Хроники парящих островов: Корона Штормов

Глава 7: Союз Ветра и Лунного Света 

После насыщенного дня знакомства с феями, аэриты собрались у небольшого костра в беседке из лунного дерева. Торваль, задумчиво глядя на огонь, тихо напевал древнюю мелодию своего народа.

Селенар, заинтригованный пением, подошёл и устроился рядом с лидером аэритов.

— Я не слышал эту мелодию уже несколько столетий, — заметил принц фей. — Баллада о Фарионе, Первом Провидце, не так ли?

Торваль прервал пение и с удивлением посмотрел на Селенара.

— Ты знаешь наши легенды?

— В библиотеке моей матери хранятся многие истории. Даже те, которые ваш народ мог забыть за годы изгнания.

Сильверист, до этого молча сидевший чуть поодаль, подвинулся ближе к огню.

— Принц прав. Фарион Зимний Ветер был первым великим провидцем аэритов, ещё до основания архипелага. Именно он предсказал восхождение нашего народа в небеса.

Ветрус, всегда жадный до новых историй, проявил живой интерес:

— Расскажите о нём! Как он связан с пророчеством и серебряной кометой, которую мы видели?

Сильверист и Торваль обменялись взглядами, словно решая, стоит ли делиться древней историей с чужаком. Селенар мягко улыбнулся, и эта улыбка, казалось, решила дело.

— История Фариона Зимнего Ветра — одна из величайших легенд нашего народа, — начал Сильверист, и его голос приобрёл особую глубину, словно он погружался в воды прошлого. — В те дни, за тысячи лет до Падения, аэриты ещё жили на земле, как и другие расы. Но уже тогда наша связь с воздушной стихией была сильнее, чем у других.

Старейшина достал из своей сумки небольшую серебристую трубку и бросил её в костёр. Пламя мгновенно изменило цвет, превратившись из оранжевого в голубоватое, а дым начал формировать причудливые образы, иллюстрирующие рассказ.

— Фарион родился в горном племени, жившем на вершинах Серебряных пиков. В ночь его рождения небо озарила странная комета, оставлявшая после себя серебристый след. Мудрецы племени увидели в этом знак и предрекли, что ребёнок будет отмечен особой судьбой.

Дым над костром сформировал силуэт горного поселения и фигуру юноши, стоящего на краю обрыва, глядя в небо.

— С раннего детства Фарион видел сны, в которых летал над облаками. Он рассказывал о странных островах, парящих в небе, о существах, плавающих по воздуху, словно рыбы в воде. Соплеменники считали его безумным, но Фарион был непреклонен в своей вере.

Дымные образы сменились — теперь они показывали юношу, в одиночестве поднимающегося на самую высокую гору.

— В свой двадцатый день рождения Фарион поднялся на вершину Заоблачного пика — священной горы, куда племя поднималось лишь раз в год для ритуалов. Но Фарион пошёл туда один, вопреки всем запретам. Седьмой день седьмого месяца — особая дата в календаре древних аэритов.

Сильверист сделал паузу, а образы в дыме показали вершину горы, окутанную облаками, и одинокую фигуру, стоящую под звёздным небом.

— Наверху его застигла страшная буря. Молнии сверкали вокруг, ветер грозил сбросить его в пропасть. Три дня и три ночи Фарион боролся со стихией, отказываясь спуститься. На четвёртый день буря внезапно стихла, и небо прояснилось так, как никогда прежде.

Очертания в дыме стали чётче, показывая фигуру Фариона и пять светящихся сущностей, окруживших его на вершине горы.

— Перед ним предстали пять Великих Сущностей — создателей мира и хранителей стихий. Альмадрин Странник, хранитель баланса и владыка синего, Корнелия Зелёная Песнь, хранительница лесов и жизни, Игнис Кузнечное Пламя, хранитель огня и созидания, Немос Глубинный, хранитель вод и тайн, и Алмазная Лая, хранительница льда и кристальной чистоты.

Торваль, заворожённый рассказом не меньше остальных, добавил:

— По легенде, именно тогда Фарион получил дар истинного провидения. Великие Сущности показали ему не только прошлое мира, но и будущее. Они позволили ему увидеть судьбу его народа — восхождение в небеса и создание архипелага.

Сильверист кивнул, и дым сформировал новый образ — фигуру Фариона, вернувшегося к своему племени, с глазами, светящимися внутренним светом, и серебристыми прядями в волосах.

— Когда Фарион вернулся к своему племени, его не узнали — седые пряди появились в его волосах, глаза стали подобны небу в грозу, а голос изменился так, словно в нём звучал сам ветер. Он принёс с собой Пророчество — первое и самое важное для нашего народа.

Старейшина закрыл глаза, воспроизводя древний текст по памяти:

*«Дети ветра покинут землю и воспарят над облаками,

Создав города в небесах, где стихия воздуха самая чистая.

Великий хранитель примет их под своё крыло,

И будут они процветать в течение сотен поколений.

Но придёт день, когда тьма наденет корону из бури,

И острова с небес упадут, разбившись о твердь земную.

Рассеянный народ будет блуждать, потеряв дом и силу,

Пока не появится серебряная комета на третье новолуние седьмой эпохи.

Тогда наследник Высокого Ветра должен вести свой народ к потерянному дому,

Ибо барьер тьмы ослабеет, открыв путь для возвращения».*

Дым над костром образовал серебристую линию, похожую на след кометы, пересекающую небосвод.

— То, что мы видели недавно в небе, — продолжил Сильверист, — именно та серебряная комета, о которой говорил Фарион. Знак, данный Великими Сущностями, что время возвращения пришло.

Ветрус, внимательно слушавший, задал вопрос, мучивший его с начала рассказа:

— Но что такое эта комета? Просто небесное тело или нечто большее?

Именно Селенар ответил на этот вопрос, его голос стал глубже и мелодичнее:

— Серебряная комета — не обычное небесное тело. Это проявление согласованной воли всех пяти Великих Сущностей. Когда баланс стихий нарушается настолько, что требуется вмешательство высших сил, они создают этот знак — видимый для всех, кто знает, на что смотреть.

— Комета появляется в критические моменты истории, — добавил Торваль. — Ей предшествовало создание архипелага, она сияла в небе за год до Войны Сумерек, её видели перед Великим Падением. И вот теперь она появилась снова.