Хроники Тинакриуса. Сатуара

* * *

Алисэя мотала головой, отрицая сказанное. «Нет, нет, так не должно быть!» — кричало её сознание. Но демон ждал совсем другого ответа. Он отстранился и зарычал, оскалившись, обнажая свои зубы. Его клыки немного удлинились, намекая на частичную трансформацию. С опозданием девушка поняла, что отвечает неправильно, хотела кивнуть, но его лицо находилось слишком близко.

— Да, — чуть не плача прошептала Сэя. Её тело дрожало.

— Хорошая девочка, — расслабился он. Его слегка заострившиеся черты снова приняли обычный вид. — Я надеюсь, ты знаешь, что значит Шин-гари? Хоть ты и "недо-эльф", но все же в тебе течет "эта!" мерзкая кровь, — снова начал он, не снижая градуса презрения, ни во взгляде, ни в голосе.

Её дыхание участилось, а глаза стало жечь от подступающих слез. Он знал, что его слова достигли цели, и с видом победителя ждал от неё именно такой реакции. Самое обидное оскорбление, которое только может услышать эльф, это упрек в его благородном происхождении. Алисэя слишком часто слышала подобное в свой адрес и уже давно привыкла. Она и не надеялась, что в ней течет чистая кровь великого народа, поэтому ожидаемой реакции не последовало. Но все же, даже если она полукровка, эльфом быть не перестала.

Гордые и независимые, эльфы не терпят обязательств, тем более перед другими расами. Они скорее умрут, чем станут чьими-то марионетками, должниками, рабами. Каббала — это не про них. Но есть одно "но": спасти жизнь эльфу, означает завладеть этой жизнью полностью — незыблемое правило, и в то же время приговор, которого боится каждый представитель её народа. И демон это знал. Пока долг не будет уплачен, эльф будет "пленником" так называемого спасителя. Шин-гари — долг жизни, который берет свое начало от момента зарождения расы и самого Источника, поэтому неоспорим в исполнении. Шин-дарго — держатель долга.

— Или ты будешь отрицать? — настаивал темный принц. — Я жду!

Его магия легонько касалась её ауры. Мужчина давил своей силой и превосходством. «Должно быть демон в нем ликует!» — промелькнуло в голове Алисэи.

Эта извечная война и ненависть между адирийской расой и эльфийской. Они никогда не могли сосуществовать вместе. Многие народы Ассаира ведут политические и экономические переговоры с Адири в моменты перемирий, но эльфы — никогда. Причина этому не только гордость, а физическая непереносимость. Если демоны и способны вынести светлую энергию, то вот эльфы гибнут. И во времена Темной Войны, адирийцы сполна насладились этим своим преимуществом. Именно из-за них раса раскололась, и появились темные эльфы…

— Нет! Не буду! — обреченно ответила Сэя.

Он победно фыркнул:

— Так и думал. А теперь запоминай: будешь молчать о нашем сегодняшнем разговоре и никому не скажешь, поняла? — она утвердительно кивнула. — И чтобы даже вида не подавала, что чувствуешь во мне адирийца. Ошибешься, жестоко заплатишь!

Алисэя ошарашено моргнула, глядя в лицо демона. Магистром его даже внутренний голос называть отказывался. Кайденор резко оттолкнулся от дерева и отошел назад, продолжая смотреть. Девушка хотела исчезнуть, испариться с этого проклятого места. Ей не терпелось поскорее оказаться как можно дальше от тёмного. Но самое важное, ради чего она решилась прийти, осталось еще не озвученным. Немного помявшись, она осмелилась спросить:

— Вы вернете локон? Пожалуйста! Это слишком унизительно…

— Нет! Даже не мечтай. Это плата за причиненные мне неудобства, — он слегка усмехнулся и наклонив голову набок, перекинул длинную косу через плечо, тем самым демонстрируя свое украшение.

Замысловато сплетенные черные волосы были зафиксированы кожаным шнурком, концы которого украшали серебристые хомутки с маленькими белыми кисточками из её волос! В груди эльфийки заныло: «Да, за что! Мало мне было постоянных издевательств из-за моего происхождения, так теперь ещё и демон? — они оба знали, что означают подобные вещи. — Это уже слишком! Те времена, когда адирийцы носили подобные украшения давно в прошлом! Зачем он так!»

— Какие неудобства? А если кто-нибудь увидит и догадается? — не унималась Сэя, продолжая смотреть на шнурок.

— А ты веди себя так, чтобы не догадались.

Алисэя прерывисто вздохнула, сдерживая рвущиеся на свободу слезы. Руки дрожали, она их спрятала за спиной: «Не хватало еще, расплакаться при демоне! Гордые эльфы не показывают эмоций! Я тоже должна себя сдерживать!» — повторяла она про себя. В таких ситуациях как эта, когда не было сил терпеть и хотелось сдаться, отпустить чувства на свободу — Сэя твердила эти самые слова как заклинание. Для нее, проявление эмоций являлось очередным подтверждением, что она полукровка — потому, что чистокровные эльфы не плачут и не боятся!

Они двое продолжили молча стоять друг напротив друга в темном лесу и смотреть. Алисэя потеряла счёт времени. Каждая секунда наедине с ним казалась вечностью. Сколько прошло, минута или час, она не знала. Девушка боялась сказать слова, чтобы не разгневать демона. Поэтому ждала, когда он сам позволит уйти.

Наконец мужчина пошевелился. Он отбросил косу назад, и посмотрев вниз, усмехнулся:

— Я не преподаю на твоем курсе. Но ты целитель, а я Магистр боевой магии. Нам придется работать вместе, и очень тесно, — прозвучало двусмысленно, он снова поднял на неё глаза. — Со мной веди себя также, как и со всеми магистрами Академии. И только попробуй не подчиниться, — взгляд исподлобья. Зловещее выражение на его лице казалось ещё более устрашающим с такого ракурса. Сэя крепко сжала кулаки. — Моя маленькая Шин-гари…