Хроники стражей. Путь сокрыт

1. Голоса и помощники

- Совет окончен. Света на пути.

Первый и второй помощники Верховного жреца поднялись, склонили, согласно правилам, головы в коротком поклоне и молча удалились. Третий привычно собирал бумаги и приводил кабинет в порядок после еженедельного совета высшей храмовой власти. Эта традиция, придуманная им совместно с Верховным, позволяла последнему по счету (но не по значению) помощнику под благовидным предлогом задерживаться для дополнительного разговора.

Сегодня Верховный жрец Эсклепий подписал приказ, согласно которому первому и второму помощникам следовало незамедлительно отправляться в центральные и южные земли с инспекцией. Помимо контроля храмовой службы в их миссию входил сбор информации о деятельности порождений черни и распространении гнилой хвори на территории всего Ванторана.

Помощники, назначенные еще предыдущим Верховным, в списках идиотов не значились, а потому, хоть и не могли оспорить приказ, прекрасно понимали, что их путешествие – не что иное, как длительная ссылка. И были они в своих предположениях совершенно правы. Никакого света на их пути, вопреки традиционным словам, Эсклепий им в глубине души не желал, скорее наоборот. О чем и размышлял сейчас, вяло наблюдая за передвижениями третьего помощника.

«Они могли бы и вовсе не вернуться. Слишком опасны, слишком большая угроза всему, что было достигнуто», - подсказал свистящим шёпотом внутренний голос, и жрец вздрогнул.

Он поднял руку к лицу и посмотрел на свои дрожащие пальцы. На мгновение ему показалось, что тень от ладони пошла рябью. Эсклепий зажмурился.

В целом за долгие годы продвижения по извилистой лестнице храмовой иерархии он привык прислушиваться к интуиции. Однако в последнее время собственный внутренний голос стал вызывать в Верховном неконтролируемые приступы паники. Вспотевшие ладони и бьющееся в районе горла сердце еще можно было бы терпеть, ограничься проблема только этим. По-настоящему пугал тот факт, что эти, произнесенные вполголоса советы, начисто лишали его воли, принуждали к полному, беспрекословному подчинению…

- А что, - лениво произнес Эсклепий вслух, - было бы неплохо, если бы миссия наших не в меру мудрых коллег несколько затянулась, как считаешь?

Третий помощник устроился в кресле для посетителей.

- Было бы неплохо, Верховный, - ответил он вкрадчиво. – До конца их дней, желательно.

Эсклепий нарочито неспешно изогнул губы в неприятной ухмылке.

- Мм… Путь им предстоит неблизкий и непростой… - замерев на минуту, кивнул третий, давая понять, что понял и принял новое поручение. – Как знать, возможно, наши чаяния и сбудутся.

- Как наши посевы?

Отменный заглушающий артефакт собственного производства по-прежнему надежно защищал кабинет от любопытных ушей, но что Эсклепий, что третий помощник предпочитали в качестве некоторого развлечения иносказательный шифр.

- Побеги успешно взошли в рабочем квартале, Верховный. Подселение больных, поклонение Черному жрецу, небольшая провокационная речь Вашего скромного слуги – и в настоящее время вчерашняя шумная рыночная площадь лежит в руинах. Стражи, правда, явились в полном составе, человеческих жертв почти нет, но восстановительные работы пробьют брешь в бюджете города.

- А как наша основная цель?

- Есть недовольные, - кивнул помощник, нахмурившись. – Особенно среди тех, чьи дома и торговые лавки разрушены. Но в глазах обывателей героический ареол, окружающий орден стражей, еще слишком силен.

- Просто нужно дать им возможность увидеть ситуацию с правильной стороны. С той самой, что ударит по самому больному.

Увидев вопросительно приподнятую бровь, Эсклепий продолжил:

- Я говорю про кошелек, разумеется. Думаю, друг мой, пришло время ввести новый налог на борьбу с чернью. А также на восстановление последствий этой борьбы. Потрудись хорошенько над речью для моей ближайшей встречи с народом. Укажи ненавязчиво на тех, кто ленится посещать храм и пренебрегает медитацией и воззванию к Творцу, надеясь на спасение горсткой стражей и их наемничьими боевыми чарами.

- Так ведь тех, которые пренебрегают, как раз в храме и не будет…

- Зато будут их соседи и знакомые… Нет более податливого материала, чем расколотое страхом и недоверием, общество.

Помощник склонил голову, признавая правоту Верховного.

- Это такой же верный факт, - продолжал Эсклепий задумчиво, - как и тот, что возвыситься проще всего на фоне чьего-то сокрушительного падения… На орден стражей была ошибочно возложена ответственная миссия. И со своей миссией они предсказуемо не справились. Когда народ в это поверит – укрепление влияния храма станет вопросом решенным.

- Вот только их целительница… - скривился помощник, виновато опустив голову. – Она лечит гнилую хворь. Эти слухи ничем не заткнуть, Верховный, как бы я ни старался.

- Значит мы перекроем ей доступ к больным, - жестко ответил Эсклепий, и черная тень за его спиной расправила плечи.