Хроники Трезура: Обреченная

Размер шрифта: - +

Глава 1

«Вселенная, как большая стеклянная призма,

в которой пересекаются, преломляются и отражаются

 миллионы прекрасных в своей неповторимости миров»

 

Солнечные лучики, назойливо щипавшие мое бледное лицо, и осенний ветер, легкий, как первый поцелуй, щекотавший разгоряченную кожу, наполняли умиротворением и покоем.

Мне хотелось пролежать так очень долго, вслушиваясь в тихий шорох листвы над головой и милое воркование маленьких птичек, беспорядочно снующих туда–сюда. Но я не могла себе этого позволить.

Сегодня второе сентября, а это значит – первый день нового учебного года. И не просто года, а одиннадцатого, последнего в школьном обучении. И мне не хотелось начинать его с опоздания.

Почувствовав что–то постороннее на своем лице, я нехотя приподнялась и села, зажав между пальцами желто–оранжевый листочек. Поймав сквозь него свет, я с интересом покрутила в руках, любуясь тем, как краски увядания заиграли на нем с новой силой. На севере осень вступала в свои права немного раньше. Поэтому к началу сентября наш Лучегорск был полностью засыпан опавшими листьями.

Скинув с себя оцепенение, я нервно поглядела на часы, стрелки которых неумолимо приближались к девяти часам. Обычно я не заморачивалась насчет опозданий, но сегодня пообещала родителям быть примерным ребенком и появиться на занятиях вовремя.

«Жду еще пять минут – и…»

И не успела я мысленно сформулировать фразу, как услышала позади быстро приближающееся цоканье каблучков.

Я улыбнулась. Ко мне на высоченных каблуках – сантиметров пятнадцать, не меньше! – неслась моя подруга Виктория. Поравнявшись с лавочкой, она тяжело на нее плюхнулась и, переведя дыхание, сомкнула на мне дружеские объятия.

– Привет, милая! – Она неуклюже чмокнула меня в щеку.

Я ответила ей не менее теплыми объятием. При этом окончательно вывела ее блузку из строя.

– Ну, все, хватит любезностей, – театрально закатила глаза Виктория и поправила выбившиеся из прически прядки. – Вот скажи мне, Мира, как можно было оставить свою любимую подругу на целых два месяца? Ты только представь, как мне было тяжело ничего не делать! Да я чуть со скуки не нашла себе новую подругу, более благодарную.

– Ну, ты же знаешь, от меня мало что зависело.

– Ох, Мира, твоя доброта – это так… – Вики наморщила носик, – …так старомодно. Но я рада, что ты, наконец, вернулась.

– Почитаешь мне нравоучения по дороге. – Я встала и потянула за собой девушку, с трудом балансирующую в новых туфлях, но она тут же заворчала переключая пластинку:

– Вот ответь мне, какой идиот придумал эти безумные каблуки?!

Моя улыбка стала шире. – Даже не представляю. Я вот хожу в кедах и не парюсь.

– Конечно, тебе легко говорить, с твоим ростом вообще можно босиком ходить. А вот нам, полноватым коротышкам, надо как–то восполнять и чем–то замещать свое природное несовершенство.

– Ви, ты неисправимая ворчунья.

 

Не спеша, поскольку Вики было непросто бороться с туфлями, мы направились в сторону школы.

– Мира, между прочим, я жду твоего подробного отчета.

От этих слов я утомлённо закатила глаза к небу:

– Тысячу раз говорила тебе, что я ни с кем не познакомилась и не встречалась. Целыми днями металась от дома до магазина и обратно, и ни на что другое у меня времени не было. Да даже если бы и было, то в нашей деревушке самому молодому мачо лет шестьсот и он даже не вдовец.

– Бр–р–р, как все плачевно! Но, может, скоро мы кого–нибудь тебе найдем? – с надеждой в голосе проговорила Вики. – Послезавтра к Лизке Орловой приезжает ее двоюродный брат с друзьями. И они собираются закатить классную вечеринку, где мы обязательно должны побывать. И еще Лизка проболталась, что ее брат не прочь с кем–нибудь замутить.

– Ви, ты бредишь наяву. Идти на смотрины извращенного прыщавого брата Лизки и его друзей имбицилов, – меня передернуло, – увольте.

– Мира, тебе через два месяца восемнадцать, а ты строишь из себя недотрогу, в конце концов, это уже не модно. Если так пойдет и дальше, я боюсь, что ты вообще останешься старой девой. И в тридцать лет единственными спутниками твоей жизни будут кошки… а, нет, в твоем случае – лошади.

– Мне послышалось или ты обозвала меня ханжой?!

 — Тебе не послышалось, — фыркнула Ви, возвращая юбку на место. 

 

Возле школы, огороженной невысоким забором, тусовался народ, и не спешил занимать места за партами и, возможно, принимал последние солнечные ванны в этом переменчивом сентябре.

– Девчонки! – К нам подбежал Макс, поправляя на носу солнцезащитные очки.

– Мира, ты не знаешь где Лида? Не могу до нее дозвониться.

– Без понятия. С ветром в ее голове я не дружу.

Парень моей сестры нахмурился: – Мы договаривались встретиться перед занятиями. А ее нигде не видно.

– Извини. Я приехала только сегодня и никого из своих еще не видела. – И пожала плечами. – Она непредсказуема.

– Да, за это я ее и люблю, – с нежностью в голосе проговорил парень.

Мне было его жаль. Лидка не заслуживала его любви. Она не ценила все то, что он для нее делал. Относилась к нему как домашней собачонке, выполняющей команды «рядом» и «принеси».



Алеся Троицкая

Отредактировано: 30.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться