Хроники стражей. Путь сокрыт

2.

Для встреч Триумвирата Ванторана был создан просторный кабинет, походивший скорее на оранжерею благодаря аккуратно высаженными по его периметру вечнозеленым растениям и огромным окнам вместо стен. Норман, к слову, предпочёл бы все-таки стены, добротные, в пару кирпичей толщиной… Но башня правительственного здания, на верхнем этаже которой они находились, гордо возвышалась над Боргином, пресекая всё возможности подсмотреть и подслушать разговор высших чинов страны.

Впрочем, толщина стен сегодня беспокоила Генерала в последнюю очередь.

- Согласно древним законам Триумвират Ванторана неприкосновенен, - размеренно декламировал Первый Чародей.

Верховный Жрец метал глазами молнии и хищно раздувал ноздри.

Норман, кивая в такт словам Чародея, чувствовал нарастающее напряжение. Видит свет, он скорее предпочёл бы взять Главный Храм штурмом, нежели привести в исполнение тяжёлый разговор, задуманный им в паре с Матлином. Годы службы не прошли даром, интуиция Генерала вопила на разные голоса, что их дипломатический план обречён на провал.

- Однако в исключительном случае, - продолжил тем временем Матлин с титаническим терпением, - двое, заручившись единогласной поддержкой помощников, могут потребовать отстранения третьего от должности.

Тишина, воцарившаяся в кабинете, почти физически сдавливала горло и мешала дышать. Норман машинально оттянул воротник парадной формы.

- Ты должен покинуть пост, Эсклепий, - сухо уронил Первый Чародей. – Немедленно.

Пауза, повисшая в кабинете, неприлично затянулась. Первый Чародей уже вновь открыл рот, когда раздался изменившийся до неузнаваемости голос Верховного Чародея.

- Я читал законы, - сказал он, скривив губы в неприятной ухмылке.

Норман шумно выдохнул воздух из лёгких. Конечно, этот засранец читал законы. Как могли они с Чародеем надеяться, что он подчинится?

- Для отстранения нужна поддержка всех помощников. Допустим, свои троицы вы убедили поставить подписи. А моих? – ухмылка Жреца из неприятной переросла в откровенно гадкую.

- Двоих из них ты отослал из столицы без видимой причины, а третьего подобрал в шаге от заключения под стражу. Он не поддержит твою отставку, потому что знает, что полетит следом, - спокойным, но жёстким голосом ответил Чародей.

Эсклепий глухо рассмеялся, однако от этих тихих, вкрадчивых звуков по спине Генерала пробежал липкий холодок. Это при том, что в качестве соперника Верховный даже теоретически не мог представлять опасность для закалённого службой воина. Здесь было что-то иное…

- Так или иначе вам двоим не хватает трёх подписей для того, чтобы озвученная просьба приобрела в моих глазах хоть какой-то вес.

- Эсклепий, - устало выдохнул Первый Чародей, - всё это ещё может закончиться просто...

Верховный замер на месте, будто обдумывая поступившее предложение. Даже взгляд его, обычно метавшийся от одного собеседника к другому, был теперь расфокусирован и направлен куда-то за спину Генералу.

Матлин, видя эту реакцию, заговорил снова в надежде все-таки претворить свой план в действие:

- Освободи место, Эсклепий. Уйди сам, пока не поздно.

Внезапно Верховный скорчился и издал такой душераздирающий крик, что Генерал невольно отскочил на пару шагов назад и призвал резерв в боевое состояние.

Однако атаки не последовало: Эсклепий стоял на своём месте, лишь поднял руки к груди и судорожно скомкал бордовую ткань одеяния. Голова его была поднята вверх, глаза широко и безумно распахнуты.

- Тес-с-сно… - прошептал он низким хрипящим шёпотом.

Норман готов был поклясться, что никогда раньше не слышал этого голоса.

- Освободи место, - медленно повторял рот Эсклепия слова Чародея. – Уйди…

Шёпот исходил, казалось, не от Жреца, а отовсюду сразу: из каждого угла, из малейшей тени, сковывал тело и заполнял разум липким туманом паники и отвращения.

Внезапно всё кончилось. Эсклепий наклонился вперед в попытке отдышаться, смахнул рукой капли пота с блестящей лысины и дрожащей рукой полез в складки одеяния.

Вот только вместо платка, как ожидали всё ещё не отошедшие от шока Чародей и Генерал, он резким движением достал из кармана небольшой артефакт и бросил его под ноги оппонентам. Кабинет мгновенно окутал удушающий жёлтый дым. Норман согнулся пополам в попытке ослабить спазм, сковавший легкие, и на автомате запустил мощную ударную волну, в противоположную от Первого Чародея сторону.

Грохот сотряс башню. Матлин не просто так занимал должность сильнейшего чародея государства: он, как и Норман, знал, что нейтрализовать парализующую дымовую завесу магией невозможно.

Двойная ударная волна прошлась по кабинету, выбирая наружу все до единого стекла и открывая помещение всем возможным ветрам. Спустя минуту Генерал открыл глаза. Дым рассеивался, и ему больше не нужно было прилагать нечеловеческие усилия, чтобы заставить лёгкие дышать.

- Ушёл? – прохрипел он, смутно разглядев силуэт Чародея.

- Сам как думаешь? – отозвался Матлин и закашлялся. – Что это было?

- Боевой артефакт парализующей завесы, мощный.

- Норман, твою мать! Я не дебил.

Генерал тяжело вздохнул всё ещё не в состоянии переходить к активным действиям.

- Хрен его знает, Матлин. Никогда такого не видел. Я бы сказал, что он свихнулся, но…

- Но это не ответ. Или не весь ответ.

- А все-таки мы оба дебилы, Первый Чародей, - простонал Генерал.

Пульсирующая головная боль, неизменное последствие отравления парализующим дымом, постепенно накрывала сознание.

- Давай, Матлин, соскребаем себя с пола. У нас нарисовалась охеренная проблема.