Хроники Сэйфории. Затерянная Земля.

Глава IV Ибо смерть - освобождение!

Я вспомнила праздничный ужин в особняке Каллифов – нашем доме. Один из многочисленных семейных вечеров. Хотя, пожалуй, тот самый был особенным. Мы отмечали Лунорождение. В старой просторной гостиной пахло вкусной едой и пламенем разожжённого камина, что согревал помещение приятным теплом в холодную зимнюю стужу. Тихо–тихо потрескивали горящие паленья, аккомпанируя древнему роялю, на котором я исполняла сонату в честь рождения новой луны. Пальцы легко скользили по потёртым от времени пожелтевшим клавишам. Корд стоял рядом, перелистывая партитуру. Тэйла надела лучшее платье из своего гардероба и расхаживала по комнате с гордо поднятой головой, давая слугам разнообразные указания по сервировке стола. Никто не смел мешать ей. Ганна тихо переговаривалась о чём–то с отцом. Лорд Рукк Каллиф, облокотившись на спинку кожаного кресла, слушал дочь, периодически поглядывая то на нас с Кордом, то на сияющую Тэйлу.

Мы не ждали гостей. Время шумных торжеств уже прошло. В тот вечер рядом были лишь самые близкие люди: Джон, польщённый возможностью провести праздник в компании хранителя Немилина, Дорэмия – лучший друг Рукка Каллифа и его ближайший соратник, Кейта – гувернантка, живущая в нашей семье уже очень много лет, ставшая её неотъемлемой частью и несколько слуг. Вот так, тихо и непринуждённо, без присущего всем аристократам шика проходило Лунорождение в самой древней и самой богатой семье во всем Немилине.

Мужчины обсуждали политику. Мы с Кордом выбирали новую композицию для исполнения. Ганна снова ушла в тень, уединившись с любимой книгой. Тэйла, уставшая от хлопот, прилегла отдохнуть. Старая Кейта замещала Тэйлу, приняв на себя роль хозяйки. Джон время от времени изучал меня глазами, полными обожания и искренней любви. Я, краснея, отводила взгляд, стараясь не замечать парня, концентрируясь на нотах. По окончании игры, все дружно хлопали, высказывая своё восхищение моему музыкальному мастерству.

Затем вечер подходил к концу. Дорэмия и Джонатан оставались в особняке на ночь, девочки отправлялись в свои покои, слуги расходились по комнатам, лорд Рукк, привыкший к постоянной работе, удалялся к в кабинет, Корд, зевая, брал меня за руку, и мы вместе уходили в оранжерею, наблюдая за тем, как вновь рождённая луна возвышается над уморившимся от дневной суеты миром. Я крепко обнимала мальчика. Мы засыпали на мягкой кровати под прозрачным куполом, пропускавшем сквозь себя голубое мерцание звёзд. Утром Кейта будила нас. Мы вспоминали разные шутки, и смеялись, спускались на завтрак.

У меня не осталось близких подруг. Моим неизменным собеседником была уже не молодая, но полная сил гувернантка. Я не боялась делиться с Кейтой всеми мыслями, тревогами, сомнениями, блуждавшими в голове. Эта умудрённая опытом, рассудительная и очень умная женщина всегда знала, как меня поддержать. Я прислушивалась к её дельным советам. Меня привлекала в Кейте её грамотность, искренняя верность Каллифам, любовь к труду и тёплая привязанность к своей работе...

***

Но сейчас на площади Грёз передо мной была совсем другая Кейта. Старуха мозолистыми руками железной хваткой держала маленького наследника земель изгоев. Неужели это происходит на самом деле? Человек, которому я доверяла всем сердцем, оказался предателем, как и этот город. Больше всего на свете мне хотелось провалиться под землю сию же секунду.

– Не понимаю, – Джон был удивлён не меньше меня. – Это же Кейта...

– Я разорву её в клочья!

Чувствую, как ярость наполняет меня. Хочется кричать от отчаяния и безысходности.

Рэдвинальд Констар с минуту пристально рассматривал пойманного. Однако смелый Корд выдержал его взгляд.

– Теперь я вижу, что передо мной истинный сын Немилина, – бархатистым голосом проговорил король.

– Я обнаружила его на крыше того амбара, – Кейта указала в сторону постройки.

– Достойная работа, – похвалил её Кукловод.

Кордред ничего не боялся. Он находился на своей земле, его съедала жгучая ненависть к андарцам и он поспешил бросить Констару вызов.

– Вы лжёте насчёт всех этих обещаний! Никто вам не поверит!

– Но сейчас мы видим обратное.

Корд не знал, что на это ответить, но и сдаваться не собирался.

– Налаживание отношений начинаете с убийства хранителя?

– Следи за словами, щенок! – вмешался Гэйн. – Ты ещё ничего не понимаешь в таких вещах.

– Осталось лишь дождаться твоих сестёр, – задумчиво произнёс Констар.

– Не дождётесь! – Корд зло оскалился.

В эту минуту у всех на глазах происходил бой: совсем не детский огонь Корда вступил в противостояние со льдом нового правителя Сэйфории. Гнев против хладнокровия.

Король отдал приказ своим солдатам:

– Перекройте все порты. Они могли уйти только морем.

Это плохо.

– Джон, мы пропали! – я едва сдерживала слёзы.

– Ничего не бойся.

Кордред дернулся в сторону Констара, но Кейта вовремя удержала его.

– Не делай глупостей, мальчик, ты слишком плохого мнения обо мне. Твоих сестёр и пальцем не тронут.

– Так я вам и поверил.

– Боюсь выбора у тебя нет.

Но выбор есть всегда. Даже, когда кажется, что мы не вольны выбирать, находясь в плену обстоятельств, когда ты думаешь, что есть только один путь, всего лишь одна возможность, не исключен ещё один скрытый вариант. Всё зависит только от того, насколько далеко ты готов зайти.

А я очень отчаянная.

Почему Кейта пошла на это? Обстановка в Кельруне говорит сама за себя. Неимущим нужны деньги, тем, у кого они есть, хочется ещё больше. Гувернантку скорее можно отнести ко второй группе, чем к первой. Дымчатые глаза старухи пусты. Вся она словно иссохла, постарела на несколько лет и безучастно наблюдала за тем, как её подопечный, неокрепший волчонок, оказывает сопротивление грозному льву. Я всматривалась в лицо этой женщины, но не могла разглядеть ни капли жалости, ни крупинки сострадания и ни тени раскаяния.

Терпеть больше невыносимо!

Как же долго тянется этот день!