Хрустальная скрипка. Часть первая.

Глава 17. Сельская лекарка.

Яркое солнце светило просто до одури, и в данной ситуации это было хорошо. Мокрые бинты, развешанные на нитях во дворике обычного дома в селе Хорнос, очень скоро просохнут. Эви аккуратно расправила две последних полоски широкой белой ткани и присела полюбоваться результатом. Не пройдет и пары часов, как все они высохнут. А вечером у нее был запланирован обход по селу, тогда она и раздаст половину этих бинтов. Остальные оставит у себя – мало ли, когда смогут пригодиться. Хотя бы один завалящий лекарь был в каждом селе и каждой деревне, и все равно народ из окрестностей нет-нет да и заезжал именно к ней поправить свое здоровье.

Эви была сельской лекаркой, и очень хорошей. Слава о ней шумела по всей округе. Еще бы, большинство деревенских лекарей были третьего или четвертого уровня силы, а у нее был пятый, а может, даже шестой (точно никто не знал). В любом случае, она была сильнее всех остальных местных лекарей. И, конечно, часто она становилась своеобразным объектом паломничества. Случалось, что жители других поселений, бывающие в Хорносе по своим делам, брали с собой друзей, домочадцев или даже соседей именно затем, чтобы они в это время смогли сходить и показаться местной знахарке.

Хотя буквально местной она не была. Как и Харлам Фасгорн, Эви родилась и выросла в городе. Но, в отличие от старика Харлама, который отправился в деревню проживать свою пенсию, Эви переехала просто по зову души. Это случилось четыре года назад. Она появилась в селе и сказала, что хочет обустроиться где-нибудь в сельской местности, устав от городского шума. Спросила, нет ли в селе пустых домов. А в обмен на аренду дома она была готова оказывать свои услуги всем страждущим. Несмотря на то, что городских в этих краях не особо привечали, хорошим лекарям везде был почет и уважение. Так она и осталась жить в селе Хорносе. И хотя она не брала денег за свои услуги, но совсем не бедствовала. Люди все равно расплачивались по доброй воле. Кто-то продуктами, кто-то материалами, кто-то помогал по хозяйству.

Еще Эви использовала в своей работе методы, которых никто больше не применял. Взять те же бинты, они были необычные. Из большого мотка ткани Эви нарезала много широких полос, затем стирала их для стерильности и сушила. А в процессе сушки накладывала чары. Это было ее врожденное заклинание второго уровня «Заживление», используемое всеми лекарями, которое существенно убыстряло заживление простых ран, порезов и ожогов. Она же превратила его в зачарование бинтов! Теперь не надо было при каждой травме бежать к ней. Любой крестьянин, сильно порезавшись или обжегшись, мог наложить себе такой бинт, после чего повреждение затягивалось втрое быстрее. А Эви не тратила ни своего времени, ни маны. Ну, кроме времени, потраченного на зачарование.

Сейчас, пока бинты сохнут, она могла спокойно передохнуть и насладиться солнечным днем. Работы сегодня было немного, гостей в селе не ожидалось, а местные прекрасно знали про ее вечернее посещение и не стали бы беспокоить понапрасну. Однако тут загадывать не приходилось, потому что простуда не появляется по расписанию, а кости не ломаются по графику. Поэтому Эви старалась извлекать приятные моменты и ценить любое время, посвященное безмятежному отдыху.

Но долго в таком полумедитативном состоянии ей находиться не пришлось. Со скрипом и треском за жидкой оградой ее двора остановилась телега, запряженная лошадью, которой управлял соседский подросток Вас. Они с родителями жили в двух домах дальше по улице, и паренек частенько заглядывал к ней в гости. Он был толковый малый, и Эви с удовольствием бы научила его тонкостям своего ремесла. К сожалению, парень был не лекарем, а магом энергий. Для деревенского мальчишки это была не свойственная специализация. Вас даже планировал отправиться обучаться в академию; с этим ему стоило поторопиться, потому что возраст брал свое. В этом году надо было поступить хоть куда-то, даже если не рядом.

- Тетя Эви, тетя Эви! – закричал парень, спрыгивая с телеги. - Беда!

Он забежал к ней во двор, растрепанный и нервный. Такого выражения на его лице она еще никогда не видела. Было заметно, что в телеге мальчишка привез что-то крупное, прикрытое куском плотной ткани.

- Вас, что у тебя случилось? – спросила Эви.

- Не у меня, не у меня! С утра поехал в Атай, село соседнее, значит, за товаром для отца. Приехал и жду стою. И подбегает ко мне местный лекарь, Ромул вроде его зовут. «Парень, - кричит, - ты из Хорноса? Беда, парень! У меня тут люди погибают. Не знаю кто, не знаю откуда, но сильно им плохо. Я не помогу! Отвези их к госпоже Эви побыстрей, может, она поможет». Побежал я с ним вместе. Оказалось, с утра жена его с дочкой отправились грибы собирать и нашли людей этих. Не в селе даже, недалеко от села, метров на триста в лес ушли. В общем, в лес мы с ним углубились. Смотрю – лежат, парень и девчонка, все избитые, подранные, обгорелые. Ромул говорит – живы, но плохо им очень, помрут скоро. Ну, я подогнал телегу, еле-еле, через лес-то неудобно. Погрузили как смогли. И я сразу сюда. Не знаю, живы ли еще, вез целый час. Тетя Эви, посмотри!

Эви побежала вместе с парнем к телеге. Вблизи под тканью явно угадывались силуэты двух тел. Хорошо, что прикрыть догадался. Вас откинул ткань, и она увидела двух подростков. Почти еще дети, может, на пару лет постарше Васа. У девушки сломана рука, а парень вроде бы цел. И оба в таком виде, как будто бежали из пожара, одежда обгорела и частично обуглилась, на лицах и коже следы копоти.

И тут Эви поняла. Рубайская академия. Еще вчера до деревни дошли известия, что на Рубайскую академию было совершенно жестокое нападение. Нападавшие были настолько сильны, что практически полностью уничтожили ее. Кто имел столько силы и намерений, чтобы совершить это злодеяние, было неизвестно. Охотник Пауль, который вернулся из Рубая, рассказывал, что лично наблюдал пожарище. И даже вместе с местными жителями пытался помочь выжившим, пока маги воды и огня занимались тушением пожара. Но выживших было немного. Малую часть студентов спасла группа старших преподавателей, еще несколько выжили просто чудом. Остальные студенты и их учителя погибли в пожаре. А этим двум ребятам, видимо, удалось выбраться. Но Рубайская академия была уничтожена два дня назад. То есть, эта пара находится в таком состоянии уже двое суток. Странно, что они еще живы.