Хроники зимних метелей

Буран (автор Лера Лебедь)

Представляем третью историю Леры Лебедь!

БУРАН

Машина неслась по шоссе, разрезая чистый январский воздух, и снежная пелена за окном слепила глаза. Милана неподвижно сидела на пассажирском сиденье, опустив стекло, чтобы ощутить холодную влажность зимних полей. Белая дымка стелилась по бескрайнему ландшафту, кажется, что дорога тянется бесконечно, как и уныние, поселившееся в её сердце.

Рядом, за рулём, находился Илья — высокий брюнет с аккуратной бородой, его профиль казался резким и угловатым, но сейчас он смотрел прямо перед собой, избегая контакта глаз. Машина равномерно урчала двигателем, словно подпевая одинокому ледяному ветру снаружи.

— Я хотела поговорить с тобой, Илюша, — тихо сказала Милана, не отрывая взгляда от окна, — Твоя мама утром позвонила и сказала, чтобы я переписала даты на наших приглашениях. Ты в курсе?

Илья напрягся, взгляд его стал острым, но голос остался ровным:

— Мои родители хотят устроить праздник на Пасху, это ведь священный праздник для всей семьи. Она хочет, как лучше. Отец тем более договорился на ресторан «Парус», уже внёс задаток. Чего тебе то? Твои родаки не складывались.

— Но почему они решают за нас? — возмутилась Милана, поворачиваясь к нему. — Я не собираюсь менять свои планы из-за их капризов. И «Парус» ресторан, где проводят поминки и дни рождения криминальные авторитеты. Я хотела, чтобы гости наслаждались современными вкусными блюдами, а не заветренными салатами и музыкой в стиле девяностых.

Илья кашлянул, избегая прямого спора:

— Родителям важно принять участие в нашем событии, это нормально. Они же стараются для нас. И напомню, что кто платит за банкет, тот и решает где и что произойдёт. Скажи спасибо, что у нас есть возможность организоваться шикарную, как тебе хотелось, свадьбу, при твоём скромном бюджете. Мне вот вообще всё равно, где и когда мы поженимся. Я просто благодарен своим родителям.

— Строго говоря, они стремятся не поучаствовать, а диктовать, — повысила голос Милана. — Наш брак — это наше дело, а не мам и пап. И я заметила, кстати, что тебе всё равно. На новый год ты меня киданул, теперь тащишь на лыжную базу, хотя знаешь, что я не люблю холод и не умею кататься на лыжах. Ты правильно сказал, тебе всё равно.

Илья нервно постучал пальцами по рулю:

— Ну, они просто хотят, чтобы всё прошло идеально. Маме не составит труда организовать мероприятие на месяц раньше. А свои хотелки, я бы советовал засунуть куда подальше. Как заработаешь денег себе на свадьбу, так и будешь её сама организовывать.

— А мне не составляет труда взбунтоваться, — категорично отрезала Милана. — Я планирую всё сама, и не хочу зависеть от их желаний.

— Ты тупая что ли? — резко ответил Илья. — Как же до тебя туго доходит. Как до жирафа. Как скажет моя мама, так и будет. Точка. Разговор закончен. Меня твои бзики не волнуют.

— Сыночка корзиночка, — проворчала зло Милана, облокотившись на подголовник кресла. — Научись жопу сам подтирать, мамкин сынок.

Илья резко повернул руль вправо, машину занесло на льду, и сердце Миланы подпрыгнуло в груди. Всё в ней кипело от злости, щёки раскраснелись, а руки предательски дрожали.

— Не надо переходить на личности, — процедил он сквозь зубы. — Если ты думаешь, что я продавшийся, то напрасно. Ничего нет плохого в том, что я люблю и уважаю собственную мать. Тебе этого не понять. Твоя мать тебя не воспитывала.

Милана замерла. Глаза её расширились. На секунду ей показалось, что она накинется на этого мерзкого типа и побьёт его. Илья же остановил машину и ждал чего-то. Желваки на его челюсти напряглись, руки стискивали руль. Они замолкли оба. Милана поверить не могла, что собирается связать свою жизнь с этим придурком.

— Заткни свой рот. — процедила сквозь зубы Милана, переводя дыхание. — Ты и твоя семья измотали все мои нервы. Ты своим скотским поведением убил во мне всё хорошее, что было. Наверное нам лучше...

Слова замерли на языке. Она их так и не произнесла. Илья повернулся к ней, и взгляд его был действительно безразличным. Светлые глаза были схожи с льдинками, которые ранят. В них нет жизни, нет любви.

— Извинись. — сказал он, заводя машину. — Извинись за свои слова, иначе я тебя здесь высажу и оставлю.

— Нет! — негромко, но чётко ответила Милана, скрестив руки на груди и надув губы.

— Извиняйся, иначе уеду и оставлю тебя здесь одну. Клянусь я... Мила! Извинись.

— Иди к чёрту. — тихо и уже не так уверено, сказала Милана.

Ей вдруг стало так страшно.

Резким движением Илья толкнул дверцу автомобиля, выталкивая Милану на покрытую инеем землю. Машинально пытаясь зацепиться за ручку, девушка в отчаянии замахала руками, но ручка скользнула под слоем снега. Милана едва успела опереться на руки, прежде чем приземлиться в рыхлый сугроб, облепивший её ботинки белой коркой.

Дверь с металлическим лязгом захлопнулась, и машина тронулась, оставляя её стоять посреди пустынной трассы, покрытой тяжёлыми слоями снега. Штормовой ветер больно ударил по лицу, стуча мелкими льдинками по одежде и обжигая кожу.