Я больше не твоя муза

Глава 15

Викки открыла глаза. Теплая ладонь Роба лежала у нее на животе, а сам он монотонно сопел ей в затылок. Она осторожно повернула голову, пытаясь сообразить, который сейчас час, и чуть не вскрикнула, когда обнаружила на часах начало девятого.

– Робби! Милый, мы проспали! – Викки сдернула одеяло и убрала с себя руку мужа.

Роберт завозился, нащупал рукой потерянный край одеяла, простонал и отвернулся.

– Роберт! – Викки принялась его трясти. – Твой рабочий день начнется через пятнадцать минут!

– Милая, отстань… – протянул он сонно, но потом резко открыл глаза и сел. – Я проспал?

– А я тебе о чем говорю?

– У меня встреча с важными клиентами назначена на утро! – Роберт спрыгнул с кровати и помчался в ванную, а Викки накинула халат и побежала на кухню, завязывая пояс на ходу.

Она нашла термокружку, включила кофе-машину и решила приготовить для мужа сэндвич, который он сможет съесть по дороге. Роберт никогда прежде не опаздывал. Но все случается в первый раз.

Когда он спустился, застегивая пуговицы на рубашке, Викки уже стояла у входа с бумажным пакетом в руках.

– Перекуси в машине, – она сунула ему завтрак, но Роберт отмахнулся.

– Мне совершенно некогда. И ты знаешь, как работает закон подлости – я обязательно обольюсь. Пока, милая.

Он поцеловал ее в щеку и выскочил из дома. Через минуту его машина с ревом сорвалась с места и исчезла за поворотом.

Викки выдохнула – она ненавидела суету. Вытащила кофе и бутерброд, села за стол и спокойно поела. Теперь, когда они с Робертом вроде как все выяснили, ей показалось, что жизнь вернулась в привычное русло.

Она уже не помнила ссору, и даже простила свекрови подлость, которую та намеренно устроила – бурное примирение сгладило все углы.

Теперь пора снова подумать о доме. Викки взяла с подоконника блокнот и принялась за самое приятное занятие – составлять список дел на день. И первым под раздачу попал газон – Роберт так и не нашел время его постричь.

Викки сменила халат на удобный брючный трикотажный костюм и пошла в гараж. Старинная газонокосилка весила чуть ли не больше самой Викки, но она научилась с ней справляться. Пока она боролась с отросшей травой, из дома напротив выползла миссис Спок и с интересом наблюдала, как ее соседка приводит в порядок двор. Викки помахала ей и вспомнила, о чем они говорили в последний раз. Наверняка старушка не упустит возможность упрекнуть ее в том, что она взвалила на себя мужскую работу.

Когда Викки убрала технику и вышла из гаража, Аманда Спок уже стояла на ее крыльце, сложив руки на груди.

– Не смотрите на меня так осуждающе, – сказала Викки вместо приветствия и улыбнулась. – Чай?

– Не откажусь, дорогая, у меня как раз закончился мой любимый, придется ехать в магазин.

Миссис Спок уселась в плетеное кресло и положила короткие худые ручки на подлокотники. Викки принесла из дома поднос с двумя полными чашками чая и корзинку с печеньем.

– Как дела у Роберта с книгой? – Миссис Спок откусила кусочек печенья и положила его на край блюдца.

– Все очень хорошо! Тираж уже поступил в книжные магазины и вполне неплохо продается. Мы надеемся на успех.

– Как хорошо ты сказала Виктория – мы. Это значит, что ты приняла творческий успех своего мужа.

– А как же иначе? – Викки вдруг почувствовала странную тревогу.

А действительно ли она приняла его успех? Она не хотела допускать даже мысли о том, что это может быть не так. В противном случае, она перестала бы считать себя хорошей женой. А это недопустимо.

– По-всякому бывает, – Аманда прищурилась, отчего до самых висков расползлась сетка глубоких морщин. – Хочешь, я расскажу тебе историю моего брата? Это было очень давно, его уже нет в живых, но я до сих пор порой вспоминаю это, как важный жизненный урок.

– Расскажите, – попросила Викки. Она готова была говорить о ком угодно, лишь бы не о себе и Роберте.

– Его звали Алан, а его жену – Ида, она была русской, иммигрировавшей в Америку еще в юности. Уж не знаю, как моему Алану удалось ее заполучить, потому что Ида была необыкновенной женщиной – красивой, талантливой, амбициозной и эксцентричной. Она готова была бунтовать против целого мира, ей все было важно. Может, Алан и привлек ее своим спокойствием и противоположностью? Ида пела. Пела так, будто голосом своим касалась души. Но Алан хотел, чтобы она принадлежала только ему. Первая беременность, вторая, третья… Он сделал все, чтобы у нее не осталось времени на всякие глупости. Только для Иды эти «глупости» и были самой жизнью. И она начала петь на сцене. Не буду говорить, как ее встретили зрители. Скажу только, что это была феерия! Я до сих пор помню ее в длинном платье и с микрофоном в руках в свете софитов. Ида была неземная, а Алан – очень приземленный. Когда к ней пришел успех, он заболел, очень тяжело и надолго. Он готов был умереть, лишь бы вернуть ее себе, отнять у других.

– Он так сильно ее любил? – Викки растерла плечи, которые успели покрыться мурашками.

– А любовь ли это? – миссис Спок усмехнулась, уставилась перед собой и на несколько секунд застыла.