Хвост трубой. Как отшить принца за семь приливов

Глава 2. Завтрак с трезубцем

Путь из спальни в обеденный зал оказался для меня чем-то вроде полосы препятствий на выживание. Моя новая физиология упорно отказывалась дружить с моим старым человеческим мозгом. В голове я все еще была Катей из обычного мира, которая привыкла ходить по твердому асфальту, опираясь на пятки, а здесь... здесь я была длинным куском мышц с чешуей, который болтался в толще воды, как неприкаянный поплавок.

- Принцесса, выше хвост! Вы задеваете коралловые наросты, это вульгарно! - Себастина летела впереди меня, работая своим серым акульим хвостом с грацией военного крейсера.

Я старалась не отвечать, потому что при попытке заговорить на ходу я тут же теряла координацию и начинала крутиться вокруг своей оси, выпуская тучу пузырей. Оказалось, что подводная навигация, это адский труд. Нужно было постоянно балансировать грудными плавниками (которые у меня теперь были вместо ключиц) и вовремя давать импульс хвостом. Стоило мне слишком сильно вильнуть вправо, как инерция несла меня прямиком в стену, инкрустированную острыми, как бритва, ракушками.

Мы проплывали через анфиладу огромных залов. Архитектура подводного королевства поражала воображение, но сейчас она меня скорее пугала. Здесь не было окон в привычном понимании. Просто огромные овальные проемы, через которые в замок заглядывали любопытные морские обитатели.

Стены были живыми: в порах перламутрового камня обитали колонии микроскопических полипов, которые пульсировали мягким сиреневым светом в такт какому-то невидимому течению. Гул океана здесь превращался в низкую, вибрирующую мелодию, от которой чесались жабры.

Наконец, мы замерли перед двумя гигантскими створками из отполированной китовой кости. У дверей стояли стражники, суровые ребята с хвостами тунцов и длинными пиками из заточенных челюстей рыбы-пилы. Увидев меня, они синхронно приложили кулаки к груди, издав резкий щелкающий звук жабрами.

- Соберитесь, Ариэльда, - Себастина подплыла ко мне вплотную и больно дернула за прядь волос, поправляя прическу. - Улыбайтесь так, будто вы счастливы, а не так, словно проглотили несвежую устрицу. И, ради всех богов бездны, не смейте спорить с отцом! Сегодня он на взводе.

Двери медленно, с тяжелым скрипом разошлись. Огромный обеденный зал был залит ярким, почти ослепительным светом. Прямо над куполом из прозрачного океанического кристалла плавал косяк светящихся анчоусов, создавая эффект живой люстры. В центре зала стоял монументальный стол из окаменевшего черного дерева, за которым восседал он. Король Тритониус. Мой новый папочка.

Если я представляла его как милого дедушку из мультика, то я жестоко ошиблась. Передо мной сидела глыба. Его торс был покрыт шрамами от сражений с морскими чудовищами, а плечи были такой ширины, что на каждом мог бы припарковаться небольшой скутер. Седая борода колыхалась в воде, словно густое облако пены, а в правой руке он сжимал массивный золотой трезубец. Трезубец не просто блестел, между его зубьями периодически проскакивали настоящие электрические разряды, от которых вода вокруг короля едва заметно закипала мелкими пузырьками.

- Ариэльда! - его голос ударил по моим ушам, как звук упавшего шкафа. - Ты опоздала на триста взмахов плавника кита! Твой отец стареет, ожидая, пока его единственная наследница соизволит явиться на утреннюю трапезу. Ты что, опять застряла у зеркала, пытаясь уговорить свои волосы не быть такими рыжими?

Я неловко затормозила, совершив в воде кувырок, прежде чем мне удалось замереть в вертикальном положении.

- Прости... папа. У меня были некоторые... технические неполадки с телом. Оно меня не слушается.

Тритониус прищурил свои желтые, как у хищной рыбы, глаза.

- Технические неполадки? Ты плаваешь так, будто тебя только что контузило падением с утеса. Ладно, садись. Еда остывает.

Я осторожно опустилась в углубление в мягком рифе, которое служило стулом. Передо мной на столе стояла глубокая тарелка из створки гигантской тридакны. На ней лежало нечто, подозрительно напоминающее полупрозрачное, вибрирующее желе, усеянное мелкими черными точками.

- Что это? - шепотом спросила я у Себастины, которая зависла у меня за плечом.

- Планктонная каша с икрой летучей рыбы, - так же тихо ответила она. - Ешьте и не задавайте вопросов.

Я взяла ложку из полированной ракушки и осторожно ткнула в кашу. Она ответила мне бодрым колыханием. Есть это не хотелось совершенно, но желудок, который теперь тоже был русалочьим, предательски заурчал. На вкус субстанция оказалась на удивление приятной, что-то среднее между соленым огурцом и очень дорогим сливочным кремом.

- Приятного аппетита, - Тритониус, не церемонясь, вонзил свой трезубец прямо в центр огромного блюда, на котором лежали плоские, как блины, рыбины. Раздался треск электричества. По залу пронесся запах жареного. Рыбы моментально приготовились прямо в воде под воздействием разряда.

- Это... это очень эффектно, - заметила я, стараясь не смотреть на то, как король поглощает завтрак с аппетитом белой акулы.

- Эффектность, это для дипломатов, - буркнул Тритониус, вытирая бороду огромным куском морской губки. - А для короля важна эффективность. Слушай меня внимательно, Ариэльда. Сегодня к полудню сюда прибудет принц Кайл из Северных Течений. Его кортеж уже миновал Великий Разлом.

Я чуть не выронила ложку.

- Кайл? Это тот самый, про которого Себастина твердит все утро?

- Тот самый, - кивнул отец, и его трезубец снова заискрил, словно подчеркивая важность момента. - Кайл наследник огромных территорий. Его народ суров, они живут среди льдов и охотятся на левиафанов. Наш союз с ними, это не просто каприз. Это стратегическая необходимость. Если мы объединим наши течения, акулы-изгои больше не посмеют заплывать на наши пастбища.

Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна протеста. Та самая, которая в моей прошлой жизни заставляла меня увольняться из перспективных компаний, если начальник начинал хамить.