Я буду любить тебя всю зиму, посыпанную вечностью

Глава 4

- Вот мы и приехали! - говорит Том с широкой улыбкой. Всю дорогу мы болтали о том, как кардинально переменились наши жизни с последней встречи, когда он приезжал к Джуд на День благодарения два года назад.

Выйдя из такси, за которое с боем рассчитался Том, я, недовольная своим поражением в финансовой схватке, иду к двери. Том и его семья живут в пентхаусе на Черч-Стрит. Это огромное стеклянное здание, выполненное в стиле постмодерна. Каждый этаж то выпирает вперёд, то наоборот вжимается в центр, создавая впечатление полной хаотичности и беспорядка. Мраморные стены и панорамные стеклянные двери заставляют на секунду задуматься: точно ли я нахожусь наяву? Том помогает мне с чемоданом и жестом показывает, куда идти, и я, даже зайдя в лифт, не могу перестать восхищенно осматриваться по сторонам. Это определённо самый красивый пентхаус из всех, что я видела.

- Нам сюда. - Мы выходим из лифта и идём по длинному коридору, пока Том не останавливается возле номера 293. На панели возле двери он вводит пароль, и двери открываются.

Выражение моего лица меняется, как только я поднимаю глаза. В нескольких метрах от меня стоит в одном полотенце, по всей видимости, только что вышедший из душа, Стив.

- Прости, - говорю себе под нос я и резко разворачиваюсь на одной ноге.

- Том, мы же договаривались, что не водим девушек по понедельникам, - саркастично замечает Стив. Как он позволяет себе так разговаривать в моём присутствии?

- Во-первых, это ты мне обещал не делать из нашего дома ночной клуб. А, во-вторых, Скайлер - моя старая подруга. У неё проблемы с жильём, поэтому сегодня она переночует у нас, если ты не против.

-  Ну если она не собирается убить нас, пока мы спим, пусть остаётся. Кстати, - она повернулся в мою сторону, - приятно познакомиться, Скайлер.

- Взаимно, - отвечаю я. Сейчас я даже рада тому, что он не видит моё, наверняка, покрасневшее лицо.

- Ты можешь повернуться, я не кусаюсь, - с насмешкой произносит он.

Кажется, Том начал что-то говорить, но я, перебив его, отвечаю Стиву:

- А ты мог бы и одеться.

- Я ранен вашим холодом, La regina della neve. - Услышать сегодня итальянский я совершенно не ожидала. И вот что это значит?

- Эй, пойди уже оденься, а я пока приготовлю ужин, - говорит Томас.

- Когда идея с готовкой провалится, скажи мне, и я закажу пиццу, - судя по звукам, после этих слов он ушёл.

- Прости, мне за него очень стыдно.

- Не переживай, всё нормально. А то, что он сказал... Это же итальянский?

- Да, после обучения в Римской школе права итальянский он знает уже лучше, чем родной язык.

Оказавшись одна в комнате, я быстро переодеваюсь и, сопоставив шум на кухне и свои воспоминания о кулинарных способностях Тома, я решаю пойти ему помочь, если не хочу остаться без ужина и дать Стиву повод для очередных подколов.

- Тебе помочь? - спрашиваю я, завязывая небрежный пучок на голове.

- Нет, что ты! Отдыха... - Конец слова я не услышала из-за упавшей на пол металлической кастрюли.

- Я всё-таки помогу, - улыбаюсь я и поднимаю кастрюлю.

- Хорошая идея! - соглашается Томас, и мы вместе приступаем к готовке.

Спустя два часа болтовни и заразительного смеха от воспоминаний, которые мы делили друг с другом, у нас вышел очень даже неплохой ужин. Сегодня в меню: сибас запечённый с розмарином, салат с помидорами черри и буратто и картофельное пюре на трюфельном масле.

- Ты спасла этот ужин! - заявляет Томас, оглядывая все приготовленные блюда.

- Ты с лёгкостью справился бы сам, тебе только нужно немного попрактиковаться. - Эти слова не могут не вызвать у него смех. - Ну ладно, может, много… - поправляю я.

- В моём случае будет проще найти жену, умеющую готовить.

- Или так, - пожимаю плечами я.

- Пойду, позову Стива, - говорит Том, а я беру спички из комода и направляюсь к столу, чтоб зажечь свечи.

За ужином мы почти не говорили. Пожалуй, это и есть лучшая похвала для повара - когда люди настолько заняты едой, что даже не отвлекаются на разговоры.

- Впечатляет! - произносит Стив. - Как для человека, который с трудом заваривает чай, ты неплохо так подтянулся, - стараюсь сохранять серьёзный вид, но это, действительно, смешно. В прошлом году мы с Джуд учили Томаса пользоваться плитой, и, сказать честно, давалось ему это нелегко.

- С чаем у меня всё в порядке, а ужин мне помогала приготовить Скайлер. - Он переводит теплый взгляд на меня, и я ему улыбаюсь.

- О, так она ещё и готовить умеет! - замечает Стив. - Может, пусть она останется подольше?

- А тебе не говорили, что невежливо говорить о присутствующих в третьем лице? - интересуюсь я, даже не пытаясь скрыть недовольный вид. Не знаю, почему меня так злят слова абсолютно незнакомого человека, которого я вряд ли ещё когда-то увижу. Наверное, сейчас во мне говорят длинный, изматывающий перелёт и убийственное желание спать. 

- А тебе не говорили, что невежливо вмешиваться в чужие разговоры? – Он будто ухмыляется над моим раздражением, которое, кстати, только растёт.

- Стив! Угомонись! - не выдержав, бросает Томас.

- Позволь уточнить, - сохраняя абсолютно невозмутимый вид, говорит Стив. - Ты приводишь домой незнакомого человека и рассказываешь, как мне себя вести? - я понимаю, что, если их сейчас не усмирить, то до завтра кто-то не доживёт.

- Вы оба, успокойтесь! - твердо и громко перебиваю я ругающихся братьев. Кажется, они удивлены моей настойчивостью. Перейдя на более спокойный тон, я добавляю: - Не нужно ругаться из-за меня. Завтра утром я уеду, а сейчас, пожалую, пойду спать. Спокойно ночи! - Отношу свою тарелку в посудомоечную машину и иду в спальню.