Хвост трубой. Как отшить принца за семь приливов

Глава 1. Проснулась и чешуя в коленках

Первое, что я почувствовала, это невыносимое желание выключить будильник. Моя рука привычно, на автопилоте, дернулась вправо, к тумбочке, где должен был лежать верный смартфон с его дребезжащим рингтоном. Но вместо гладкого пластика пальцы встретили что-то холодное, склизкое и, о ужас, шевелящееся.

- Какого… - попыталась сказать я, но вместо возмущенного возгласа из моего рта вылетел огромный, переливающийся пузырь воздуха.

Глаза распахнулись сами собой. Над головой вместо привычного белого натяжного потолка со следами прошлого залития от соседей сверху колыхалась бездонная, пугающая и одновременно завораживающая толща бирюзовой воды. Прямо перед моим носом, едва не задевая ресницы, проплывала стайка мелких неоновых рыбок. Они замерли на секунду, уставились на меня своими глазами-бусинками с явным осуждением и синхронно вильнули хвостами, исчезая в зарослях чего-то розового и пушистого.

- Я умерла? - была первая связная мысль. - И это ад? Но почему в аду так мокро и пахнет йодом?

Я попыталась сесть в кровати, но тело отказалось подчиняться законам земной гравитации. Вместо того, чтобы опереться на локти и поднять торс, я почувствовала мощный, непроизвольный рывок где-то в районе поясницы. Это движение было настолько сильным, что меня буквально подбросило к потолку, который при ближайшем рассмотрении оказался сводом гигантской, инкрустированной изумрудами раковины.

- Ой! - очередной пузырь вылетел изо рта, ударившись о перламутровый свод.

Я глянула вниз и… кажется, в этот момент я была готова умереть второй раз, уже окончательно. Там, где еще вчера заканчивались мои любимые пижамные шорты в горошек и начинались вполне обычные ноги 38-го размера, теперь красовалось нечто монументальное. Длинный, мощный, переливающийся всеми оттенками изумруда, малахита и золота хвост. Он лениво извивался в толще воды, задевая края кровати, устланной мягким синим мхом и какими-то светящимися нитями, заменявшими постельное белье.

- Чешуя в коленках… - пронеслось в голове холодным осознанием. - То есть, там, где раньше были коленки. У меня теперь один сплошной плавник. Я селедка. Я огромная, дорогая, судя по золотистому отливу и качеству чешуи, королевская консервированная селедка!

Паника накрыла мгновенно, как цунами. И тут сработал инстинкт человека, внезапно оказавшегося на глубине. Я мертвой хваткой зажала рот руками и изо всех сил постаралась не дышать. В легких начало жечь. Сердце, или то, что теперь билось в моей груди, застучало с удвоенной силой, отдаваясь в ушах глухими ударами. Перед глазами поплыли темные пятна. Мозг настойчиво, на грани ультразвука, кричал.

«Дура, мы тонем! Мы в бассейне! Или в океане! Выныривай, пока не поздно!»

Я начала лихорадочно бить хвостом, пытаясь плыть вверх, к яркому свету, который пробивался откуда-то сверху через толщу воды. Но хвост, это вам не ноги в ластах. Это мощный двигатель, с которым я совершенно не умела обращаться. При каждом судорожном движении меня заносило то влево, то вправо. Я с грохотом врезалась в коралловые комоды, сбивала изящные вазы из застывшей лавы, в которых томились морские анемоны. И в конце концов окончательно запуталась в тяжелых шторах из натурального жемчуга.

«Все, - подумала я, когда грудная клетка уже была готова взорваться от давления. - Вот так и закончится моя блестящая карьера. Утону в теле сказочной принцессы, так и не узнав, как, черт возьми, работают эти жабры».

Отчаяние и нехватка кислорода заставили меня сделать то, что делать категорически нельзя было по меркам человека - судорожный вдох. Я зажмурилась, приготовившись к тому, что ледяная вода хлынет в легкие, к удушью, боли и темноте…

Но вместо этого я почувствовала дивную, неземную прохладу. Вода прошла не в горло, а куда-то за уши, там, под копной тяжелых волос, теперь прятались узкие, пульсирующие щели. Я ощутила такой мощный прилив кислорода, какого не давал ни один сосновый бор после дождя.

- Я дышу? - и осторожно потрогала шею пальцами. Кожа там была нежной, но при каждом вдохе жаберные щели приоткрывались, фильтруя воду. - Я дышу водой. Обалдеть. Это… это даже удобно. Никакой одышки.

Я замерла, зависнув в позе эмбриона посреди огромной залы. Постепенно зрение адаптировалось к освещению, и я смогла рассмотреть свое новое жилище. Это была не просто комната, это был триумф подводного барокко. Стены были выложены из цельных пластов перламутра, которые переливались радугой при каждом движении воды. Окна, огромные овальные проемы, не имели стекол, и через них в комнату заглядывали любопытные морские коньки. Вместо ламп везде были расставлены глубокие чаши с фосфоресцирующими медузами, которые давали мягкий, успокаивающий свет.

Я подплыла (если это барахтанье можно так назвать) к зеркалу. Точнее, к огромному листу полированного серебра в рамке из черных кораллов.

Из зеркальной поверхности на меня смотрела девушка невероятной, почти пугающей красоты. Огненно-рыжие волосы, которые под водой жили собственной жизнью, извиваясь как маленькие змейки. Кожа бледная, почти прозрачная, но на скулах и плечах проступал легкий узор из мелких золотистых чешуек, похожих на веснушки. И огромные глаза, цвета штормовой волны, с вертикальным зрачком, который то сужался, то расширялся.

- Ариэльда, - прошептала я, пробуя имя на вкус. Голос звучал странно, он был более низким, вибрирующим, словно песня кита, доносящаяся издалека. - Значит, теперь я принцесса Ариэльда. И где мои семь гномов? А, нет, это из другой оперы. Где мой Флаундер?

Мои размышления о флоре и фауне прервал резкий звук. В комнату, грациозно поводя мощным серым хвостом, вплыла женщина. Ее верхняя часть напоминала типичного завуча из моей старой школы: строгое лицо, поджатые губы, высокая прическа из волос, которые казались склеенными каким-то подводным лаком. Но ниже талии она заканчивалась длинным, жестким хвостом, подозрительно напоминающим акулий.

- Принцесса Ариэльда! Опять вы за свое! - голос женщины вибрировал от негодования. - Сколько раз я говорила: практика задержки дыхания, это удел сухопутных варваров или тех несчастных, кто решил покончить с собой самым неэстетичным способом! Это вредно для цвета чешуи и вызывает преждевременные морщины на жабрах!