Я буду рядом...

Глава 1

Дом ещё спал, но отец уже был во дворе.

Влад понял это по звуку — знакомому металлическому лязгу, когда ключ срывается, а потом следует короткое, сдержанное:
— Чёрт…

Он натянул футболку и вышел на крыльцо. Утро было тёплым, ленивым, таким, каким бывает только в начале сентября, когда лето ещё не решило уходить. Воздух пах сырой землёй и свежими досками.

Отец стоял у забора, склонившись над калиткой. Руки в пыли, рубашка закатана до локтей.

— Дай десятый, — сказал он, не поднимая головы.

Влад метнулся в сарай, где на самодельной панели ключи висели строго по размерам. Десятый… вот он.

Отец кивнул — коротко, деловито.

Они работали рядом — молча, без суеты. Только скрип металла да воркование голубей на крыше. И это молчание было комфортным, наполненным делом, а не пустотой. Это было привычно.

Дом строился долго, почти всю жизнь Влада, и он рос вместе с ним: сначала просто мешался под ногами, потом подавал гвозди, держал доски, а теперь знал, где что лежит, лучше, чем школьное расписание.

— Сегодня первый день, — произнёс отец спустя минуту. Не вопрос, скорее констатация.

— Ага.

— Волнуешься?

Влад пожал плечами.

— Не особо.

Он не боялся школы. Не боялся людей. Просто было странное чувство — будто стоишь на пороге и ещё не решил, шагнуть или задержаться на секунду.

Отец кивнул, как будто понял.

— Это нормально. После девятого всегда так. Кто-то ушёл, кто-то остался. Главное — голову не теряй.

Влад снова кивнул. Он умел слушать. Отец всегда говорил мало, но по делу.

Дорога до школы была той же самой, но ощущалась иначе. Будто кто-то переставил акценты: знакомый треск гравия под кроссовками у своего забора звучал громче обычного, остановка, магазин на углу — всё на месте, а он сам чуть сместился.

Влад поймал себя на том, что ищет глазами Артёма, с которым всегда шли вместе, и тут же поймал этот взгляд — на пустом месте. Пустота была не в воздухе, а внутри, под рёбрами.

У входа стояли ребята. Некоторые лица он знал — с параллелей, с младших классов. Кивнули, обменялись дежурными фразами:
— Привет!
— Ну чё, как лето прошло?
— Да нормально.

Разговоры были короткими, осторожными. Все будто примерялись друг к другу заново.

Влад подумал о тех, кого сегодня не увидит. Кто-то ушёл в колледж, кто-то уехал, кто-то просто исчез из его жизни, даже не попрощавшись. Он не чувствовал боли — скорее пустоту. Как после перестановки мебели, когда знаешь, что так надо, но всё равно спотыкаешься.

Школа встретила привычным шумом, который был громче, чем он помнил. Новые списки классов, новые таблички.

10 «Б». Социально-исторический.

Класс оказался почти наполовину новым. Несколько знакомых лиц — те, кого он видел в коридорах раньше, но никогда по-настоящему не знал. Они здоровались, улыбались, но пока держали дистанцию.

Влад сел за свободную парту у окна. Свет падал так, что на столе отчётливо были видны царапины — чьи-то прежние имена, стрелки, сердечки. Чужие жизни, оставленные здесь до него.

Учитель что-то говорил — про нагрузку, экзамены, ответственность. Влад слушал вполуха. Он смотрел на класс.

Люди притирались. Кто-то сразу начинал говорить громче, чем нужно, кто-то, наоборот, старался стать незаметным. Кто-то уже нашёл себе компанию, кто-то сидел, уткнувшись в телефон.

На перемене класс загудел. Разговоры стали громче, живее. Кто-то обсуждал учителей, кто-то — расписание, кто-то жаловался, что зря не ушёл после девятого.

— Ну что, дожили, — сказал кто-то с задней парты. — Два года и свобода.
— Или не свобода, — усмехнулся другой.

Влад слушал, но не вмешивался. Он никогда не лез первым. Предпочитал понять, кто есть кто.

Парень у окна хвастался поездкой в Сочи — голос слишком громкий, для всех. Две девочки у доски шептались, поглядывая на нового учителя — оценивающе. Кто-то с задней парты, в дорогих наушниках, уже уткнулся в телефон, отгородившись ото всех барьером из безучастности.

«Надолго ли?» — подумал Влад.

Когда прозвенел звонок, он поймал себя на странной мысли: Кажется, всё только начинается.

Он поднял рюкзак и вышел из класса. В коридоре толчея была уже иной — не робкой, а уверенной. Пробираясь к выходу, он на секунду замер, пропуская шумную ватагу, и услышал обрывок фразы, выкрикнутый сдавленным от смеха голосом: «…да он просто нуб!».

Голос был напористым, звонким, полным презрительного веселья. Влад не видел, чей он, и даже не вслушивался. Просто мысленно отметил: «Ну, кто-то уже всё понял».

И пошёл дальше, навстречу осеннему ветру и маршрутке номер семь.