Хроники слышащих

Глава 2. За час до рассвета говори тише.

Глава 2. За час до рассвета говори тише.

«Всякая женщина — это тайна, покрытая платьем».
Пенелопа Круз.

- Итак, вы хотите сказать, что поставка под угрозой срыва? - сидящий до этого момента в кресле, в небрежной позе, мужчина средних лет встал и подошел к окну, из которого открывался умопомрачительный вид на гавань.

Море, блестевшее на солнце, отразилось в глазах мужчины острыми бликами, хотя поза его казалась расслабленной.

- Повторите, прошу вас, герцог, возможно я чего-то недопонимаю в вашей пламенной речи? - стоявший у окна мужчина, нарочито медленно и лениво обернулся к собеседнику, седоватому и грузному мужчине средних лет с сальными волосами и в слегка тесноватом ему камзоле.

Сам же хозяин кабинета был на вид довольно неопределенного возраста, ему можно было дать как 25 так и 40 лет. Темные волосы убраны в низкий тугой хвост, камзол винного оттенка, идеально сидящий на подтянутой фигуре, застегнут на все пуговицы.

Герцог Вильямм Болл ужасно потел. Он совершенно не представлял, как вести себя с этим столичным кабинетным монстром в облике канцелярской крысы. А лорд Лео Астрак, магистр совета и кардинал тайной службы Республики, не собирался упрощать ему задачу.

- Мм-милорд, помилуйте, - промямлил герцог, до конца Рижня мы соберем нужное количество, дайте время! Если мы начнем сгонять людей на корабли без разбору, то начнутся вопросы! А они будут неудобны ни мне ни Совету, - тихо закончил он фразу, исподлобья украдкой взлгянув на магистра.

- До конца следующего месяца вы найдете людей, - Астрак снова отвернулся к окну, давая понять, что аудиенция окончена, - или сами станете одним из «ненужных людей», - закончил лорд фразу в закрывающуюся за герцогом дверь.

***

Развалины форпоста, нужные им, нашлись только спустя три часа пути по тракту, когда осеннее солнце уже начало заходить за острые вершины еловника. На удивление, больше им на пути в этот день никто и ничто не попадалось, что само по себе было уже странно — в Темных землях постоянно кто-то кого-то жрет и на кого-то нападает.

Остановившись за полверсты до руин, Рысь приказал другу ждать его, а сам проверил развалины.

Не найдя ничего особо опасного, кроме нескольких злобных крыс, размером с кошку, которые попытались разом прыгнуть на него, едва он переступил покосившийся порог заброшенного форпоста, вместе они начали обустраиваться на ночлег.

Девушку, так и не пришедшую в себя, Тит осторожно уложил у дальней стены бывшей караульной комнаты, в противоположном углу которой Рысь уже развел небольшой костерок, прикрытый куском ставни от окна, и ставил на него котелок с водой и какими-то травами.

- Ну, и что ты думаешь? Она очнется?, - подойдя к другу спросил тот негромко.

- Если она не под заклинанием, не одержима и не черт знает что еще тут может с ней быть, то очнется, - немного раздраженно ответил его напарник, - сейчас я приготовлю восстанавливающий отвар и мы напоим ее, после чего ты, - он ткнул для убедительности пальцем в грудь товарища, - сваришь нам овощной похлебки. Надеюсь, к этому времени она уже сможет есть сама, - закончил он.

- А как ты думаешь, Рысь, откуда она тут взялась? - не отставал Тит, косясь на бессознательное тело у дальней стены.

- Мне почем знать? Это ты у нас любитель подбирать девиц на тракте в заброшенных землях, - пожал плечами светловолосый мужчина, - я также как ты, не имею понятия, кто она, откуда тут и чего от нее можно ожидать, - на этой фразе глаза его чуть прищурились, а выражение худого скуластого лица неуловимо изменилось, на секунду действительно сделав похожим его на хищную кошку.

Тем временем вода в котелке вскипела, и белобрысый наемник переключил свое внимание на него и приготовление отвара.

Тит же вернулся к девушке и попробовал еще раз осмотреть тело: возможно при первом беглом осмотре они чего-то не заметили и на ней могли быть какие-то знаки принадлежности к сословию, нательный медальон с гравировкой или что-то, что могло дать информацию о «находке» - так мысленно окрестил ее молодой человек.

Никаких особых признаков не было. Девушка была одета в простую, хоть и уже порядком потрепаную и гразную, хлопковую рубаху и юбку до щиколоток, перепоясаную кожаным кушачком (не из крестьян, это уже точно), на ногах — кожаные же туфельки (а не лапти, отметил парень), и на этом все особенности заканчивались.

- Она не крестьянка, - сказал он поворачиваясь к подходящему к ним, товарищу, - посмотри, кожаный пояс и обувь.

- Скорее всего либо дочка старосты, либо живет и прислуживает в каком-то герцогском замке, - кивнул Рысь, - приподними ее.

Напоив девушку отваром, они снова завернули ее в одеяло и сели ближе к огню.

***

Взгляд назад..

Алексина. Так ее назвал отец. Мать девочки умерла в родах, а отец, страстно желавший сына, не смог придумать другое имя, вместо выбранного любимой женщиной. Нанна любила мужа и хотела угодить его желанию стать отцом будущего мальчугана, такого же рыжеволосого и смешливого, как и отец.

А потом были тяжелые роды. И дочь на руках повитухи, вместо мальца. Тогда отец перестал смеяться, а на дочь ему с каждым годом смотреть было все тяжелее — уж слишком сильно она начинала напоминать ему свою умершую мать.

Алексина. Да, если бы она родилась парнем, то все встало бы на свои места. Бойкая с детства, умненькая девочка, постоянно ввязывалась в мальчишеские проказы. Замковые мальчишки — сыновья другой прислуги, звали ее Алекс — как парня.

До 10 лет Алекс излазила все окрестные овраги, разодрала на заборе не одну юбку, после чего отец махнул рукой и позволил дочери носить мужской костюм. В 11 лет она напросилась к замковому оружейнику Брану в ученики и каждое утро старательно махала обрубком деревянного ученического меча в конюшне.

Алекс прекрасно запоминала все, что хоть мельком видела или слышала. Ее памяти могли позавидовать даже контроские счетоводы, а всех закоулков замкового подвала не мог упомнить даже сам Мирон — отец и кастелян замка, живущий в нем уже больше 10 лет.