Хроники парящих островов: Корона Штормов

 Глава 3: Узы прошлого

Через три дня после Ритуала Призыва лагерь аэритов был охвачен лихорадочной активностью. Будто муравейник, потревоженный сильным ветром, серебристоволосые фигуры сновали между шатрами, собирая припасы, проверяя оружие и оттачивая последние детали их рискованного предприятия.

В самом центре этого контролируемого хаоса возвышалось нечто поистине удивительное — "Ветробег". Корабль, не принадлежащий ни земле, ни воде, парил в полуметре над почвой. Его обтекаемый корпус из серебристого дерева поблескивал в лучах утреннего солнца, а паруса из полупрозрачной ткани трепетали, ловя малейшее движение воздуха, словно чуткие щупальца неведомого существа.

Аэрос Зодчий кружил вокруг своего творения с неослабевающим энтузиазмом. Его шляпа-пропеллер крутилась в такт его движениям, а серебристые волосы с проседью были собраны в практичный хвост, чтобы не мешать работе. Глаза мастера-конструктора, цвета грозового неба, светились юношеским воодушешевлением, несмотря на его двести тридцать лет – средний возраст для аэрита.

— Вот здесь, видишь? — обратился он к Торвалю, указывая на сложный механизм в центре палубы корабля. Система шестерен, кристаллов и тонких металлических пластин тихо гудела и вибрировала. — Магический конвертер. Собирает остатки нашей силы и преобразует в подъемную энергию. Гениально, если позволишь заметить.

Торваль обошел механизм, проведя рукой над его поверхностью, ощущая легкое покалывание, как от статического электричества.

– Без Аэролита его невозможно поднять высоко, – объяснял он Торвалю, – но он доставит нас к подножию архипелага, а оттуда мы сможем подняться по Восточным скалам.

— А если встретим сопротивление? — спросил Торваль, рассматривая карту, расстеленную на столе из легкого дерева. Карта была испещрена заметками и символами: красные кресты обозначали опасные ветровые потоки, синие спирали – известные патрульные маршруты воронов-отступников, а зеленые точки – возможные убежища и пещеры.

— У "Ветробега" есть несколько сюрпризов, — с хитрой улыбкой ответил Аэрос, похлопывая по стене корабля. — Энергетические щиты на случай атаки, ускоряющие вентиляторы в кормовой части, и даже пара метателей молний моей собственной конструкции. Конечно, они не сравнятся с тем, что могли создавать наши предки, но для отпугивания мелких хищников сгодятся.

Обсуждение прервал дозорный, спустившийся с наблюдательной башни.

– Всадники приближаются с юга, – доложил он. – Двое. Один из них... странный.

Вскоре стало ясно, что имел в виду дозорный. К лагерю приближались двое всадников – обычный человек на гнедой лошади и высокий старец в голубых одеждах, восседающий на... воздухе. Вместо лошади под ним клубился небольшой серебристо-голубой вихрь, поднимающий его на фут над землей.

– Великая Сущность, – прошептал Сильверист. – Альмадрин Странник.

Это имя произвело эффект разорвавшейся грозовой тучи. Аэриты собрались вокруг, с благоговением смотря на приближающегося мудреца. О Синем Мудреце, как его называли люди, ходили легенды среди всех народов. Говорили, что он существовал с начала времен, был свидетелем Войны Сумерек и обладал глубокими познаниями всех стихий.

Торваль вышел вперед, чтобы поприветствовать гостей. Его взгляд задержался на спутнике Альмадрина – обычном с виду человеке с каштановыми вьющимися волосами и обветренным лицом.

Он был обыкновенным человеком — не слишком высоким, но крепко сложенным, с каштановыми вьющимися волосами и лицом, обветренным до красноты. Его одежда, хоть и была дорожной, выдавала в нем ремесленника: кожаная куртка закатанные рукава рубашки, открывающие мускулистые предплечья, и характерные мозоли на руках, какие бывают у тех, кто много работает с металлом.

– Приветствую тебя, Торваль, сын Тормара, наследник Высокого Ветра, – сказал Альмадрин, спускаясь со своего воздушного "скакуна". – Я знал твоего деда, когда Небесная Корона еще парила высоко над миром.

— Для нас честь принимать Великую Сущность, — ответил Торваль с поклоном, стараясь скрыть нервозность. Встреча с одним из создателей мира не была обыденным событием даже для лидера клана аэритов. — Что привело тебя в наш скромный лагерь?

Альмадрин улыбнулся, но в его глазах читалась озабоченность.

– То же, что и тебя подвигло совершить Ритуал Призыва – серебряная комета в ночном небе. Время пришло, Торваль. Время возвращаться домой... и противостоять древней тьме.

Мудрец повернулся к своему спутнику, который держался с настороженным любопытством, рассматривая серебристые волосы и светящиеся узоры на коже аэритов.

– Позволь представить Ветруса Ковальского. Возможно, это имя ничего не значит для тебя, но он единственный человек, кто когда-либо поднимался на архипелаг и вернулся живым.

Глаза Торваля расширились от удивления. Он внимательнее посмотрел на человека, оценивая его по-новому.

– Как это возможно? Барьер Цирроньяра...

— Иногда судьба создает странные союзы, — ответил Альмадрин, взмахнув рукой, на которой вдруг проявились тонкие светящиеся линии, напоминающие карту созвездий. — Ветрус попал на нижний остров десять лет назад, после кораблекрушения. И я считаю, что его опыт может быть бесценен для вашей миссии.

Ветрус нервно переминался с ноги на ногу под пристальными взглядами аэритов. Существа из легенд, о которых он слышал лишь в детских сказках, теперь рассматривали его с настороженным интересом. Некоторые из них парили в нескольких сантиметрах над землей, даже не замечая этого, словно для них это было так же естественно, как для него — дышать.

– Я мало что помню, – наконец произнес он. – Я был ранен и напуган. Но остров... он был прекрасен. Даже в разрушенном состоянии.

– Расскажи им о том, что ты нашел в пещере, – мягко подтолкнул его Альмадрин.

Ветрус вздохнул, собираясь с мыслями.Десятки пар глаз неотрывно смотрели на него, ожидая откровений.

– На острове была пещера с древними рунами. Внутри я обнаружил странный предмет – черный осколок размером с мою ладонь. Он... как бы это объяснить... он словно шептал. Не словами, а ощущениями. Предлагал силу, богатство, знания. Но в этом шепоте была такая тьма, что я испугался и закопал его глубоко в землю.