Хроники стражей. Путь сокрыт

3.

- Нет, Ли, не смотри на меня, пожалуйста, так.

- Как? – Лита приподняла одну бровь и посмотрела на Хопера, нацепив на лицо максимально невинное выражение.

- Так!

- Ох, да не смотрю я!

Целительница раздражённо махнула только испеченной Норой ароматной булкой. Беременность и постоянный стресс быстро спелись в её организме дуэтом и одаривали девушку практически постоянным чувством голода. Норе, разумеется, было только в радость при любой удобной возможности подсунуть Лите ароматный пирожок. И Хопер, чтоб его, нисколько не помогал ей держать себя в руках. В силу особенности своей целительной магии Лита не могла сильно поправиться, но слегка округлилась в стратегических местах, что приводило её любимого стража в какой-то трепетный восторг. Поэтому он всячески поддерживал кулинарный энтузиазм Норы и завёл привычку таскать в комнату вкусности на ночь глядя.

Впрочем, радовались расширенному меню не только Ли с Хопером. Вот и сейчас, например, обитатели дома стягивались к столу, зачарованные ароматом свежей выпечки.

- Я прекрасно осознаю своё положение, - ответила Лита на невысказанные слова Хопа. – И не рвусь на передовую. Просто… - она тяжело вздохнула, - мне тяжело смотреть, как вы устаёте в последнее время, пока я отсиживаюсь дома за столом. Почему всё всегда так не вовремя?! Я не про беременность, если что, а про эти ежедневные вспышки черни.

- Такова жизнь, - Миль, привычно прикрывая усталость показным сарказмом, плюхнулся за стол. – Пришёл писец – открывай ларец.

Нэйли бесшумно материализовалась рядом со стражем с поистине гигантской порцией ужина. В её заботливом взгляде лучилась такая чистая любовь и примесью обожания, что Лита невольно отвела взгляд, как будто став свидетелем чего-то слишком личного. Милю приходилось в этой ситуации тяжелее всех. Чувства девушки были ему приятны, грели сердце и ласкали самолюбие, куда без этого. Но парень большую часть жизни провёл в ордене, воспитывался отцом и другими стражами и привык к скупым, своеобразным мужским проявлениям эмоций. А потом и вовсе закрылся от окружающих за щитом непробиваемого засранца. Одним словом, чистая девичья любовь вызывала теперь в нём бурную смесь из удовольствия, ответных чувств и смущения.

- Ты же понимаешь, что тройная порция еды не заменит здоровый сон и отдых?

Миль посмотрел на девушку с мягкой улыбкой. Ни тени сарказма не слышалось в его неловкой попытке пошутить, но Нэй всё равно покраснела.

- Прости, давай я уберу…

- Не-не-не, - Миль, как ребёнок, обеими руками приобнял тарелки и придвинул их ближе к себе. – Я разве сказал, что не съем? Скорее всего умру потом часов на двенадцать, но сожру. Если в доме разверзнется червоточина – не будите меня.

Нэй приглушенно хихикнула. Если бы жесты можно было описать звуком, Лита сказала бы, что Нора громко закатила глаза. Очень громко.

- Как он это делает? - Ворос, помятый и уставший, присоединился к ужину.

- Держит свой сарказм при себе в присутствии Нэй? – улыбнулся Хоп.

- Идите намф…ер, - отозвался Миль с набитым ртом.

- Верховный, - не в силах шутить вздохнул Рос. – Понятно же, что всё эти нападения… Что без него не обошлось. Но, чернь его задери, как?!

Лита молча пересела поближе к Воросу и положила светящуюся ладонь тому на взлохмаченную голову. Она только этим и занималась в последнее время: выбирала самого уставшего на вид стража и помогала восполнить резерв. А ещё чинила Бугона, так как, в силу неопытности, он чаще остальных возвращался раненым. Ребята боялись признать это вслух, но без помощи целительницы всё четверг уже скорее всего схлопнулись бы от усталости.

- Я пойду к Чародею, - тихо, но твёрдо сказал Хоп. – Мы пашем на износ. Если это только разминка – боюсь, что основную часть веселья мы просто не переживем. Нам нужен план.

- О, - отозвался Рос, блаженно прикрыв глаза и наслаждаясь магией Литы. – Генерал обещал ежедневно по два лучших отряда военных чародеев в наше распоряжение. Завтра утром прибудут. Без новичков, только бойцы, уже повидавшие чернь. Так что никакой обузы и обоссанных штанов быть не должно.

- Лучше, чем ничего, - кивнул Хопер. – Но к Матлину я всё равно зайду…

Он хотел сказать «не дожидаясь от него вестей», но невероятный грохот совершенно невежливым образом его перебил.

Артефакт защитного щита истошно заверещал, и Лите показалось, что по стенам и потолку дома прошла вибрация. Стражи мгновенно напряглись.

- Пожрали, бля! - рыкнул Миль, после чего завернул забористое ругательство, сводившееся к вопросу «Что ещё случилось?»