Хроники парящих островов: Корона Штормов

Глава 13: Продолжение

Ветрус лишь кивнул и пошел на другую сторону пещеры, где Аэрос занимался проверкой своих механизмов. Многие устройства пострадали во время битвы, и изобретатель бережно ремонтировал их, напевая странную мелодию без слов.

– Удивительно, – заметил кузнец, глядя, как Аэрос соединяет крошечные кристаллы паутинкой серебристой проволоки.

Аэрос кивнул, не отрываясь от работы.

– Я изучал сохранившиеся манускрипты в тайных библиотеках нашего народа. Большая часть знаний утрачена, но некоторые принципы я смог восстановить методом проб и ошибок. – Он закрепил последний кристалл, и устройство засветилось мягким голубым светом. – Если мы вернем Аэролит, полная сила нашей магии возродится, и тогда... о, тогда мы сможем создавать чудеса, о которых сейчас только мечтаем!

Найлин, прислушивавшийся к их разговору, покачал головой:

– Всегда забавляло меня, как разные народы пытаются объяснить магию. Люди называют её сверхъестественной силой, аэриты говорят о кристаллах и резонансах, феи – о гармонии стихий... А на деле, всё это лишь разные грани одной истины, не так ли?

Альмадрин, услышавший эти слова, подошел к группе.

– Ты мудр для человека своего возраста, охотник. Действительно, магия – это единая сила, принимающая разные формы в зависимости от того, кто её использует и с какой целью. Самые древние расы понимали это, и их магия была... чище. Сильнее.

Аэрос с любопытством поднял взгляд на мудреца.

– Ты говоришь о Первых Расах? О создателях?

– Именно, – кивнул Альмадрин. – Пять народов, рожденных от пяти стихий – воздуха, огня, воды, земли и льда. Аэриты – дети воздуха, но были и другие, равные им по силе и мудрости.

Ветрус, сидевший неподалеку, невольно заинтересовался разговором.

– А что случилось с остальными четырьмя расами? Почему сейчас мир населен в основном людьми?

Лицо Альмадрина затуманилось, словно он пытался разглядеть события давно минувших дней.

– Война Сумерек изменила всё. Народ огня был почти полностью уничтожен в первые годы войны – Казиндар видел в них главную угрозу своей власти. Дети льда ушли в самые холодные регионы мира, где никто не мог их потревожить. Народ земли скрылся в глубочайших пещерах, со временем изменившись до неузнаваемости. А водный народ... растворился в океанских глубинах, став легендой даже для самых древних морских существ.

– А люди? – спросил Ветрус. – Откуда произошли мы?

Альмадрин улыбнулся, но его улыбка была полна тайны:

– Люди – самая молодая раса, появившаяся после Войны Сумерек. Некоторые говорят, что вы – создание всех пяти стихий, объединивших свои силы, чтобы создать существо, способное адаптироваться к любым условиям. Другие считают, что люди – это потомки тех представителей древних рас, которые утратили свою чистую стихийную природу, смешавшись между собой.

– Если люди – потомки всех пяти стихий, почему они не обладают магическими способностями? – спросил Торваль.

– Но обладают, – возразил Альмадрин. – Просто по-другому. Человеческая магия не столь очевидна и зрелищна, как у эльфов или аэритов, но в своей... настойчивости, адаптивности, изобретательности – они демонстрируют магию особого рода.

Он кивнул в сторону Ветруса:

– Взгляни на нашего друга-кузнеца. В его способности понимать металл, придавать ему форму, создавать инструменты и оружие – разве это не магия, достойная уважения?

Ветрус смутился от такой похвалы, но Аэрос энергично кивнул:

– Именно! Я всегда говорил, что в каждой кузнице есть частичка настоящего волшебства! – Изобретатель подмигнул Ветрусу. – Может, когда мы вернем архипелаг, объединим наши таланты? Представь – аэритская инженерия и человеческое кузнечное мастерство! Мы создадим нечто невероятное!

Воодушевление Аэроса было заразительным, и даже измученные недавней битвой спутники не смогли сдержать улыбок.

Ветрус, внезапно заметил странное свечение. На гладкой каменной стене грота под определённым углом становились видны едва заметные линии, складывающиеся в изображение.

– Смотрите! – позвал он остальных. – Тут что-то есть.

Торваль поднёс один из воздушных фонарей Аэроса ближе к стене, и все увидели проступившую картину – пять артефактов силы, расположенные по кругу вокруг центрального источника света.

– Артефакты Казиндара, – прошептал Альмадрин, подходя ближе. – Корона Штормов, Жезл Пламени, Ожерелье Приливов, Кольцо Земных Глубин и Диадема Вечного Льда.

– А что в центре? – спросил Ветрус, указывая на источник света в середине композиции.

– Кристалл Равновесия, – ответил мудрец. – Артефакт, созданный объединёнными силами Великих Сущностей для противостояния творениям Казиндара. Легенда гласит, что он был разбит во время финальной битвы Войны Сумерек.

Лунитэль, которой стало лучше после лечения, слабо приподнялась на локте.

– Мой народ хранит предание, что один из осколков Кристалла Равновесия был передан Алмазной Лае для защиты. Когда она пожертвовала собой, чтобы заточить Казиндара, осколок исчез вместе с ней.

– Если бы мы могли найти хотя бы фрагмент Кристалла, – задумчиво произнёс Торваль, – наши шансы против Короны Штормов значительно бы возросли.

Альмадрин странно посмотрел на лидера аэритов, словно хотел что-то сказать, но промолчал. Вместо этого он подошёл к выходу из грота, вглядываясь в небо.

– Скоро закат, – сказал он. – Нам нужно достичь первого острова до наступления темноты. Ночью барьер Цирроньяра усиливается.

После короткого отдыха они продолжили подъём. Лестница предков становилась всё круче и опаснее. В некоторых местах ступени полностью обвалились, и приходилось перепрыгивать через провалы или искать обходные пути.

Лунитэль, хотя и ослабленная ранением, настояла на том, чтобы идти самостоятельно. Её крылья не могли поднять её в воздух из-за яда теневой твари, но она всё ещё была сильнее большинства смертных существ.

Когда солнце коснулось горизонта, окрасив небо в алые тона, они наконец увидели его – нижний край первого парящего острова. Огромная масса земли висела в воздухе, удерживаемая невидимыми силами. Лестница предков заканчивалась на естественном выступе скалы, от которого до края острова оставалось около пятидесяти футов открытого пространства.