Я – дочь Кощея, или Женихи, вы попали!

2

– Двадцать! Двадцать… один! Двадцать... два! – хрипло считал Баюн, подтягиваясь на дубовой ветви, периодически скатываясь с нормальной речи в истеричное мяуканье.

Я смотрела на забавно подпрыгивающее в такт действиям кота пузо и не могла сдержать улыбку. Энтузиазм Баюна был похвален, да и понятен. Третья цепь за год не выдержала и лопнула, сдавшись в неравной борьбе с весом гуляющего по ней мохнатика. И на повышенную пушистость списать всё это уже не выходило, как и на плохое качество цепи. Всё же последнюю ковали по личному заказу Её Темнейшества. А с мамой шутки были плохи. Порой мне казалось, что её боялись даже больше, чем отца!

– Баюн, – вздохнув, я снова позвала кота. – Но мне правда нужна твоя помощь.

После того как Алатырь-камень отказался принимать меня и показывать будущее, я перерыла все библиотеки, до которых только смогла добраться, пытаясь найти силу, что сможет сравниться с чарами камня. Ведь какая разница, кто мне приоткроет завесу будущего и укажет верное направление? Разницы не было никакой. Вот только с поиском альтернативы возникли проблемы. Ни дома, в родовом замке Бессмертных, ни в библиотеке дворца дяди Гвидона, ничего полезного я так и не нашла. Кладенец тоже пожимала плечами – никто равноценный ей в голову не приходил.

Оставалась надежда на кота. Точнее, что он назовёт мне имя того, кто сможет хоть как-то помочь.

Однажды, я услышала разговор родителей, которому не придала значения. В тот день мама еле вернула Баюна на своё место – под дуб. Котяра нализался с Горынычем настоек и возмущался, что есть какая-то… он называл её «дрярледью старинной», и жаловался, что ему никогда не добраться до её фолиантов. А там было «тако-о-ое», если верить подвыпившему коту.

Сейчас я понимала, что оскорбляло котяру понимание, что кто-то владеет большей информацией, чем он сам. Вот только имя он мне категорически отказывался называть.

– Баюн, – снова позвала я, повышая голос. – Не заставляй меня призывать тёмные силы!

– Двадцать… Двадцать? Было же… Тридцать?.. Кирьяна!!! – отпустив ветку и плюхнувшись на траву с интригующим булькающим звуком, Баюн с негодованием смотрел на меня: – Ты меня сбила!

– Считай, что на сегодня у тебя упражнения закончились, – поднявшись с травы, я уверено подошла к коту, нависая над ним. – Итак…

– Нет, – вытянув задние лапы, передние Баюн положил на своё пузо, отворачивая от меня морду и пытаясь восстановить сбившееся после упражнений дыхание.

– Баюн, – протянула я, начиная терять терпение.

Небо тут же стремительно потемнело, за секунды покрываясь чёрными тучами. Завыл ветер, тревожа ветки векового дуба и унося прочь опавшую листву. Я старалась взять вырвавшиеся чары под контроль, но сила плохо подчинялась. С каждым днём сдерживать тьму мне становилось всё сложнее.

– Не напугаешь, пуганный уже! – уведомил меня Баюн, задрав морду к небу и опасливо всматриваясь в закруживших над нами воронов. – И не даст тебе ничего имя этой… стерляди вонючей!

– Стерляди? – повторила я за ним, косясь в сторону реки. – Русалка что ли?

Только они обижались, когда их сравнивали с рыбами. Но какие у них могли храниться фолианты? Да и где? В воде? Сомнительно.

– Кир, ты бы тьму убрала, – окрикнула меня прогуливающаяся поблизости Кладенец. – Ты же словно огромную стрелу в небе нарисовала с надписью: «Дочь Кощея тут». Или от женихов мы больше не прячемся?

Отвечать мечу я не стала. Пусть они с котом думают, что силу я контролирую. Ну, а если сюда примчатся женихи… что ж. Им же хуже.

– Баюн! – прикрикнула я, случайно вызвав несколько оглушительных раскатов грома.

– Знаешь, что?! – визгливо закричал Баюн, тщетно пытаясь скрыть испуг.

– Что? – уточнила я, смотря, как кот пытается пригладить вставшую дыбом шерсть.

Зрелище было настолько комичным, что небо начало светлеть, реагируя на смену моего настроения.

– А ничего! – Баюн, как и я, заметил отступление чар. – Ты вот сбежала? Так и беги! А то не полянка, а проходной двор какой-то! – после чего он шумно втянул носом воздух и медленно лёг на траву животом, едва-едва дотягиваясь до земли лапами. – Не до тебя сейчас! Отжиматься буду.

– А, вот он что делает, – задумчиво протянула Кладенец, как и я наблюдая за его действиями. – Отжимается.

Кот в это время кряхтел, пытаясь приподнять пузо от земли. То ли лапы у него были слишком короткие для такого манёвра, то ли пузо шерстью цеплялось за травинки, усложняя ему задачу, но выглядел он скорее как пловец… Движения передних лап точно напоминали греблю. А вырванная когтями задних лап трава вполне тянула на имитацию брызг.

– А ведь было время, когда его было не заткнуть, – хмыкнула меч, вставая рядом со мной.

– Прикроешь? – попросила я её, оглянувшись в сторону леса.

Кладенец правильно сказала. Случайно отпущенная мной сила точно должна была привлечь внимание женихов. А они мне сейчас были совершенно ни к чему.

– Сын лешего уже здесь, – словно принюхиваясь, меч повернулась в сторону виднеющийся реки. – Сын водяного тоже.

– Да? – удивилась я. – А почему они не подходят?