Хрустальный шар моих желаний

Глава 16 Похищение…

По дороге Эстель решила сделать крюк и зайти к своей тетушке Матильде.

Тетушкой она ее называла с детства, на самом деле она была дальней родственницей по линии матери, очень дальней, седьмая вода на киселе.

Тетушка была стара и чудаковата, уже никто и не помнил ее в светлом разуме, говорила тетушка Матильда загадками, иногда несла такую ахинею, что в пору было вызывать к ней врача, а уж если начинала колдовать, то надо было уносить ноги.

Но Эстер твердо решила, что разговорит тетушку, уж если и это не получится, то поищет в ее книгах заклинание, которое снимет козлиную шкуру с Максима Леонидовича.

Уже к вечеру показался домик тетушки. Как и всегда, ее дом походил на расписной пряник. Его крыша была фиолетовая, по белым стенам, между окнами были нарисованы красные петухи, на ставнях - яркие цветы, а дверь была голубой. На каждом углу ее домика висели металлические трубочки на нитках, ветер колыхал их, заставляя, ударятся друг об друга, извлекая из них красивую мелодию, что звалась музыкой ветра.

Вокруг дома был разбит сад, в нем буйно росли кусты роз, сирени, огромные шапки гортензий, и других буйно цветущих растений, он не был огорожен, поэтому по саду все время топтались козы, коровы, бараны, обдирая сладкую зелень. Казалось, что от сада ничего не останется к вечеру, но уже с наступлением нового дня он восстанавливался и благоухал, как и прежде.

Эстер с Максимом Леонидовичем постучали в голубую дверь. И на приветливое: Открыто, входите…

Дверь сама собой распахнулась, приглашая путников домой.

На пороге их уже встречало нечто и голосом тетушки Матильды пропело: Как я рада видеть тебя, моя племянница…

Тетушка была и правда необычная, необычно в ней было все: одежда, прическа, даже обувь. Одета она была как капуста, на ней было четыре или пять разноцветных юбок, сверху на них было одето три разных фартука, разной длины и ширины, так, что самый маленький был сверху, а самый большой прятался в оборках верхней юбки. На голове невообразимая прическа, построенная из рыжих кудрей, больше похожая на замок, в которую были воткнуты связки цветных перышек, заколки, гребенки, пара амулетов, и в довершении всего сверху были привязаны цветные ленты.

Можно было подумать, что тетушка сошла с ума, но взгляд ее был остер и внимателен.

- Как ты выросла моя племянница, - проворковала тетушка.

- Я тоже рада вас видеть, тетушка Матильда.

- А какой у тебя замечательный козел, - тетушка достала пенсне и внимательно стала разглядывать Максима Леонидовича.- Очень интересный мужчина, разрешите с вами познакомиться.

Тетушка протянула руку, как для пожатия, козел тряхнул бородой и подал ей копыто: Простите, мадам, что не могу поцеловать вашу руку, меня зовут Максим.

Тетушка потрясла его за копыто, погладила по рогам, козел сомлел и закатил глаза.

- Простите, что не смогу быть с вами долго, дела, дела…Кофе на столе, ужин на плите, а я пошла…

И тетушка, подметая пол множеством юбок, уплыла куда-то вглубь дома.

Эстер прошла на кухню, тут все ей было знакомо с детства, ничего не поменялось, все строго расставлено по своим местам. Присев за стол, она налила из кофейника себе крепкого терпкого кофе, взяла сладкую сдобную булочку, намазала ее маслом. Вдруг сзади кто-то покашлял.

- Может, уже со мной поделишься,- сказал козел.

- Присаживайтесь за стол, Максим Леонидович.

- Ну, наконец-то пригласила, - козел бесцеремонно отодвинул стул, взгромоздился на него, - может, нальешь мне кофе, а то знаешь копытом как-то неудобно.

Пока Эстер накрывала на стол, в кухню вплыла тетушка.

- Ах, я и забыла, что у меня гости, какая я плохая хозяйка, даже ужином вас не накормила.

И как по мановению волшебной палочки, из шкафчиков начала доставать и расставлять на столе вазочки, супницу, блюда с уже нарезанной ветчиной, хлебом, сыром. Это был вихрь. Не прошло и тридцати секунд, а весь стол был уставлен блюдами. Козел и Эстер сидели и смотрели на всю эту вакханалию.

- Ой, я и забыла, у меня же важные дела! О, а это тебе Эстер, брошка будет тебя украшать, - с этими словами она приколола на грудь Эстер нечто, отдаленное напоминающее брошку, что-то такое, сделанное из цветных пёрышек, бусинок, проволоки и прочей чепухи, и тут же выбежала из кухни.

Козел, окинув взглядом накрытый стол, довольно погладил копытом лохматое брюхо и икнул: Вот это я понимаю ужин!

Они ели молча, Максим с жадностью поглощал листья сочного салата, белый хлеб с овощным рагу, на десерт - сочную морковь. Эстре задумчиво жевала сдобную булочку, в голове у нее вертелся вопрос и все не находил ответа, она уже десять раз пожалела, что решила зайти в гости к тетушке, какой от этого прок. Тетушка так и не пришла в себя и все чудит.

Поужинав, они сами выбрали себя спальни в большом доме, так и встретив нигде хозяйку.

И только утром на пороге дома вновь появилась Матильда. Как рачительная хозяйка накормила их завтраком, собрала им еды в дорогу. Эстер смотрела и удивлялась, ее тетя то вела себя как приветливая хозяйка, то, как умалишенная, и нельзя было угадать, какая она будет через пять минут.

На прощанье Эстер все же задала тетушке вопрос, который ее так мучил: Тетушка Матильда, а как расколдовать Максима Леонидовича?

- Как козлиная шкура была одета, так и спадёт, кто одевал, тот и снять поможет, - она посмотрела на небо, ткнув куда-то пальцем, сказала, - уж, недолго осталось, брошку мою не снимай! Шар береги…

Потом вынула из кармашка пудреницу и дунула на Эстер, тонкий порошок осыпал платье, волосы, попал в глаза и нос, заставив Эстер чихнуть.

- На тебе мою пудреницу, пригодиться, - с этими словами она сунула её в кармашек платья племянницы, затем вынула из своей прически один цветок и воткнула в волосы Эстер.

Полюбовавшись на дело рук своих, даже не попрощавшись, она исчезла, как облачко, которое сдул ветер.

Эстер вновь чихнула. Шар! Как она могла забыть про странную стекляшку, она сунула руку в сумку и нащупала там круглый предмет. Шар был теплым. Ну, надо же,- удивленно подумала Эстер, потом она оглянулась на домик тетушки, развернулась и пошла прочь. За ней посеменил козёл.