Я буду жить ради тебя

17

Грета

Сердце стучало так громко, что казалось — его слышат все вокруг. Вспышка света осветила кабинет. Отто застыл в дверях, ожидая ответ. Я почувствовала себя в ловушке, в которую сама себя загнала.

Я шарила глазами по столу, пока на глаза не попалась газета, которую Отто за ужином прожигал глазами. Я взяла ее в руки и медленно, покачивая бедрами, подошла к мужчине, в руках которого была сосредоточена огромная власть.

- Отто, милый! Я знаю, что поступаю неправильно,но ты вечером был сам не свой, и я решила узнать, что же такого написано в этой газете, - я помахала в воздухе газетой, еще пахнувшей типографской краской, - что ты даже меня обделил своим вниманием.

Я замерла перед ним на месте, пытаясь сказать в своё оправдание еще что-то, но слова словно застряли в горле. Я чмокнула Отто в щеку, прильнув к нему всем телом, надеясь этим разрядить обстановку. Он впился поцелуем в мои губы и подался вперед, заставляя меня пятиться назад, пока я не упёрлась ягодицами в письменный стол. Затем Отто одним равком посадил меня на столешницу, задрав юбку.

- Не играй с огнём, милая! - сказал он полушепотом прямо в ухо, целуя мочку.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось от страха, и дикое отвращение к тому, что сейчас снова произойдет. Я собиралась держаться, зная, что найденные документы могут изменить всё.

Когда всё закончилось, Отто как галантный кавалер помог мне спуститься и указал взмахом руки в сторону двери, приглашая покинуть его кабинет. Отто задержался на пару минут, что позволило мне вернуть ключ на место. Тело пробивала дрожь, отдавая чечеткой по и без того расшатанным нервам.

Ужё в кровати я вспоминала, как чудом успела спрятать добытые документы в папку со счетами, лежащую на столе. Надеюсь, это останется незамеченным, и у меня получится довести начатое дело до конца.

Утром на столе меня ждала записка, в которой говорилось, что Отто уехал на несколько дней и настоятельно рекомендует мне не покидать квартиру. Чувствуя подвох, я метнулась к входной двери, судорожно дёргая за ручку. Дверь, как я и предположила, была заперта.

Тогда я схватила сумочку, и не найдя в ней ключи от входной двери, вытряхнула всё содержимое прямо на пол, чтобы подтвердить свою догадку. Отто запер меня!

Я осела на пол, обняла себя руками и разрыдалась. Вместо того, чтобы сделать что-то полезное,я добровольно делю постель с мужчиной, которого не люблю, играю роль, которую не хочу играть, нахожусь там,где не должна находиться. Права была Валентина: я вечно попадаю в какие-либо неприятности.

Я решила проверить, на месте ли документы, но дверь в кабинет тоже оказалась заперта. Я прикусила губу и со злости пнула дверь, нелицеприятно выругавшись. Взгляд упал на разбросанные мелочи на полу, заметив шпильки. Пора еще раз попробовать то, чему меня учил Фима.

На удивление, дверь кабинета поддалась быстро, и я, забыв обо всяких предосторожностях, прошагала прямиком к папке со счетами. Прямо сверху зияла та самая красная печать. Я с облегчением выдохнула.

Отто так и не вернулся. Шпильки помогли мне справиться и с входной дверью, но теперь нужно было подумать, как выйти из здания незамеченной. Не думаю, что Отто так просто оставил меня одну. Я достаточно знаю этого мужчину, чтобы знать наверняка - за мной будут следить.

Ночь уже опустилась на разрушенные улицы, когда я осторожно ступала по раскисшей от дождя тропинке, прижимая к груди свёрток под одеждой, наполненный доказательствами, которые могли бы изменить ход войны. Вместе с найденными бумагами в папке лежали мои заметки. Пока я находилась рядом с Отто, я записывала всё, что мне казалось важным. Всё, что касалось этого ужасного побоища. Мне хотелось верить, что эти документы будут ценны для советской армии.

— Будь осторожна, — прошептала Валентина, принимая свёрток и утирая слёзы. — Завтра утром у меня заберут это. Надеюсь, ты не зря положила себя на алтарь.

Я лишь передернула плечами. С каждым днём на меня накатывает всё большее безразличие к будущему, всё больше хочется, чтобы это всё закончилось сию минуту. Я всё не могла понять, откуда во мне берутся силы на что-то надеяться, чего-то ждать,во что-то верить.

Я подставила лицо под капли только что начавшегося дождя и прикрыла глаза. Ноги промокли и начали замерзать, а я не замечала, как вместе с каплями дождя по лицу струились слёзы. Но это уже были слёзы от безысходности. Куда сейчас идти?

На рассвете документы действительно были переданы нужным людям. Советские войска получили необходимые данные, и благодаря этому смогли подготовиться к неожиданной атаке противника. Ход битвы начал меняться. Значит, всё было не зря.

Но радость от полученной новости была недолгой. Я понимала, что рано или поздно Отто хватится этих бумаг, а, значит, мне придётся плохо. Очень плохо. Я понимала, что нужно бежать, но так же осознавала, что он меня найдёт везде. Из под земли достанет.

Стало известно, что советские войска уже близко к нам. Вот-вот и начнутся ожесточенные бои за город, за близлежащие деревни. Я с ума сходила от бездействия. Уже несколько дней я не покидала квартиру. Бесконечно измеряла её шагами и думала, думала, думала.

Отто до сих пор не вернулся. Значит, всё намного серьезней, чем кажется на первый взгляд. Я сама не могла понять, зачем здесь нахожусь, если своей цели я достигла. Я ощущала себя, как заключенный перед казнью. Решение пришло в одно мгновение. Я быстро собрала остатки провизии в сумку, оделась потеплее и ближе к рассвету покинула квартиру.