Хроники парящих островов: Корона Штормов

Глава 5: Туманная роща

Следующим утром отряд продолжил путь, но теперь их сопровождали шесть лунных фей во главе с Лунитэль. После ночного нападения настроение изменилось – все понимали, что их путешествие не осталось незамеченным для слуг Казиндара.

"Ветробег" летел над зеленым морем деревьев, направляясь к Туманной роще. По словам Лунитэль, прямой путь займет не более двух дней.

На борту корабля Ветрус наблюдал за взаимодействием аэритов и фей с растущим интересом. Несмотря на внешнюю вежливость, между ними ощущалось напряжение, уходящее корнями в событие двухсотлетней давности.

– Почему между вами такая неприязнь? – спросил он Зефира, когда они стояли на носу "Ветробега", наблюдая за проплывающим внизу лесом.

Молодой аэрит бросил взгляд на группу фей, паривших вокруг корабля.

– После Падения лунные феи предложили аэритам убежище в Туманной роще, – тихо ответил он. – Тормар, отец Торваля, отказался. Он считал, что принять их помощь – значит признать, что мы не способны выжить сами, что мы слабее их.

– Но какая в этом логика? – удивился Ветрус. – Ваш народ был в беде.

– Для народа воздуха гордость – не просто черта характера, а основа нашей сущности, – объяснил Зефир. – Наши предки создали величайшую цивилизацию среди облаков, опираясь только на свои силы. Принять помощь фей означало бы пойти против всех традиций и стать зависимыми от чужой милости.

– И это стоило многих жизней, – добавил подошедший к ним Сильверист. – В первые годы после Падения мы потеряли почти треть народа от голода, болезней и несчастных случаев. Большинство из нас никогда не жили на земле, не знали её опасностей.

Старейшина бросил взгляд на Торваля, стоявшего на капитанском мостике.

– Иногда я думаю, что именно это – истинная причина его решимости вернуть архипелаг. Не только желание восстановить величие нашего народа, но и искупить ошибку отца, которая стоила так дорого.

К вечеру второго дня они достигли границ Туманной рощи – древнего леса, где, по легендам, первые лунные феи появились на свет. Массивные деревья с серебристой корой вздымались к небу, их кроны терялись в тумане, давшем название этому месту.

– Мы должны продолжить путь пешком, – сказала Лунитэль. – "Ветробег" слишком велик для прохода между древесными исполинами.

Они нашли небольшую поляну для приземления, и Аэрос активировал защитные механизмы корабля – маскировочные поля и воздушные барьеры.

– Будет ждать нашего возвращения, – сказал мастер-конструктор, поглаживая корпус своего творения. – Вряд ли кто-то найдет его здесь.

Путешествие через Туманную рощу было подобно странствию через сказочный мир. Огромные деревья, возраст которых исчислялся тысячелетиями, создавали причудливый лабиринт стволов и корней. Всюду порхали крошечные светящиеся существа, похожие на миниатюрных фей, но на самом деле бывшие ближе к светлячкам.

Аэриты чувствовали себя неуютно среди вековых деревьев. Они привыкли к открытым пространствам и высоте, а не к закрытому лесному пологу. Только Ветрус и Альмадрин казались расслабленными.

– Это место напоминает мне лес рядом с моей деревней, – заметил Ветрус. – Только... более живое. Словно сами деревья наблюдают за нами.

– Так и есть, – ответила Лунитэль, летевшая рядом с ним. – Старейшие из этих деревьев обладают собственным сознанием. Они связаны с феями узами, уходящими в глубь веков.

Ночь они провели на странной поляне, где цветы светились мягким серебристым светом, а звезды, видимые через просвет в кронах, казались необычайно большими и яркими.

На рассвете их ждало испытание. Туман сгустился настолько, что видимость сократилась до нескольких шагов. Лунитэль объявила, что это не обычное природное явление.

– Роща испытывает вас, – сказала она. – Каждый должен пройти через завесу иллюзий, прежде чем войти в сердце нашего королевства.

– Что это значит? – встревоженно спросил Циклон.

– Вы увидите свои самые глубокие страхи или искушения, – пояснила фея. – Роща проникает в разум каждого существа, чтобы увидеть его истинную сущность. Обманщики и те, чьи сердца полны тьмы, никогда не найдут путь к королевству фей.

Они двинулись вперед, и вскоре туман окутал каждого, отделяя от остальных. Ветрус обнаружил, что идет один по бесконечному лесу, где деревья становились все более угрожающими, а тени между ними – все более густыми.

В этой тишине он услышал шепот – тот же, что исходил от черного осколка, найденного им на острове.

"Ты мог бы стать великим, смертный," – говорил голос из тени. – "Сильнее любого аэрита, мудрее любой феи. Все знания мира могли бы быть твоими."

Перед Ветрусом возникло видение – он сам, но не простой кузнец, а могущественный маг, повелевающий стихиями, восседающий на троне среди парящих островов. Рядом с ним на меньшем троне сидела прекрасная женщина с серебристыми крыльями – лунная фея, напоминающая Лунитэль, но с короной из звезд на голове.

"Всё это может быть твоим," – продолжал голос. – "Просто позволь мне направлять тебя. Позволь мне показать путь к силе."

Ветрус почувствовал, как что-то темное и холодное пытается проникнуть в его разум, заставляя поверить в видение. На мгновение он позволил себе представить эту жизнь – могущество, власть, уважение, которого у него никогда не было.

Но затем он вспомнил ощущение от черного осколка на острове. Тот же холод, то же чувство неестественности. И та же ложь.

– Нет, – твердо сказал он, обращаясь к туману. – Это не мой путь. Я не стремлюсь к власти. Я хочу помочь аэритам вернуть их дом, освободить воздушного кита и остановить возвращение тьмы. Не ради славы или могущества, а потому что это правильно.

Видение задрожало и рассыпалось, как песочный замок, смытый волной. Туман вокруг Ветруса стал светлее, и вскоре он увидел своих спутников, выходящих из тумана один за другим.

Лица аэритов были напряженными – каждый столкнулся с собственным испытанием. Торваль выглядел особенно потрясенным, его обычно решительный взгляд затуманился сомнениями.