Я буду твоей

Глава 5

Оставив девочек и женщин на кухне, я ушел заниматься домашними делами во дворе. Сказано помочь, сделано. К тому же у тети Ани не такое уж и большое хозяйство, чтобы отказывать ей в помощи. Да и разве я мог отказаться? У нее больше никого нет из родных. Как и у меня. Разве что Таня? Она хоть и не родная по крови, но наша. Моя.

Достав из колодца три ведра воды, хмыкнул. А что, корова так много пьет? Хотя чему я удивляюсь, я же в этом ничего не понимаю.

Схватив два ведра, пошел в сторону коровника и застыл, когда оказался внутри. Три коровы? Не одна. Три?

― Ну, тетя Аня, когда только успела?

Покачал головой и прошел к девочкам, которые внимательно наблюдали за моими движениями.

Коричневая, черно‐белая и черная.

Надо у тети спросить, не было случайно фиолетовых, как в рекламе?

Снова улыбнулся и поставил одно ведро возле коричневой коровы, второе возле черно‐белой.

― А тебе сейчас принесу, ― обратился к черной, надо имена узнать, ― не было у меня третьей руки.

Когда вернулся в коровник оставить третье ведро, подумал о том, что неплохо было бы помочь тете и почистить тут все. Знаю, у нее есть еще свиньи, куры и коза. Вот же человеку скучно!

Но для начала мне надо переодеться, чтобы самому свиньей не стать. Мне вообще‐то еще в город сегодня возвращаться.

― Ждите, красотки, сейчас вернусь.

Ричард подбежал ко мне, когда я был на пути к дому.

Он принялся играться, на что я не мог не отреагировать и присев на корточки, решил погладить хвостатого. Люблю я животных, особенно собак.

― Хороший ты, Ричард.

Он в ответ гавкнул и снова ткнулся носом мне в ладонь.

― Собаки не предают, а вот люди…

Ричард снова гавкнул и я, не сдержавшись, прижался к нему.

― Беги, гуляй.

И он побежал, задорно виляя хвостом. Я кинул ему игрушку, и пес побежал за ней, вызывая на моем лице улыбку.

Какие же они умные!

Войдя в дом, отметил, что девочки на кухне о чем‐то тихо беседуют. Не стал им мешать. Прошел в комнату, которую тетя Аня оставила за мной, и переоделся в домашнюю одежду.

Вот теперь можно и в загон идти, проще говоря в свинарник.

Отыскал в сарае лопату, забрал тачку и пошел работать.

Непривычное дело для меня. Ленивым я никогда не был, и даже два раза в год огород перекапываю у тети Ани, но собирать навоз то еще приятное дело. Приятно в кавычках. Ароматы тут непередаваемо вонючие.

Так, кормить вроде еще рано. Потому справившись со своим заданием, забрал у коров пустые ведра и набрал их еще раз. На вечер пригодится.

― Дядя Ильяс, ты здесь? А мы уже с бабушкой Аней заждались тебя.

Из дома выбежала Таня, с улыбкой смотря мне в глаза.

― А я тут немного порядки наводил. Все хорошо?

Девочка кивнула.

― Да. Мы вареники лепили и уже успели наварить целую миску! Бабушка Аня сказала, что пора обедать. Ты с нами?

― Еще и спрашиваешь! Где бы я еще поел вареников, приготовленных твоими руками.

Танюша махнула рукой.

― Тогда пойдем, иначе остынут.

― Я сейчас быстро искупаюсь и приду. От меня запах не для поедания вареников.

Таня хохотнула, прикрывая рот ладошкой.

― Хорошо.

Я быстро принял душ на улице, и переодевшись, вернулся на кухню к женщинам и девочкам.

― Ильяс, ты что там, решил меня без работы оставить? ― хмыкнул тетя Аня, поставив тарелки на стол.

― Только немного. Почистил у животных, порядок навел. Тебе осталось только покормить.

― А вы мне потом покажете свинок и коров? Я хочу посмотреть, ― попросила Таня, на что я кивнул.

― Конечно, покажем. Ты мне вареников наложишь в тарелку?

― Конечно! А знаешь, что бабушка Аня разрешила сделать? Она сказала, что мы можем нарвать черешни мне домой, ― восторженно произнесла Таня, округлив в удивлении глаза.

― Значит, нарвем.

После вкусного обеда, Таня убежала играть с Ричардом. Собака у нас ну очень добрая, не любил он только злых людей, а к хорошим, и особенно к детям тянулся с особым удовольствием.

Приготовив кофе, а для ребенка свежий компот из домашних фруктов, мы вышли на улицу, решив посидеть в беседке. Свежий воздух, да и Таня на виду. Хоть и свой двор, но я все равно за нее переживал. Дома за ней Ниночка смотрит, а здесь отвечаю только я.

― Дядя Ильяс, а меня вы домой отвезете?

Я кивнул, протягивая запыхавшемуся от бега ребенку стакан с компотом.

― Может останетесь? ― предложила тетя, а Таня резко перевела на меня взгляд полон надежды.

― Девочки, ну мне на работу с утра, а Тане в школу.

― Пожалуйста, ― прошептала малышка с мольбой в голосе.

― Один день пропустите, ничего страшного. Ильяс, оставайтесь. Смотри, как ребенок хочет.

Таня тут же резко закивала головой, а я нахмурил брови.

― То есть, тебя даже не смутило обращение «ребенок», ― отметил я, на что Таня так же резко покачала головой. ― Заговорщицы.

― Пожалуйста, ― снова попросила Таня, на что я вздохнул и хмыкнул.

― Ладно, остаемся.

― Ура! ― счастливо закричала девочка и тут же бросилась мне на шею. ― Спасибо тебе, дядя Ильяс.

И она снова убежала к Ричарду.

― Веревки из меня вьете.

― Я не смогла подарить тебе достойное детство, давай хотя бы оно будет у Тани.

Я наблюдал, как весело хохочет малышка, то убегая от пса, то бегая за ним, и был согласен с тетей Аней. Мы просто обязаны подарить девочке счастливое детство. И если не стереть из ее памяти детдом и те ужасные дни, что она там провела, то хотя бы притупить воспоминания.

― Черешню еще рвать, ― посетовал я, зная, какое это нудное дело.

― Она на тебя с обожанием смотрит, Ильяс, ― неожиданно произнесла тетя Аня, привлекая к себе мое внимание.

― Это плохо?

― Не знаю, ― пожала плечами, ― время покажет.

Вечером, после ужина мы нарвали пару ведер черешни. Я несказанно был рад. Нет. Я терпеть не мог такую работу и потому вскоре вызвался накормить хозяйство. А девочки сами обрывали черешни. Уверен, Ниночка найдет что с ними сделать. На закатку пустит, или в заморозку.