Я, Беляш и Вво-вва

Глава 6

– Беляш, тихо! – грожу пальцем псу. – Не высовывайся.

Настроен мой пес слишком агрессивно, не дай бог еще выскочит и оттяпает моему бывшему что–нибудь важное, отчитывайся потом перед его женой, что не виноватая я, он сам пришел.

Открываю дверь неполностью. Буквально на щелочку сантиметров в десять.

Хватает пары секунд, чтобы одним глазом оценить внешний вид Леши.

Небритый. Куртка расстегнута, под ней мятая рубашка. Да и брюки без стрелочек, что вообще на него не похоже. Алексей всегда был педантом в одежде, не дай бог ему складку какую не прогладишь, сразу скандал и обиды. Ботинки давно не чищенные. И вообще похудел, щеки впали и глаза провалились.

– Здравствуй, Дашка, – лыбится во весь рот.

Искренне так. Будто рад видеть.

Словно не было между нами разрыва. И как будто не женился он этим летом на сушеной вобле.

– Горелов? А ты что здесь делаешь?

– Соскучился. Веришь?

Врет как дышит. Даже глазом не моргнул.

– Нет, конечно. Адьёс, – хочу закрыть дверь, но Горелов не дает. Вовремя сует носок ботинка в щель.

– Даша, подожди. Давай поговорим. Вот, это тебе.

Сунул мне задрипанную розочку. Красную. На коротком стебле и с жухлым листком. Наверное, по уценке взял.

Сзади тихо–тихо рычит Беляш. Ладошкой показываю ему, чтобы вел себя спокойно.

– Говори, только быстро.

Смотрю на эту розочку брезгливо. Не трогаю. Леша ее отпускает, и она падает на пол с его стороны. Поднимает и впихивает несчастный цветок в металлический обналичник.

– Пожалуйста, покороче, Алексей. Я занята, – проследив за его манипуляциями, снова смотрю ему в бесстыжие глаза.

– Впустишь? – дергает он бровью вверх.

– Нет. Так что тебе надо?

Я груба. Потому что злюсь. В первую очередь на себя. За то, что когда–то была влюблена в это вот мужикоподобное тело. И что как ненормальная страдала, когда узнала о его любовнице. Что наедала свои килограммы, когда он женился. Утопала в слезах по ночам, обнимая подушку с его запахом, красочно представляя, как он лобызает свою жену в этот момент на брачном ложе…

Дура я.

Была.

А теперь поумнела.

– Говорю же, соскучился. Повидаться захотел.

– Повидался?

– Может, чаем угостишь? – играет бровями. При этом скалится, сволочь, красиво. Вот я на эту его обворожительную улыбку когда–то и подсела. А сейчас подташнивает. И не от гречки.

– Чаем угости, супа налей, потом еще ночевать оставь?

– А так можно, да?

– Нет!

– Р–р… – сзади.

– Ты собаку завела? Не ожидал от тебя.

– Это не я завела. Муж, – выпаливаю, не подумав.

– Муж? Не смеши меня, Вяткина, – усмехается. – Кто тебя замуж возьмет? Или нашла такого же жирдяя, как ты?

Обида вспыхнула мгновенно. Ядовитой кислотой разъела грудь до огромной дыры. Видел он меня толстой, значит. Даже не подошел. Не спросил, как я выжила после расставания. Посмеялся, наверное, перекрестился, что избавился от жирной сожительницы, которая недостойна такого «перспективного и замечательного мужчины». Непонятно только, зачем этот перспективный сейчас пришел.

– Пшел вон! – дергаю на себя дверь.

– Стой, стой, Даш, прости, ляпнул сдуру, – опять не дал закрыть.

Дернул со всей дури на себя. Дверь распахнулась под его напором.

Предстаю перед Гореловым в полный рост. В черных спортивных лосинах и обтягивающей майке ядовито–желтого цвета. Моей любимой.

– Ух ты… – тянет восхищенно, осматривая меня с головы до ног. – Какая ты стала… Бомба!

Я уже говорила, что похудела, да? Это все гречка и пробежка по утрам с Беляшом. Они сотворили со мной чудо. Живот подтянулся, ляшки стали уже, грудь выше. И щеки! Щеки мои сдулись! Теперь при беге подпрыгивают только упругие верхние девяносто.

– Слушай… я потрясен… Ты же… ты же ходячий секс, Дашка! Уф, – трет шею, не сводя глаз с моей груди. А декольте у маечки – закачаешься. Не зря она у меня самая любимая. – Вот это да–а…

О да, как Леша потрясен, я вижу. Слюнями уже весь коврик возле двери замочил.

– Ты что, липосакцию сделала?

– Нет, Леша, – как мне нравится произведенный на него эффект, прям хочется еще его добить. – Просто удачно вышла замуж. Муж качественно исполняет супружеский долг. Отличный секс вместо спорта. Всем рекомендую. А ты? Судя по твоему виду, этого не скажешь.

– Ну, про мужа ты гонишь, – все еще не сдается Горелов. – Познакомишь?

– Увы, не могу.

На лице бывшего ярко отразилось: «я так и знал, что ты врешь».

– Володя в командировке. И потом, знакомить настоящего с… – демонстративно окидываю Горелова оценивающим взглядом, – с посредственным бывшим я не собираюсь.

– Володя, значит, – скептически хмыкает. – Так может, пока его нет, мы того–этого? По старой дружбе? Вместо спорта?

Тьфу ты. Чмо озабоченное.

– Алексей Викторович, – задираю нос. – Ваш размер меня и раньше не особо впечатлял, а теперь, когда есть с чем сравнить… К тому же, в отличие от вас, я верна своей половине. Люблю мужа.

– А если я сам возьму? – хищно оскаливается, пропуская мимо ушей мои слова про размер.

– А если вы только попробуете прикоснуться ко мне, я позову охрану. Беляш.

– Аф! – пес появляется тут же у моих ног. Встает в стойку.

Держу его за холку, чтобы не кинулся. А он может. Вон как мелко дрожит от нетерпения.

– Твою мать! – отшатывается Горелов с ужасом на лице. – Предупреждать же надо, Вяткина! Я думал, щенок у тебя…

– В каком месте тебе было непонятно, что тебя больше нет в моей жизни, Алексей? Шуруй к своей Вероничке и бери от нее что хочешь и сколько хочешь.

– Мы с ней того… расстались.

О как. Не знала. Давно перестала следить за этой парочкой.

– Твои проблемы, Алексей. Советую тебе уйти, пока мой пес не сорвался и не оторвал самое драгоценное. Вдруг кому еще пригодится.

– Аф! – Беляш дернулся. Пришлось крепче обнять его за шею, чтобы сдержать.