Хроники таверны "Три Котелка"

Глава 1: Первая ночь и наглый зайчик.

Ненавижу первые ночи на новом месте, особенно когда твой матрас ещё в дороге, а личная банши уже впала в спячку, как сурок.

Я лежала не в постели, а на голом полу, укрывшись дорожным плащом, и пристально смотрела в потолок, где танцевали тени от заходящей луны. Спальня наверху казалась слишком большой, слишком пустой. А здесь, за массивной стойкой, я чувствовала себя… почти как дома, если домом можно назвать лачугу, купленную на последние украденные у самой себя золотые.

Тишину разрезал скрип ставней. Не ветер – чья-то рука.

— Тьма! Уже в первую ночь.

Я не шевельнулась, лишь прикрыла глаза и коснулась медальона на груди.

— Эолириэллиандра, ты меня слышишь?

Из медальона донёсся недовольный шёпот, похожий на шелест мёртвых листьев:

— Слышу. И вижу. Двое. Пахнут дешёвым вином и большими амбициями. Надо было нанять стражу, а не будить меня! Я не сторожевая собака, я Вестница…

— Просто напугай их, – мысленно прервала я её. – Сделай так, чтобы они никогда больше не захотели сюда соваться.

Наступила пауза, я почувствовала, как в медальоне копится энергия, та самая, что когда-то сводила с ума целые армии. И тогда на всю округу, разрывая ночную тьму, прозвучало не пронзительное предсмертное завывание, а… крик диктора на городском рынке.

— ВНИМАНИЕ! НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ПРОНИКНОВЕНИЕ! – прогремел голос Лиры, от которого задребезжали стекла в буфете. – В ЛУЧШУЮ ТАВЕРНУ ГОРОДА! ПОВТОРЯЮ, ТАВЕРНУ С ЛУЧШИМИ ЖАРЕНЫМИ ПЕРЕПЕЛКАМИ И ВОСХИТИТЕЛЬНЫМИ ПИРОЖНЫМИ – ГРАБЯТ! АДРЕС: УЛИЦА СТРАЖНИКОВ, 13! СПЕШИТЕ НАПУГАТЬ ГРАБИТЕЛЕЙ И ПОПРОБОВАТЬ НАШ НОВЫЙ ЭЛЬ!

Я замерла, не в силах пошевелиться от смешанного чувства ужаса и дикого смеха. Вот тьма. Вот что значит навечно привязать к себе банши, не дочитав инструкцию. Теперь у меня не охранная сигнализация, а ходячая (точнее, кричащая) рекламная акция. Снаружи послышался испуганный визг и топот убегающих ног…

Я лежала на полу, прислушиваясь к затихающему хаосу на улице. Первая мысль: хоть бы стражу не подняли. Вторая: и как теперь спать, если мы устроили такой цирк на весь квартал?

Взгляд скользнул по залу, выхватывая знакомые детали. Вот та щербина на полу — от её же чемодана в первый день. А там, над дверью, висела вывеска, которую она прибивала сама, с горькой усмешкой...

Два дня назад

...Я стояла перед свежевыструганной доской с надписью «Три котелка». Молоток в руке казался тяжелее любого магического жезла.

«Пусть думают, что я чудаковатая хозяйка, — подумала я, забивая первый гвоздь. — Никто не догадается, что один котелок был для любовного зелья, второй — для яда, а третий...»

Я замолчала, давая последнему гвоздю войти в дерево с тихим стуком.

«Третий пока свободен. Для чего-то нового».

Щелчок пальцев — и стулья послушно поползли под столы, будто стадо пристыженных овец. Взмах руки — и осколки разбитой по дороге бутыли собрались в аккуратную кучку. Бытовая магия. Великая мощь для прибирания хлама и придания дому вида «здесь всё под контролем».

Я смотрела на своё новое царство, пахнущее пылью, краской и... одиночеством. От этой мысли стало не страшно, а тошно. «Спокойная жизнь» начиналась. И пахла она затхлостью.

Из медальона на моей груди донёсся довольный скрип, возвращая меня в зал, который теперь пах страхом и адреналином.

— Ну так у нас и была цель привлечь клиентов! — невозмутимо пропела банши. — Реклама, милая, двигатель торговли.

Я прикрыла глаза, чувствуя, как по лицу расползается гримаса, средняя между ужасом и диким смехом.

— Лир... это был не клиент. Это был грабитель. Двое.

— Разница? — проскрипела банши с неподдельным интересом. — И те, и другие приносят деньги. Одни — в обмен на товар, другие... в обмен на свою глупость. Я считаю, мы отлично начали!

Вот тогда я и поняла. Окончательно и бесповоротно.

Моя новая, спокойная жизнь закончилась, даже не начавшись. И — вот чёрт — почему-то это чувство было не таким уж и пугающим. Может, потому что с тошнотворным «спокойствием» этих двух дней было уже покончено.

Утро.

Уже через несколько часов сквозь кристально чистые окна таверны «Три котелка» било нагло-беззаботное утреннее солнце. Я как раз вытирала стойку, с наслаждением придумывая для Лиры новые изощрённые способы наказания, когда колокольчик на двери известил о первом посетителе.

В дверях стоял молодой парень, наверное, только закончивший академию. Он выглядел усталым, но на его лице играла настойчивая, почти одержимая улыбка.

— Доброе утро, — его жизнерадостный голос резанул по моим усталым нервам. — Это здесь вчера ... ну, такое было представление?

Тут взгляд упал на его запястье. Браслет. Тот самый, инквизиторский артефакт поиска. И он пульсировал — слабым, но неумолимым светом, прямо в мою сторону. Под лопаткой, на старом шраме в виде звезды, резко и жгуче проснулась боль — глухой отзвук того самого клинка. Вот тьма. Вот так всё и закончится. Не на костре, а здесь, у собственной стойки. Мурашки побежали по спине ледяными иглами.