос.

    – Столько, сколько потребуется, чтобы понять то, о чем она поет, – ответил я, даже не удосужившись повернуться.

    –  Ты столько раз общался с богами, но так и не научился понимать, когда переходишь грань дозволенного, – не повышая голоса проговорила та, которая назвалась хозяйкой.

    – Гекуба, ты уже не первый раз видишь меня, но так и не можешь понять, что я не из тех, кто будет лебезить и пресмыкаться перед богами ради очередной плюшки, – ответил я, продолжая любоваться девушкой и наслаждаться песней, слов которой не понимал.

    – И зачем же в таком случае ты посетил мой чертог? – спросила богиня, положив руку на мое  плечо.

    В этот миг все преобразилось: помещение стало более красочным, а слова песни стали понятны и были дополнены чарующей музыкой, заставляющей мою душу купаться в реке наслаждения. В какой-то момент рука богини дрогнула, и я вновь увидел девушку, сидящую на полу огромного зала и играющую с хрустальными шариками, напевавшую при этом песню, слов которой я не понимал.

    – Как тебе это удалось? – спросила богиня.

    – Я просто стоял, слушая песню, слов которой не мог понять, и любовался прекрасной девушкой, которая не видит не только меня, но даже тебя, – ответил я, переведя взгляд на хрустальные шарики.

    – Семь столетий она не пела ни для, кого кроме себя, – с печалью в голосе сказала богиня. И в этот миг я понял, что же меня так смущало в этой девушке: она была точной копией богини, но, в отличие от Гекубы, от нее не исходило даже тени угрозы, которую я ощущал каждый раз при общении с богами.

    – Она твоя дочь, – сделал я вывод и, видимо, оказался прав. Богиня вновь положила руку на мое плечо и, как мне показалась, сама наслаждалась голосом своей дочери, который не слышала очень давно даже по меркам богов.

    – Да, она моя дочь, а поет она о тех, кто никогда больше не появится в этом мире, – печаль в голосе богини заставило мое сердце сжаться.

    – Они погибли?

    – Ее отец был развоплощен богами одной из светлых рас, как и ее избранник, – рука на моем плече разжалась. – С тех пор она всегда тут – в этом зале – играет с хрустальными шариками, которые когда-то были ее слезами по любимым людям.

     Именно сейчас я вспомнил свои чувства в тот момент, когда умер единственный близкий человек. Мир вокруг меня вновь изменился, и я смог понять: то, что я воспринимал, как песню, было лишь наваждением, ведь на самом деле девушка горько плакала и звала своих близких вернуться к ней.