Хрупкие крылья бабочки

Акт 1.

Самолет приземлился в главном аэропорту Сеула после долгого рейса из Нью Йорка, а Линдсая уже практически подпрыгивала на месте от нетерпения вдохнуть утренний корейский воздух. Казалось бы, если девушка так счастлива возвращению на Родину, почему она не сделала этого раньше?
Ответ прост: карьера. Так резко обретя успех, она хваталась за проекты, стараясь сделать себе имя, запомниться, укорениться в художественной нише Нью Йорка, чтобы все знали, что она талантлива и хотели с ней сотрудничать. Поэтому она мысленно скучала по Корее, душой рвалась в родной Сеул, а телом зарабатывала себе репутацию и строила будущее. И вот когда Линдсая получила приглашение от Сеулького театра современного танца, она поняла, что все сложилось именно так, как должно было, и это тот знак, которого она ждала столько лет. Даже скорая свадьба с Дереком ее не останавливала.

Линдсая всегда относилась к таким вещам спокойно, таким был и ее жених. Свадьба – это просто формальность. Карьера, один взгляд на жизнь, на семью – вот главное в отношениях. Поэтому, когда Линдсая сказала ему, что уедет на два месяца, Дерека больше расстроил факт ее долгого отсутствия, чем отложенная свадьба. Хоть он и предложил ей просто расписаться перед ее отъездом, но Линдсая решила, что нет смысла с этим спешить, ведь они и так уже решили узаконить отношения.

Наконец, пассажирам разрешили покинуть свои места, и Линдсая, стянув свою сумку с багажной полки, выскочила на трап. Преодолев коридор до зала регистрации, она немного постояла в очереди к регистрационным стойкам, ответила на бесконечное количество вопросов таможенника и вышла в зал прилета.

Огромное помещение с высокими потолками особо не отличалось от Нью Йоркского аэропорта, но что-то здесь было особенное. Дождавшись свой чемодан, она забрала его с ленты и вышла в зал ожидания. Повсюду были люди, снующие, толпящиеся, бегущие и неторопливо прогуливающиеся в ожидании своего рейса. Вдоль ограждения выстроились встречающие с табличками. Пробежав глазами по надписям на табличках, Линдсая увидела свое имя, которое держал в руках худощавый мужчина лет сорока немного ниже ее ростом. Он был одет в рваные джинсы и ассиметричную белую рубашку. Широко улыбнувшись, девушка пошла к своему сопровождающему.

– Доброе утро! Я Линдсая, приятно познакомиться, – она протянула руку, улыбнувшемуся ей в ответ мужчине.

– Доброе утро, Линдсая. Меня зовут Мин Субин, рад с вами познакомиться, – мужчина посмотрел на ее багаж. – Давайте я помогу вам с чемоданом?

– Да, спасибо – согласилась девушка, передавая ему свои вещи.

– Как долетели? Тяжелый был перелет? – поинтересовался мужчина, когда они сели в машину.

– Все нормально, долетели отлично. Я практически всю дорогу спала, поэтому даже не заметила, как мы приземлились, – ответила она, разглядывая все вокруг через окна автомобиля.

– Линдсая, я главный режиссер-постановщик Сеульского театра современного танца и для меня большая честь работать с таким интересным и подающим надежды хореографом, – признался Субин.

– Аджосси[1], вы меня смущаете, – засмеялась Линдсая. – На самом деле, я очень благодарна за честь быть частью такого прекрасного проекта, да и вообще быть частью Сеульского театра.

– Уверен, наше сотрудничество будет плодотворным для обеих сторон. И кстати, можете звать меня сонбэ[2].

– Да, спасибо. Я так давно не использовала корейский этикет, что могу забывать некоторые тонкости, уж простите меня, – засмущалась девушка.

– Ничего страшного, сделаем вам скидку, – подмигнул Субин.

Они ехали по утреннему Сеулу, который уже кипел жизнью. Магазины открывали свои двери покупателем, люди спешили на работу, уличные закусочные дымились от пара готовящейся еды, люди на мопедах мчались по своим делам. Линдсая с увлечением рассматривала проносящийся мимо город и не могла поверить, что она снова здесь. Машина свернула на широкую улочку, а потом снова повернула на улицу, но уже более узкую. Остановившись около многоквартирного дома с широкими балконами, Субин заглушил мотор.

– Театр выделил вам квартиру в доме, где живут практически все наши ведущие танцоры, – сказал мужчина, открывая багажник. – Мы решили, что вам будет полезно находиться рядом со своей труппой, а также жить недалеко от работы, чтобы избежать утренних пробок.

Линдсая запрокинула голову, рассматривая свое временное жилье. Почти все балконы были украшены горшками с цветами, так что до самого последнего этажа внизу каждого окна была зеленая полоска растений, что делало здание не стеклянной безжизненной коробкой, а уютным жильем. Девушка так восхищалась каждой мелочью Сеула, что, кажется, вдохновилась еще больше, и ей уже не терпелось познакомиться с танцорами и приступить к работе.

– С завтрашнего дня вы начинаете свою работу, а сегодня можете прогуляться по городу, познакомиться с ним заново, – сказал режиссер.

– На самом деле, мне бы хотелось для начала увидеть театр, а уже потом город, – улыбнулась девушка, теребя в руках дорожную сумку.

– Конечно, тогда давайте занесем ваши вещи в квартиру и сразу поедем в театр, – Субин взял чемодан и покатил его к зданию, а Линдсая пошла следом.

Они поднялись на лифте на седьмой этаж и вышли в просторный коридор. На этаже было около шести дверей. «Похоже, квартиры в этом доме достаточно просторные», – подумала девушка, осматривая холл.