Хроники Стража Времени: Магическая Аффиность. Книга 1

Глава 19. Приговор Совета

Каин исчез в клубах пыли, оставив нас среди руин. Гул шторма стих, сменившись звенящей тишиной, нарушаемой лишь прерывистым дыханием спасенной женщины и каплями воды, падающими с разрушенного купола. Алексей помог мне подняться – мои ноги подкашивались не только от усталости, но и от последствий выброса Смерти. Пустота на месте аффинности горела ледяной болью, как ампутированная конечность.

— Сначало надо помочь ей, пока прибудет группа, вдруг ее сердце не выдержит, а виноватыми сделают нас, — хрипло сказала я, кивая на жертву. Женщина лежала неподвижно, ее превращение из юной девушки в шестидесятилетнюю старуху за минуты было чудовищным зрелищем. Ее глаза, мутные и безжизненные, смотрели в пустоту.

Алексей кивнул, доставая из походной аптечки ампулу с мутной жидкостью – стимулятор жизненных сил, сильнодействующий и опасный. Пока он осторожно вводил препарат, я попыталась применить Восстановление. Раньше я могла бы хотя бы частично вернуть ей утраченные годы, исцелить ткани на глубоком уровне. Теперь же поток энергии был слабым, неуклюжим, как рука в толстой варежке. Я смогла лишь стабилизировать ее дыхание, снять острейшую боль, но морщины не разгладились, седые волосы не потемнели. Плата за спасение была необратимой.

Внезапно воздух в обсерватории сгустился. Запах озона и пыли сменился ароматом ледяного металла и статического электричества. Из ниоткуда, словно проступая сквозь саму ткань реальности, возникли фигуры.

Совет Хранителей. Не стали нас ждать, сами прип.... пришли. Где же вы были раньше? А то дождались кульминации и вот нарисовались.

Они появились полукругом, просто материализовались в центре разрушенного зала. Пятеро. Профессор Игнатий Хронос – в центре, его лицо было маской из черного льда. Рядом – старуха с лицом, изборожденным глубже временных трещин (Старейшина Вероника), сухопарый мужчина с глазами, как у хищной птицы (Хранитель Архивов Каллистро), женщина с платиновыми волосами и абсолютно пустым взглядом (Хранитель Бездны Лираэль), и могучий воин в доспехах, отливающих странным светом (Командор Стражи Дагор). Каин стоял чуть позади них, его лицо – непроницаемая маска. Вот так вот, это не те из совета которые заставили носить мне кольцо, к нам сами явились старейшины Совета, по другому почти Хранители. Единственный кто остался тем же был Хронос.

Хронос не смотрел на руины, на плачущую женщину, на нас. Его ледяные глаза были прикованы ко мне.

— Варвара Лисовская, — его голос звучал тихо, но каждое слово падало, как молот на наковальню. — Алексей Воронцов. Вы предстали перед Советом.

Алексей встал, пытаясь принять вид почтительности, но его поза была напряженной, защитной. Я осталась на коленях рядом с жертвой, слишком слабая, чтобы подняться.

— Профессор Хронос, члены Совета, — начал Алексей, его голос дрогнул лишь на миг. — Портал уничтожен. Угроза Торна нейтрализована...

— Нейтрализована? — перебила Старейшина Вероника, ее хриплый голос скрежетал, как несмазанные шестерни. — Безумец сбежал в Бездну Времен! Он жив! Он знает наши секреты! И он – плод вашей некомпетентности! — Ее иссохший палец ткнул в нашу сторону.

— Мы предотвратили открытие портала в «Идеальное Время»! — парировал Алексей. — Спасли жизнь заложницы!

— Ценой чего? — Хранитель Архивов Каллистро холодно окинул взглядом разрушенную обсерваторию. Его взгляд скользнул по трещинам не только в камне, но и в самом пространстве – невидимым шрамам, оставленным штормом. — Ценой темпорального катаклизма уровня Гамма в сердце Академии? Ценой пробуждения эха Великого Разрыва в этих стенах? — Он покачал головой. — Ваши действия были грубы, неконтролируемы и катастрофичны.

Хранитель Бездны Лираэль молчала, ее пустой взгляд был устремлен на точку за моей спиной, будто она видела что-то невидимое для остальных – возможно, саму трепещущую рану в реальности. Командор Дагор скрестил мощные руки на груди, его доспехи тихо гудяли. Его молчание было красноречивее крика.

Хронос поднял руку, и все замолчали. Его взгляд, тяжелый и неумолимый, снова упал на меня.

— Лисовская. Ты использовала аффинность Смерти. Без стабилизатора. В сердце Академии. — Он сделал паузу, давая этим словам нависнуть смертельной тяжестью. — Ты принесла в наш дом энтропию, сравнимую с действиями самого Торна. Три дара... всегда были проклятием. Но теперь, без ограничителя, ты – ходячая бомба. Твоя нестабильность угрожает самому Балансу.

— Я остановила его! — вырвалось у меня, голос сорванный, полный отчаяния. — Я разрушила портал! Что вы хотели, чтобы я сделала? Смотрела, как он убьет ее и откроет врата в хаос?!

— Совет ожидал от тебя дисциплины и следования протоколу, — ледяным тоном ответил Хронос. — А не героического самоуправства, приведшего к новому кризису. Твоя аффинность Смерти... — он произнес это слово с явным отвращением, — ...была оружием, направленным не только на врага, но и на саму ткань нашего мира. Мы не можем рисковать. Не можем допустить повторения.

Он обвел взглядом других членов Совета. Старейшина Вероника кивнула, ее лицо исказилось в гримасе одобрения. Каллистро холодно согласился. Лираэль медленно склонила голову. Дагор хмуро пробурчал: «Принято».

— Решение Совета единогласное, — провозгласил Хронос, его голос зазвучал гулко, как погребальный колокол. — Аффинности Варвары Лисовской представляют неприемлемый риск для Академии и Баланса Времен. Они подлежат полной и постоянной блокировке.

У меня перехватило дыхание. Полная блокировка? Это означало не просто потерю Смерти – это означало потерю всего. Анализа, Восстановления... Всех даров, которые делали меня Стражем. Которые стали частью меня.

— Нет! — вскрикнул Алексей, шагнув вперед. — Это слишком жестоко! Она спасла...

— Молчи, Воронцов! — рявкнул Командор Дагор, его голос грохнул, как удар молота. — Ты тоже наказан! Отстранение от полевых операций. Годичный карантин в Архивах для изучения последствий твоей безответственности!