Хроники стражей. Свет во мне.

2.

- Иридан, - ответил юноша. – Меня зовут Иридан.

На его удивительно красивом лице появилась лёгкая улыбка. Ни тени обиды или злости на обращение стража. Будто он искренне наслаждался звучанием собственного имени.

А вот его спутница нахмурила брови и уже открыла было рот, чтобы воздать Милю по заслугам (и хорошо, если не по роже), но парень мягко приобнял одной рукой девичьи плечи, и воинственный настрой девушки мгновенно сошёл на нет.

- Откуда им было знать моё имя, милая? В Дивных садах нет места именам.

- Это дикость, - буркнула девица.

- Это защита, - терпеливо пояснил юноша. – Азалия, первой взявшая цветочное имя, сама придумала такую традицию. Чтобы у каждого из нас осталось что-то личное. Хотя бы только имя. То, до чего никогда не сможет добраться реальность садовой жизни.

Миль вздохнул. Он в очередной раз вынужден был признать, что не знал и половины об истинных мотивах хозяйки борделя. Что ж, по крайней мере эта женщина удивляет его приятными сюрпризами. Как показывала практика, когда люди раньше раскрывались перед стражем с новой стороны, их секреты редко пахли розами.

- Иридан, значит, - кивнул Миль, поднимаясь. – Полагаю, раз имя к тебе вернулось, ты больше на садовый мальчик?

- Верно, - кивнул парень. – И мы с Линиэль хотим присоединиться к вашей борьбе с чернью.

Миль не рассмеялся в ответ на слова бывшего садового юноши. Он помнил, как Бугон, захлебываясь от мата и восторга, рассказывал о впечатляющем явлении тогда ещё Колокольчика на поле боя.

- А тебе не проще пойти к Генералу и вступить в ряды военных? Присоединишься к своей девушке.

- Не проще, - ответила за него Линиэль. – В состав армии при Боргине и после специальной подготовки надо постараться попасть. Ир в военной школе не учился. А сейчас Генерал набор новобранцев приостановил, гоняют с вашим другом стражем старичков с утра до темноты, как первогодок.

Миль кивнул. Норман в предстоящем сражении готовился делать ставку не на количество, а на качество. Они с Воросом не жалели сил, чтобы максимально подготовить лучших военных чародеев к особенностям битвы с чернью.

- Мы не уверенны, что посвятим жизнь военной службе, - вклинился Иридан. – Время покажет. Сейчас же мы просто хотим помочь.

- Чернь – это не одурманенные полудурки, с которыми вы встретились в прошлый раз.

- Мы знаем, - девушка воинственно вздернула подбородок.

Миль лишь слегка усмехнулся.

- Ваши женщины будут биться с вами, - его реакция, похоже, только разозлила девушку. – На них вы также снисходительно хмыкаете, страж?

- Вы можете сдержать армию черни, вскинув к небу изящную ручку? – спросил он вместо ответа. – Жечь чудовищ и сдерживать червоточины магией Света? Или, быть может, силой взгляда повергаете врагов в животный ужас?

Линиэль насупилась, но промолчала.

- Дело не в том, что я считаю женщин неспособными сражаться. Не считаю.

В его жизни были Нора, Азалия, Лита. Теперь, вот Нэй. Нет, дело было совсем не в этом.

- На поле боя, - сказал он неторопливо. – В крови, в окружении черняков, оборотней, по уши в чёрном дерьме, хлещущем из разрыва мой разум остаётся при мне, а завтрак при желудке благодаря отцу и долгим годам тренировок. Мы – стражи. Это наш долг. И сделать так, чтобы мирным жителям, женщинам и детям никогда не пришлось видеть всю эту грязь – тоже наш долг.

«Кто бы мог подумать, что в твоем, воспаленном сарказмом сознании, столько благородных побуждений», - хихикнул внутренний голос с излюбленными интонациями Норы.

- Мы не стремимся геройствовать, - ну слава Свету, Иридан проникся. – Но, может быть, найдётся и для нас работа. Такая, чтобы быть полезными…

- А не глупо сдохнуть? – уточнил Миль, ухмыльнувшись. – Что ж, мы не в том положении, чтобы отказываться. Добро пожаловать. Найдите Хопера или Вороса. Они отвечают за мозги в нашем дружном организме. Я, по большей части, за язву желудка.

- И нервный тик, - послышался с порога весёлый голос Литы.

- А ты, твоё Светлейшество, представляешь то самое мягкое место, что притягивает неприятности? – огрызнулся Миль без злобы, скорее с удовольствием.

Хопер, молча обнимавший целительницу, хохотнул.

- Этот спор за ним, Ли.

- Вы прогуляться? – увидев двойной кивок, Миль злорадно ухмыльнулся. – Забудьте. Принимайте подкрепление. Знакомые нам по нападению Эсклепия, Иридан и Линиэль.

- Как? – Лита встрепенулась и распахнула глаза в удивлении.

- Это моё настоящее имя, - привычно пояснил юноша. – Иридан.

- Да понятно, что Колокольчиком тебя не мама нарекла, - целительница закатила глаза. – Очень красивое имя, кстати. Но Линиэль, правда?

- Да, - осторожно ответила девушка, - Что-то не так?

- Это же почти, как я! – воскликнула Лита с улыбкой.

- Что? – растерялся Хопер.

- А что? – как ни в чем не бывало, отозвалась девушка. – О! Я никогда не говорила своё полное имя?

Хоп в ответ лишь сверкнул зелеными глазами, как умел он один. Девушка смутилась.

- Прости, прости, - затараторила она. – Просто это ужасно звучит, поверь. Вот, Линиэль – очень нежное имя. А я – Литинитиэль.

- Как? – Хоп честно попытался беззвучно произнести имя одними губами, но в итоге возмущённо фыркнул.

- Вот и я говорю, - довольно улыбнулась целительница. – Лита – отличный вариант.

Тут она подметила мечтательно-задумчивое выражение лица Миля и добавила:

- Так. Имена – это не повод для подколов. Это святое, понятно? В конце концов мы знаем, кто тут ещё ненавидит своё полное имя, правда? И само это имя тоже знаем…

- Все, - тихо добавил Иридан с улыбкой.

И пусть он сдал сейчас Азалию с потрохами, но выражение лица стража Демила того стоило.