Хрустальная скрипка. Часть первая.

Глава 18. Путь сомнений.

На небольшой деревенской ярмарке царило неспешное оживление. Неспешное потому, что тут и не слыхали про городскую суету. Ярмарка была не столько торговой площадью, а скорее клубом по интересам. Торговки и торговцы приходили кто-то с раннего утра, а кто-то уже ближе к обеду, раскладывали свой товар, после чего пускались в разговоры обо всех происшествиях мира, давая обильное плодородное поле всяческим сплетням. Это было в порядке вещей, ведь большинство из них знало друг друга не первый год. А когда появлялись покупатели, шум от споров и обсуждений поднимался буквально до небес. Покупатели тоже были в основном из местных, нечасто появлялись проезжие странники или ремесленники в дороге. Однако даже их получалось втянуть в эти беседы. Без ярмарки местного уклада в прежнем облике просто не существовало бы.

Одной из главных обсуждаемых новостей, конечно же, было нападение на Рубайскую академию. Подогревало это обсуждение то, что сыну кузнеца одного из окрестных поселков как раз посчастливилось (или не посчастливилось) быть студентом данной академии. А в чем была настоящая удача, так в том, что парень оказался в нужный момент рядом с ректором и сумел выбраться. Один из немногих, к сожалению. Поэтому часть информации об этой вероломной атаке сельчане знали буквально из первых уст. И гудели об этом несколько дней, не уставая. Было несколько расхожих версий: происки академий-конкурентов, месть Вершителей кому-то из руководства (Вершителями называла себя группа революционеров-неудачников, во главе которых стояло несколько высокоуровневых магов) и даже атака цисденийских шпионов, поскольку в стенах академии разрабатывалось какое-то неведомое по силе оружие. У всех версий были свои сторонники, которые, как это бывало, готовы были отстаивать их с пеной у рта. Также постоянно появлялись и исчезали другие, менее популярные версии произошедшего.

Торговка Яра была самой преданной сторонницей версии о нападении Вершителей. Она торговала на ярмарке пирожками и булочками, которые собственноручно готовила вместе с тремя своими отпрысками. И сейчас, заботливо разложив товар на деревянном прилавке, Яра не на шутку сцепилась с сапожником, вещающем о цисденийской агрессии.

- Да ты не в своем уме! – охала она. – Ну где Рубай, а где цисденийцы! Это ж какие шпионы должны сюда проникнуть незамеченно, чтобы такое сотворить. Как им вообще узнать, что происходит в стенах академии? Вон Маки ничего такого не рассказывал. Наша служба охраны порядка вмиг бы раскусила таких злодеев, так что не надо мне тут!

Маки был тем самым местным студентом, чудом спасшимся из огненного ада. А так как муж Яры был служителем охраны порядка, то честь их службы она отстаивала по любому поводу и без.

- Зачем Вершителям эта академия? – отвечал ей сапожник, переходя на фальцет. – Что в ней такого? Они покушались на членов Сената, на чиновников. Ты много чиновников заметила в Рубайской академии? Иди у Маки спроси, так он тебе ответит – ни единого! А вот цисденийцам наша наука – как кость в горле! Если мы их догоним по технологиям – пиши пропало! Эх…

Пирожки и булочки на прилавке Яры завлекали ароматом и ждали своего часа. В пылу спора торговка и не заметила, как их число поубавилось. Ведь рядом не было ни единого покупателя. Один, второй, третий, четвертый… Четыре пирожка как корова языком слизала.

Примерно метрах в двухстах от шумевшей ярмарки, под ветвистой кроной дуба, сидел Освальд и ждал. Стелла материализовалась прямо перед ним, держа в охапке добытые пирожки.

- Вроде с мясом, - изрекла она, - давай есть.

- Не нравится мне воровать, - сказал Освальд. Однако два пирожка из рук Стеллы он принял без раздумий. – Это неправильно.

- Угу, неправильно, - ответила та, - а умереть с голоду, до этого чудом выжив, – правильно? Денег у нас все равно нет. Давай, ешь.

После бегства из Рубайской академии они почти восстановили свои силы. Однако чувство голода этим перебить было нельзя. Освальду помогла «Пиявка». Спасшись, он с помощью аспекта «жизнь» медленно, но верно восстанавливал свои силы. Когда Стелла пришла в себя, то была очень слаба. Им снова пришлось применить слияние. Оказалось, что первая и третья пассивные способности Стеллы в комбинации с аспектом «жизнь» при слиянии просто творят чудеса. Ребята очень быстро восстановились, как будто и не были на волоске от гибели. Проблему голода Стелла решала с помощью своего артефакта невидимости. Сейчас был уже второй раз за прошедшие сутки, когда она добывала пропитание подобным образом. И хотя Освальд был не согласен с таким методом, уж больно сильно ему хотелось есть.

Главная проблема была в том, что они не знали, как им быть дальше. Наиболее простым решением было бы вернуться в Рубай и пойти сразу в службу охраны порядка. Но что-то подсказывало Освальду, что не все так просто. Нападение на их академию было крайне дерзким и безрассудным шагом. То, что это было именно нападение на академию, а не на весь город, они уже поняли, подслушивая разговоры местных жителей. Для чего это нападение, кому она сдалась? Вопросов было много, ответа ни одного. Не могло такое грандиозное вторжение, от которого не спасли ни защитные чары академии, ни учителя, быть спланировано просто кучкой террористов-психопатов. Тут замешаны другие очень серьезные силы. А вдруг, приди они к властям, окажутся в лапах неведомого врага?

Ребята просто боялись. В этой ситуации они не знали, кто им друг, а кто враг. Поэтому уже больше суток, пока у них были силы, скрывались по лесам и прислушивались к сплетням. Пока народ, как всегда, слышал звон, но не знал где он. Никакой толковой информации.