Хватит быть сильной, детка!

Глава 13

ТАРАС

Он пожалел о своем решении взять девчонку еще до того, как они выехали за МКАД. Коньячный кураж быстро выветривался, и на смену ему приходило чувство тотальной неловкости. Дело было не только в идиотском поцелуе. Сами обстоятельства – ночь, дорога в Брянск, юная девица на соседнем сиденье – заставляли Тараса чувствовать себя не в своей тарелке.

К тому же Дине к ночи, если судить по ее виду, стало хуже. Она сидела, нахохлившись, словно птаха на проводах в промозглую погоду, и время от времени пыталась натянуть свитер на голые коленки. Явно сражалась с ознобом. Надо было оставить ее дома. Купить продуктов и запереть в квартире до своего возвращения, тогда точно бы поправилась.

Единственный в машине, кого ничего не мучило – ни совесть, ни простуда – был Мужик. Он преспокойно дрых, лежа кверху пузом на заднем сиденье. Словно всю жизнь только и делал, что путешествовал в автомобиле. Странно, Тарас ни разу не слышал, чтобы родители Милы увлекались дальними поездками. Если уж и совершали генеральный бросок за границу или в отдаленные места нашей Родины, то предпочитали самолет.

- Странно все это, – Дина как будто подслушала размышления Тараса. Он на сто процентов был уверен, что она заговорит про Мужика, но как оказалось, девчонка думала совсем о другом, - Не логичная месть получается.

- Поясни.

- Если кто-то тебя и Геннадия проучить из-за смерти той девушки, то почему задумал сорвать запуск лекарства от гепатита С?

- Потому что это наше с Генкой дело жизни. Нанес удар по самому чувствительному месту. Такое объяснение не катит?

- Не особо, - девчонка сидела, подперев голову рукой, и внимательно смотрела на дорогу. Словно это она, а не Тарас, вела машину по ночному шоссе, - Ангелина ведь умерла от болезни, которую должно победить ваше лекарство. Правильно? Мешать его распространению - это... ну не знаю, все равно, что действовать заодно со своим злейшим врагом. Вместе с ним, а не против него. Понимаешь?

Тарас задумался. Да, он понимал. Логика в рассуждениях Дины определенно была. Вопрос, разделял ли ее преступник. Даже чисто гипотетически.

- Хммм... Он может считать, что таким образом лишает меня возможности искупления, - пожал плечами Тарас.

- Как-то это слишком сложно. Я могу ошибаться, но, по-моему, любой мститель стремиться, чтобы наказание было симметричным преступлению. Если у него погиб близкий человек, то он постарается уничтожить либо кого-то из твоих близких, либо тебя самого.

- Например, отметелить в темном переулке?

- Да, но... - Дина резко замолчала и уставилась на Тараса. - Было еще что-то? На тебя напали? Или на Геннадия?

Тарасу оставалось только поапплодировать проницательности девчонки. Пришлось рассказать ей про стычку на стоянке возле дома. Чтобы не быть уличенным в бахвальстве, мол, в одиночку отбивался от двух бандитов, он посвятил историю по большей части подвигу консъержки.

- Представляешь, вылетает из подъезда и давай этих чудаков дубасить своей тростью! Шбан одного, шбан другого. Не женщина, а шаулиньский монах!

Дина засмеялась низким, слегка надтреснутым из-за болезни смехом. Он казался слишком большим, чтобы умещаться в теле тщедушной девчонки. Словно в Дине обитал еще кто-то, гораздо более взрослый, чем девятнадцатилетняя студентка. Возможно даже взрослее Тараса.

- Слушай, но это же совсем чепуха выходит, - сказала она, отсмеявшись. - Диверсия с лекарством, отравление вином, огнестрел, записки с намеками на историю из студенческого прошлого, теперь еще ночное нападение - не складывается это все в одну картину. Будто бы...

- Будто бы действуют разные преступники, - неожиданно для себя сделал вывод Тарас.

- А еще будто бы местью прикрывают наезд на твой бизнес, - добавила Дина задумчиво и тут же одернула саму себя, - Но кто-то же хранил столько лет и билетик в кино, и игровые купоны. То есть не могут все эти послания быть простой игрой для отвода глаз!

- Может, не хранил, а распечатал на старой бумаге? Сложно ли?

- Сделать, нет, а вот додуматься... Один расклад, когда у тебя эти билетики хранятся. Взгляд упал - решил добавить к записке. Другой, если все это из головы рисовать! Да и потом, чтобы такое устроить, нужно либо самому поучаствовать в той вечеринке, либо быть кем-то очень близким этой Ангелине. Настолько, чтобы она все случившееся подробно пересказала, да еще свои сокровища - билетики эти - продемонстрировала.

Дина говорила быстро, уверенно. Будто бы уже провела с десяток успешных расследований. Ну, или столько раз воображала себя опытной сыщицей, что теперь ничуть не сомневалась в своих талантах. Надо же, Нэнси Дрю из Кинешмы, усмехнулся про себя Тарас. Комиссар Мегрэ с голыми коленками.

- Хм... А ведь круг подозреваемых выходит совсем небольшим, - заметил он, усилием воли заставив себя не думать о голых коленках, - Все, кто были на дне рождения, плюс пара каких-нибудь лучших подруг-друзей. Ну, или родственников. Сестра, мама - с кем еще можно таким поделиться?

- Да мало ли с кем. С соседкой, например, - девчонка уткнулась в телефон, на экране которого мелькали фотографии погибшей Ангелины Мазур. Дина прокручивала ленту мемориальной группы, очевидно, в попытке обнаружить там следы присутствия того самого близкого человека, поверенного девичьих тайн.

Тарас вдруг заметил, что под глазами девчонки залегли темные полукружья, лицо заострилось, в движениях появилась нервозность. Нэнси Дрю явно пора было на боковую. Он сбросил скорость, плавно подрулил к обочине, остановился.

- Марш спать, - сказал грозно, чтобы Дина не вздумала протестовать, - Давай к Мужику перебирайся. Подушка и одеяло за сиденьем. Спокойной ночи.

- А ты?

- А я пока подумаю. Есть о чем, - ответил Тарас, трогаясь с места.

ДИНА

Круто проснуться с напрочь севшим голосом. Так, чтобы открыть рот в попытке поздороваться с ожидающим прогулки Мужиком и услышать только сипение. Поправочка: совсем не круто. Дина медленно села на кровати и с трудом сглотнула слюну. Горло не просто болело - оно еще и отекло. Настолько, что каждый вдох требовал небольших, но усилий. Нёбный язычок, судя по всему, тоже опух, из-за чего казалось, будто во рту болтается кусок непроглоченной пищи.