Хулиганка для ботаника 2

Глава 11

Иван сидел, опустив плечи, сжимая в руках плотный бумажный пакет, в который аккуратно, почти как реликвию, были сложены осколки его гитары. Он старался не смотреть внутрь — каждый раз, как только взгляд падал на неровные обломки дерева, на расщеплённый гриф и сломанную деку, в горле поднимался ком. Сдерживал слёзы — упрямо, как взрослый, которому нельзя проявлять слабость. Но руки всё равно слегка дрожали.

— У меня есть хорошие знакомые музыканты и мастера по ремонту струнных, — тихо, но уверенно сказала Алиса. — Они попробуют восстановить. Мы сделаем всё возможное. Эта гитара ещё зазвучит.

Иван кивнул, не в силах что-то ответить. Губы его едва шевельнулись, но слова так и не вышли.

— Я всё отвезу сам, — вмешался Валера, наклоняясь ближе. — И прослежу, чтобы каждый сантиметр был отреставрирован с любовью и аккуратностью. Всё будет хорошо, брат.

Они сидели в кафетерии Дома Культуры — за дальним столом, у окна. Позади — гулкие коридоры, неутихающие голоса. Здесь — почти тишина, словно их группа была в защитном коконе. На пластиковых подносах остывало кофе и простая еда, но никто к ней толком не прикасался.

Матвей вернулся к ним от окна, положив смартфон на стол и сев рядом с Алисой. Взгляд у него был стальной, но в голосе звучала удовлетворённость:

— Иск готов. Все материалы собраны. Адвокат уже работает — шоу, продюсерская компания, персонально Агапов... Всё. Они попали. История пойдёт в прессу, на каналы, и в Сеть. Очень скоро у них будет не шоу, а судебный марафон.

— Ты серьёзно? — прошептала Мила, глаза её округлились.

Матвей кивнул.

— Это должно иметь последствия. Если никто не наказывает тех, кто злоупотребляет властью, значит, они решают, что им можно всё. А теперь — нельзя.

Иван, наконец, поднял глаза. Он посмотрел на каждого — по очереди. Взгляд всё ещё был немного потерянный, как у человека, прошедшего через бурю, но в нём уже появилась опора. Надежда.

— Я... я не знаю, как вас поблагодарить, — сказал он наконец. Голос был хриплым, но твёрдым. — Вы для меня... как свет. Как...

Он умолк, подбирая слова, а потом просто добавил:

— Спасибо вам. От всего сердца. Вы не представляете, сколько это значит.

Мила улыбнулась — по-настоящему, тепло и с искренним светом в глазах. Она повернулась к Ивану и сказала:

— Знаешь, когда гитару восстановят, давай снимем ролик? Как ты снова играешь на ней, может, даже ту же балладу. Это будет мощный символ — что добро сильнее подлости. Пусть люди увидят.

Иван чуть наклонил голову, и на его лице, впервые за всё это время, появилась улыбка — усталая, но благодарная. Он кивнул:

— Давайте. Это будет правильно. Эта гитара…

Он посмотрел на лежащий перед ним пакет, проглотил ком.

— …Это был подарок от моего отца. Он уезжал в экспедицию — его последнюю. Из неё он не вернулся. Но перед самым отъездом он пришёл домой, достал чехол и сказал, что каждая песня — это связь. Мост. Между нами и теми, кого уже нет. Эта гитара — всё, что у меня осталось от него.

Наступила короткая тишина. Даже шум в кафетерии будто стих. Матвей кивнул, спокойно и уверенно:

— Значит, восстановим её в лучшем виде. Всё проконтролирую, я уже записал твой контакт. Если что-то понадобится — звони, не стесняйся. Мы не дадим им просто так это замять.

Иван чуть опустил голову, будто в знак уважения. А потом посмотрел прямо на Алису. Глаза его были мягкими, с влажным блеском, но в них уже не было боли — только благодарность:

— Ты… очень добрая девушка. Спасибо тебе.

Алиса чуть смутилась, отвела взгляд, но всё равно улыбнулась. Она хотела было что-то ответить, но Валера опередил её, хмыкнув:

— Добрая — это пока у неё под рукой нет арматуры. Поверь, если бы была — Агапов бы уже исполнял свой следующий эфир с гипсом на шее.

Все рассмеялись — легко, с облегчением, будто напряжение сдули сквозняком.

И в этот момент они снова ощутили, как важно быть вместе. Поддерживать. Не молчать, когда нужно говорить. И не стоять в стороне, когда можно что-то изменить.

Иван еще раз поблагодарил ребят, глядя на каждого по отдельности — с теплотой и благодарностью, которую не нужно было проговаривать. Потом, сжав напоследок пакет с осколками гитары к груди и передав его Валере, сел в подъехавшее такси и уехал. Машина скрылась за углом, оставив после себя мягкий шорох шин и легкую грусть.

Валера провел машину взглядом, вздохнул и лениво потянулся:

— Шоу всё-таки получилось. Но явно не то, которое планировали организаторы.

Матвей усмехнулся и собирался что-то ответить, как заметил, что Мила нахмурилась, уткнувшись в свой смартфон. Губы её были сжаты, взгляд сосредоточен, пальцы быстро листали ленту. Она вдруг подняла голову:

— Ну что, у меня есть две новости.

Матвей, откинувшись на спинку стула, лениво махнул рукой:

— Пофиг, с какой начнёшь. Всё равно ты всё расскажешь.

Мила кивнула, но сдержать лёгкой улыбки не смогла: