Худшая адептка, или Кто кого, дракон!

Глава 9. Выносливость

Мор идёт слишком быстро, и чтобы за ним поспеть, мне нужно бежать, но я предпочитаю идти быстрым шагом. Разумеется, отстаю, но он должен сразу понять, что ученица – не значит рабыня или девочка на побегушках.

— Адептка Вилар! — зыкает Мор в мою сторону и останавливается, чтобы подождать.

— Спешу как могу, — отыгрываю исключительно натурально и говорю без сарказма.

Хоть Мор и в списке тех, кому хочется хвост отдавить, всё же он мой наставник. Ни к чему ругаться. Но расставить границы надо обязательно.

— Да ты что? — усмехается он, но я позиций не сдаю, смотрю на него невинными глазками, а он – на меня. Так, будто в душу хочет заглянуть.

— Кхм… а куда мы шли? — решаю напомнить наставнику про планы. Мы ведь так спешили не для того, чтобы в центре холла в гляделки поиграть?

— Скоро узнаете, — только и говорит некоманто-драконище, и вновь задает маршрут.

Благо идёт уже чуть медленнее, чтобы я поспевала.

Однако ведёт он не к склепу, куда не очень-то хотелось, не на тренировочные площадки, не в кабинеты, а… в оранжерею. Только вот входим мы вовсе не в стеклянные главные двери отдельно стоящего знания, а в какую-то тёмную мрачную каморку, пахнущую землёй и срезанной травой.

Оглядываюсь, пытаясь различить во мраке очертания, наступаю на что-то скользкое и будто бы живое. Взвизгиваю так, что перепонки Мора должны лопнуть. Он вместо того, чтобы закрыть свои драконьи сверхчувствительные уши, ловит меня, не давая упасть.

— Адептка Вилар, вы решили, что убиться проще, чем стать некромантом? — ещё и усмехается, хотя у меня от страха чуть сердце не вылетело.

Или оно теперь рвётся из груди вовсе не от страха, а потому что это гад не просто поймал меня, но ещё и наклонил, будто в танце, и нависает надо мной.

— И освободить вас от участи моего учителя? Не дождётесь, — вскидываю вверх подбородок, чтобы этот обольститель даже мысли не допускал, что может меня смутить.

Пусть играет с кем хочет, но не со мной.

Потому и упираюсь пальцами ему в грудь, смело сдерживая напор его взгляда… Хотя не очень-то смело. Пальчики на ногах подгибаются, но Мор-то этого не знает. И никогда не узнает, гад он этакий.

— Может, отпустите? — приходится сказать вслух, ибо дракон застыл, глядя мне в глаза.

— Ты правда все это затеяла только из-за магии? — прищуривается он, проигнорировав все мои слова.

В смысле? А из-за чего еще, по его мнению? Думает, я решила…?

— На что вы намекаете? Думаете, из-за вас? Поверьте, если бы у меня был хоть один вариант, я бы выбрала его, а не вас. А вы зачем согласись? — бью в ответку, ибо нечего переходить черту.

— Зачем я согласился? — переспрашивает он, а во взгляде мешается что-то такое, что путаюсь. Злость? Угроза? Упрёк?

Боги, почему мы всё ещё продолжаем разговор в объятиях?! Толкнуть его, что ли?! Того блондина отчитывал, а сам-то!

— Святы-ы-е небеса, — раздаётся где-то сбоку кряхтение, да такое, будто слова, как смолу растягивают, а в нас бьёт полоска света из приоткрывшейся двери.

Мор наконец-то приходит в себя, отпускает меня. Но вовсе не спешно, как стоило бы, а спокойно, будто так и надо, и ничего странного мы сейчас не делали. Переводит взгляд на старца, застывшего в дверях.

Коротенькая жиденькая бородка, светло-зелёная мантия, маленький рост. Не уверена, что видела этого пожилого… очень пожилого господина раньше.

Кто он, и зачем мы здесь?

— Добрый день, профессор Галус, — здоровается Мор, и ни толики смущения в его интонациях, хотя нас вроде как “застукал” представитель старших поколений.

— Это моя личная ученица, Линда Вилар, — сообщает Эргард, и глаза профессора, которые только что походили на две тонкие щёлочки, округляются в монеты.

Вот только происходит это не быстро, а очень медленно, будто время вокруг старца течёт иначе, в разы медленнее. И это касается не только мимики, но и движений.

— Личная ученица? — переспрашивает старец, растягивая слова невероятно долго, и смотрит так, будто Мор сказал что-то невообразимое.

— У неё проблемы с призывом и контролем природной магии. Нужна ваша помощь, чтобы она смогла постичь азы, — сообщает Мор.

Ах, вот значит как? Сказал, что я его ученица, а сам меня сбагривает дедушке, которому впору играть с правнуками, а не учить. Нет, я ничего не имею против старости, я её уважаю и потому считаю, что в таких годах нужно заботиться о себе, а не мучить адептов. А профессор Галус выглядит как раз мучителем, хотя бы потому, что он медлителен настолько, что мы до склепа дойдём не за десять минут, а за десять часов.

— Что ж, — подумав где-то минут пять, наконец-то, выдает дедушка. — Раз вы лично об этом просите, куратор Мор, я не смею отказать. Девочка, иди за мной…

Девочка. Отлично, значит, и имени у меня не будет?

— А это надолго? — оборачиваюсь к Мору, пока старец, медленно идет куда-то по оранжерее, залитой солнцем.

Говорить стараюсь тихо, чтобы дедушка не услышал и не обиделся. Я ведь не со зла. Я просто хочу учиться, и учиться мне нужно быстрее других, чтобы нагнать, но Мор, видимо, решил поиздеваться.