Я беременна от вашего мужа

4

Она с таким возмущением посмотрела куда-то за окно, будто именно под ним стоял Евдокимов, ждущий нашего приговора. Эта бурная реакция стала елеем для моей израненной предыдущими событиями души.

- Он тоже ведь выплачивал ипотеку… даже больше, чем я… - начала тихо, на что Сашка отреагировала так, что я даже не узнала собственную племянницу.

- Тётя Лиза, ты что? Твоя интеллигентность и желание подумать о других сыграет с тобой злую шутку! - возмутилась она так искренне, что я мгновенно прониклась этими словами. - Пока никаких действий не предпринимай. Нам нужен адвокат… а Лёня? Он знает? - задала она те вопросы, которых я старалась избегать даже мысленно.

Если сын, не дай бог, в курсе, я просто лягу и умру.

- Я ему пока ничего не говорила. Он до позднего вечера занят. Но скажу…

Скажу и буду очень сильно надеяться на то, что Леонид о второй семье Вадима ни сном, ни духом. Иначе это будет моя окончательная смерть.

- Хорошо. Блин… Братюня, конечно, будет в шоке, - покачала головой Саша.

Она начала копаться в своём мобильнике и диктовать мне номера телефонов. Я послушно записывала их, и в итоге обзавелась аж тремя адвокатами, с которыми собиралась связаться уже завтра утром.

- Не волновайся, тёть Лиза… Всё будет хорошо! - обняла меня племяшка перед тем, как я покинула её офис. - И я пока пораскину мозгами, что нам нужно будет сделать перед тем как империя нанесёт ответный удар, - снова невесело хихикнула она, прижимая к своему плечу мою голову. - Одно знаю точно - мы непременно скатаемся в ту самую церковь! Ты ведь запомнила, где она находится?

В этот момент я почувствовала себя особенно хрупкой и уязвимой. Но позволила себе побыть слабой лишь несколько мгновений.

- Запомнила, - кивнула в ответ, а перед глазами, словно выжженные на сетчатке, появились слова, написанные на том чёртовом свидетельстве. - До встречи, Сашуль. И спасибо.

Я покинула офис Сашки, но прежде, чем ехать домой, какое-то время просто побродила бесцельно по улицам. Вадик уже вернулся домой, он звонил мне и оставлял сообщения в мессенджерах, но я лишь ответила мужу, что мне пришлось срочно уехать по делам.

А потом я решилась и написала Глафире. Потому что было одно обстоятельство, которое теперь не давало мне покоя. Однажды я нашла женскую простенькую заколку у нас на кухне. Нашла в тот момент, когда мы с сыном вернулись из недельного путешествия к морю, в которое отправились без Вадима.

Тогда у Лёньки только-только появилась первая девушка и я справедливо решила, что именно она и обронила этот аксессуар, когда он приводил её к нам домой. Но сейчас всё казалось совершенно другим…

«Глафира, подскажите, а как вы узнали адрес, где мы живём?» - написала я второй жене своего мужа.

Отправила мгновенно, зная, что могу передумать. Ответ пришёл с точно такой же скоростью, будто Глаша только и делала в этот вечер, что ждала моего сообщения.

«Так мы с Варюшкой жили у вас несколько дней, пока вы на морях косточки грели. Варюше надо было к врачам, Вадик нас и поселил в вашей квартире».

Я прочла это и покачнулась. Какой ужас… какой кошмар наяву…

Опустившись на первую попавшуюся лавку, я задала себе самый главный насущный вопрос: «Сможешь ли ты, Лиза, какое-то время просто молчать и делать всё, чтобы в итоге припереть мужа к стенке, да так, чтобы он уже не отвертелся?»

Ответ был однозначным. Смогу, но на это мне понадобится такой запас душевных сил и нервов, что останется лишь молиться, чтобы всё закончилось как можно скорее.

«Лизонька! Вы не думайте, мы всё потом за собой убрали! А квартира у вас хорошая, уютная очень».

«Вы ещё не говорили с Вадиком?»

Она строчила мне сообщения как из пулемёта, и мне приходилось обращаться к своему железобетонному терпению, которое таяло, словно глыба льда под палящим солнцем. Ещё немного - и останется вместо него лишь жидкая лужица.

«Пока нет. Я думаю, что мы это сделаем всё же с вами вместе. Но приезжать не нужно! Я напишу вам, когда буду свободна».

«Спасибо. Спасибо вам!»

Отбросив желание удалить все эти сообщения и заблокировать абонента «Глафира», я поднялась со скамейки и поплелась домой. Впервые за мою жизнь мне так отчаянно не хотелось туда возвращаться.

Когда зашла в прихожую, оказалось, что Вадим принимает душ. Мелькнула дурацкая мысль - один ли он там? А что? Если он отстранился от Глаши, то вполне мог обратить своё внимание на какую-нибудь молоденькую дамочку. Она ещё и детей ему способна родить, и скрасить его зрелые годы.

Но эта мысль показалась мне нежизнеспособной. В последнее время у нас с мужем был своего рода сотый медовый месяц. Когда супружеский долг исполнялся по пять раз на неделю, да и назвать его именно словом «долг» язык не поворачивался.

А ещё мне на память сейчас пришла мысль. Евдокимов недавно обронил фразу про то, что нам бы сейчас ещё малыша. Тогда я внимания на неё не обратила - глупость какая-то. А сейчас мозг за эти слова уцепился и начал их обдумывать.

Вадим говорил мне эти вещи, когда у него вот-вот должен был появиться ребёнок от Глаши. Говорил, зная две вещи: другая женщина вот-вот родит ему сына. И я не могла зачать как бы мы ни старались…

- О! Лизонька, а я уже чуть в федеральный розыск не подал, - проговорил Вадим, войдя в нашу спальню, где я опустилась на край постели и сидела, уставившись в пол.

Подняв на него глаза, я натянула на лицо улыбку.

- У меня были дела, - ответила уклончиво, встав и начиная переодеваться.

- И что это за дела поздно вечером, да ещё и без мужа? - промурлыкал Евдокимов, подойдя сзади.

Он обнял меня руками, притянул к влажному после банных процедур телу.

- Просто деловая встреча. Новый клиент хочет, чтобы я придумала жалюзи на очень нестандартное окно, - отовралась я первым, что пришло в голову.

Скинув с себя руки мужа, повернулась к нему и продолжила лгать:

- Извини, пожалуйста. Он вынес мне весь мозг. Зато, может, подсмотрю у него пару идеек для того, чтобы внести последние штрихи в Лёнькин дом.